
Стылый и знобкий пляж где-то в Нормандии. Актер (Грегуар Колен) и Актриса (Роксана Мешкида) тщетно играют в пылкое чувство; на ней - бикини в детский горох, на нем - плавки не по ноябрьскому сезону. Вокруг них - хихикающая съемочная группа, возглавляемая циничной Жанин (Анн Парийо), которой кровь из носу нужно отснять фильм о французских ста днях после детства, со всеми причиндалами вроде секса сверху-сбоку, с поруганной девственностью на закуску.
Пария в среде кинематографистов французских и не только, Катрин Брейя честно и с арифметической точностью ставит знак равенства между мужчинами и женщинами. В "Романсе", в "Коротких встречах", в "Толстушке" (рассказ о съемках которой и лег в основу "Интимных сцен") Брейя с одинаковой страстью и силой имеет мужчин и женщин. Вторые относятся к этому как к данности, первые - как правило, самовлюбленные сопляки - давят на жалость, посвящая Жанин в детали несчастной юности с непременной мачехой-кровопийцей. Прототип Жанин, Брейя искренне, с неприличным, но за душу берущим надрывом рассказывает зрителям о том, как трудно снять фильм о сексе: это вам, дорогуши, только кажется, что актеру приятно возлечь на актрису, - на самом деле в этот момент он вспоминает свою истинную зазнобу; актриса, будьте уверены, ненавидит партнера и озабочена неудачной эпиляцией; съемочная группа только и делает, что обсуждает, насколько платоническими являются отношения режиссерши и ее ассистента Лео (Эшли Вэннингер); фальшивый резиновый член соскальзывает с телесного оригинала. Секс - это и вправду комедия, причем совершенно строгого режима; крик режиссера: "Засранец, кто же так целует!" звучит убедительнее всхлипов из американских постельных комедий. Под конец - немножко философии: отснявшись в финальной сцене удачного изнасилования, юная Актриса рыдает, использованный Актер страдает, а Режиссер Жанин методично поедает банан, бросая в зрителя кожурой - вот вам секс. Получите.