Фильм

Путешествие в Италию

На съемках этой картины Роберто Росселлини всячески мешал своим артистам учить свои роли и тем более репетировать. Джорджа Сандерса, если верить его дневникам, это жутко бесило, он не привык работать с подобным подходом. Да и Ингмар Бергман не была так уж довольна. В ее случае тут уже приплеталось еще и начало распада ее отношений с итальянским режиссером. Так или иначе, вопреки недовольству актеров, краху в прокате и гневным рецензиям критиков-современников, фильм скорее удался чем нет, даже, как это ни удивительно, главная смысловая прослойка картины – основная история о семейной паре, испытывающей жуткое одиночество, когда они вынуждены остаться один на один.
Фильм начинается со сцены, когда Катрин Джойс (Ингрид Бергман) и ее муж Алекс (Джордж Сандерс), едут в Италию, на недельку отдохнуть. Сами они иностранцы и весь фильм с экрана звучит английская речь. Еще в самом начале Катрин обронила фразу «Мы впервые с нашей свадьбы остались один на один», при это ожидаемый радостный смех кабину автомобиля не заполнил, напротив, повисла неудобная тишина. Прибыв в гостиницу, супруги продолжают развивать эту тему – вместо того, чтобы поужинать в номере, они спускаются в ресторан, где натыкаются на своих знакомых. Настроение улучшается, хмурые и натянутые улыбки сменяются фейерверком шуток и забавных историй, шампанское льется рекой, а утром они вновь вынуждены терпеть присутствие друг друга. На протяжении всего фильма, сцена за сценой, этот конфликт одиночества в паре лишь только развивается, выходя на пик в виде размолвки и желания развестись. Каждый из супругов пытается вести собственную жизнь, но, что парадоксально, они при этом любят друг друга и очень ревнуют. Оставшийся условно свободным Алекс несколько раз откровенно игнорирует шансы на адюльтер с симпатичными молодыми девушками, а Катрин и вовсе убивает все время на экскурсии по неаполитанским местечкам.
Как всегда, в картинах Роберто Росселлини, очень много времени уделяется самой Италии и порой кажется, что на самом деле режиссер снимает не совсем о том, о чем ведется речь в основной сюжетной линии, а на первом плане именно география, достопримечательности, люди любимой страны. Так и тут, во время нескольких сцен, когда Катрин отправляется осмотреть очередную интересную местность, режиссер проводит своего рода собственный экскурс по местам, которые любит и ценит. Более того, фактически все ключевые сцены картины происходят, утопая в красотах Италии. С обширной веранды дома, где они живут, виден остров Капри и Везувий. Климакс отношений приходится на раскопки Помпеи. А финальная сцена («Я люблю тебя!») и вовсе объята ликующей по собственному, правда, поводу, толпой («Чудо! Чудо!»). И эта одна из главных достопримечательностей фильма.
Еще одна – это то, что в этот раз режиссеру удалось передать почти достоверно сложную психологическую конструкцию персонажей. Виной ли тому актерский дар Сандерса и Бергман или дискомфорт импровизации, из-за чего Джордж и Ингрид чувствовали себя по-настоящему неуютно на съемках – дело десятое. Чуть позже, кстати, подобный почерк подхватит один из учеников Росселлини – Микеланджело Антониони, который возьмет на вооружение и эти тусклые индустриальные ландшафты, и тему скуки и отчуждения, но это уже другая история. По выходу фильм, как уже было сказано, размазали по стенке и только знаменитые авторы Cahier du Cinema смело пересмотрели общественное отношение к фильму. С тех пор картина часто относится к списку лучших у автора, несмотря на то, что Росселлини на это с неореализмом покончил полностью.