
В черном городе, навсегда завязшем в 30-40-х, где за любовь всегда просят денег, а жизнь не стоит ничего, чернильными штрихами скрещиваются судьбы нескольких физически сильных, но несчастливых людей. Полицейский-сердечник (Уиллис) спасает девочку ценой собственной жизни. Огромный бандит с лицом-корягой (Рурк), сидящий на ингибиторах мозговой деятельности, ищет убийц проститутки — первой и последней женщины, которая подпустила его к себе и была с ним добра. Другой бандит (Оуэн), вступившись за официанточку (Мерфи), случайно ломает всю систему сдержек и противовесов, на которой стоит город. Льется кровь — белая, как молоко, электрический свет бьет в лицо, падает черный снег. Прочие цвета возникают украдкой и ненадолго — красное платье, голубые глаза.
Три жестоких романса, взятые из рисованных нуаров Фрэнка Миллера и пересказанные Родригесом внахлест, образуют сегодня уже канонический сюжетный узелок а-ля «Криминальное чтиво», а вылизанностью картинки и живописной дикостью бьют не только совместные тарантино-родригесовские рекорды былых лет, но и нынешние достижения восточно-азиатского, например, кинематографа. Здесь действует католический кардинал-каннибал (Хауэр), Элайдже Вуду здесь съедают руки и ноги, из артиста Дель Торо делают (цитируем по тексту) «человеческий аналог тюбика для пастилок PEZ». Здесь Великая депрессия (та, что не в столбиках котировок, а в сердце человека), Рурк с изуродованным лицом и Уиллис, несущий на усталом лбу шрам, похожий на маркесовский пепельный крест. Просто по совокупности, по сумме слагаемых, надо, наверное, задохнуться от нежности, но вот фильм кончился, а пульс в норме, глаза сухие, дыхание ровное. Безотказный метод говорить про любовь на языке выстрелов и находить символы дивной чистоты на дне выгребной ямы совершенно исчерпал себя — кажется, именно в силу своей безотказности; и родригесовская сверхновая искренность — при всей своей сумасшедшей красоте — пахнет кожзаменителем.

вспоминается "человек с бульвара капуцинов", слова м-ра секонда, - "... сейчас должна треснуть черепная коробка"...
попал на фильм случайно. не разобрался в рекламе, вот и попал... но с другой стороны, после просмотра, я понял, что существуют "фильмы-комиксы" /тёмный я человек был/. а я-то всё время, до этого, не мог классифицировать "бетмэна" и "007-го" - всё гадал о жанре: и не экшен, и не комедия, и не детектив, и не эротика, и даже не детские это фильмы. поскольку я не американец, комиксов в детстве в глаза не видел, а если и видел, то принимал их за "веселые картинки" для детей дошкольного возраста. и вот оно! алилуя! "город грехов" открыл мне глаза просвЯтил меня, оказывается кому-то нравиться фильмы без смысла, а только с картинкой, причем не важно какой, а лишь бы по ярче и по-заковырестей, и это в нашей стране, где нет безграмотных вообще, и в частности, уроженцев племяных территорий африки.
в общем, два часа насмарку. пустота... жаль ноль поставить нельзя.

Вышедший на экраны в 2005 году «Город грехов» Роберта Родригеса большинство зрителей и критиков признают шедевром кинематографа, однако справделиво ли такое утверждение — сказать сложно. Как известно, мнение — вещь индивидуальная, и куда лучше высказать свое, чем оспаривать чужое.
Во-первых, нужно прояснить участие непосредственно самого Квентина Тарантино в работе над «Городом грехов». На его счету здесь — всего лишь эпизод длиной в несколько минут, так что ответственность за режиссуру можно целиком и полностью возложить на Родригеса. А как известно, последний всячески пытается подражать своему другу Тарантино, вот только получается это крайне неумело. Там, где у Квентина мы видим «Бешеных псов» и «Криминальное чтиво», у Родригеса получаются лишь треш-боевички с участием зомби, которые он сам благоразумно относит к жанру B-movie. Точно то же самое и с «Городом грехов». Родригес может сколь угодно долго заявлять, что все именно так, как и должно быть, вот только лучше от этого его фильм не станет. Признаться честно, его попытки выдать посредственную режиссуру за особый стиль уже порядком надоели.
Нет в «Городе грехов» ни сколько бы то ни было интересного сюжета, ни отличных диалогов (вот уж чему бы поучиться у Тарантино), ни внятного смысла. Подражание тут сквозит во всем — и в разделении действия на несколько новелл («Криминальное чтиво» все того же Тарантино), и в подчеркнуто-жестоких сценах насилия, и в манере подачи истории. Другое дело, что подавать-то особо и нечего — сюжеты просты как пять копеек и под завязку набиты абсурдной нелогичностью. Можно и на это заявить, что так положено-задумано, но выглядеть это будет лишь как глупое оправдание и попытка скрыть абсолютную пустоту и никчемность. В конце концов, в картине нет ни одной сцены, в которой чувствуется настоящая режиссерская постановка. То, чем изобилуют работы Тарантино, здесь на нуле, как бы Родригес ни старался.
В то же время, есть у «Города грехов» и неоспоримые достоинства. В первую очередь, уникальный и по-настоящему потрясающий визуальный стиль. Приемы выделения нужных моментов на общем фоне смотрятся впечатляюще, да и сама черно-белая стилизация под город, навсегда погрязший в эпохе Великой Депрессии, не может не порадовать. Равно как и присутствие множества известнейших актеров, вроде Брюса Уиллиса или Микки Рурка. Правда, нет в «Городе грехов» ни одного интересного персонажа — образы нераскрыты, эмоции однообразны, роли эпизодичны. Некоторые же герои и вовсе гипертрофированы и карикатурны донельзя. Слишком прилежное подражание комиксу идет фильму во вред — складывается ощущение, что Родригес слабо представляет себе разницу между кинокомиксом и его первоисточником.
Вот и получается, что Родригес ничего не привнес в этот фильм. Режиссерские приемы неумело скопированы у друга Квентина, стиль и сеттинг у соавтора Миллера. При этом вполне понятно, что именно за счет этого «Город грехов» и получил признание. Кому интересно искать первопричины, если результат вполне себе годен. К счастью, оторванные гениталии в кадре, с такой любовью снятые Родригесом, еще не знаменуют собой явление нового киношедевра. По крайней мере, хотелось бы в это верить.

не хотел я ничего писать об этом фильме, но все же придется: не скрою, давно не испытывал такое чувство, когда в глянцевых журналах появляются рецензии о выходящем на экране фильме,а ты уже успел его посмотреть еще месяц назад... найдутся сразу продвинутые люди, которые будут много говорить о том, что с "Городом грехов" не все так просто, есть там и своя нетривиальная глубина, посмотрите, какая вот тут в конце инверсия, хиазм, ... хорошо, что и сейчас нашлись такие кинокритики, кто честно сказал, что попытки изобразить в куче нечистот отблески небесного света не новы и ни к чему хорошему в творческом плане привести не могут. что еще можно найти, кроме картинок, в максимально похожем отображении средствами киноязыка содержания чернушных американских комиксов? просто ряд качественно стилизованных образов, интересных для тех, кто никогда не читал комиксов. в этом случае можно говорить только об отдельных кадрах. вот и мне из всего этого потока черно белых страниц запала в душу одна: образ 18 летней девушки, работающей танцовщицей в одном из ночных клубов. сам кадр с высокой, с развивающимися длинными волосами молодой девушки, которая танцует в такт музыке в ковбойском наряде с лассо в руках в каком то гадюшнике, один из самых сильных с постановочной точки зрения. давно в кино не встречались такие сильные женские образы: молодая невинная девушка работает стриптизершей, но при этом любит и хранит верность только одному мужчине, которого она видела к тому же очень давно. при этом у нее очень сильный и серьезный взгляд. наверное, настоящая девушка должна быть именно такой. это вам не современные амебы, которые только на исходе 30 лет выходят из состояния младенчества, но все равно толком не знают, что им надо. счастлив тот, кому удалось повстречать таких в своей жизни :-)