Фильм

Шлюха

«Как тебя зовут?» — «Ребекка». — «Сколько тебе лет?» — «Двадцать четыре». — «Чем ты занимаешься?» — «Пишу диплом по антропологии». — «Извини, ты никогда не трахалась?»

Белокурый ангел Ребекка (Ричардс) ответит «нет», но это только начало, первая беседа в ряду десятка интервью, из которых итальянка Изабель Пизано компилировала книгу “Yo puta”. Далее эту Ребекку оттрахает за деньги фотограф, к которому она пришла на собеседование, и станет Ребекка со временем дипломированной элитной порномоделью, пополня список шлюх разных полов, стран и социальных классов, чьи откровения Пизано монтирует по тематическому принципу: мотивации, опасности, планы на будущее, отношение их к клиентам, отношение к ним в обществе. Есть такой популярный театральный жанр — verbatim, воспроизведение на сцене реальной речи всамделишных, непридуманных людей; самым громким спектаклем конца века были «Монологи вагины», где от имени анонимных американок, фантазирующих, чем пахнет у них между ног и во что бы они одели свою pussy-cat, когда б она была зверушкой, на сцене выступали голливудские звезды; потом эта американская лабуда была воспроизведена в десятках европейских стран. Если на что «Шлюха» и похожа, так на театральный спектакль — а не на «Догму» или там документальное кино, от принадлежности к которому «Шлюха» открещивается всеми возможными кинематографическими средствами. В кадре никакой реальности, все до предела условно, изображение заучивших текст актеров вмонтировано в идеально вылизанный кадр: гостиничный номер, бензозаправочная, переход метро, облака, несущиеся на всех парах по идеально синему небу, пунцовый кабинет борделя, — назвать этот клип документальной картиной язык не повернется. Талантливая компиляция, говорят, уже искусство, но худосочный талант авторов «Шлюхи» заключается единственно в том, что за монологами десятка проституток, порноактрис, сутенеров, клиентов отчетливо виден автор. Который полагает шлюх лучшими из женщин — они ярки, неординарны, отважны, они ухаживают за собой, в общем, обладают массой качеств, которых лишены простые женщины, а некоторые из них еще и наделены чувством юмора. «Однажды я летела в самолете, — рассказывает элитная леди, зарабатывающая эскортом богатых господ, — и рядом со мной сидела женщина, очень красивая, необыкновенно элегантная. Обстоятельства были вполне подходящими, чтобы она поняла, что я могу выполнять такую работу. Но не думаю, что если бы рядом со мной сел тореро, я бы занялась корридой». Пизано, чей голос остается в фильме за кадром, рассказывает, что пишет первую в своей жизни книгу. Со своей главной героиней Ребеккой, тоже вступающей на профессиональный путь, она демонстративно солидаризуется: мол, всякий труд достоин уважения. А кто ж спорит. Но когда бы с тем же пылом, с которым доказывается эта незамысловатая мысль, автор «Шлюхи» поработала в койке рядового борделя, и пользы было б больше. И пусть бы Пизано взяла с собой всю съемочную команду — ведь действительно, не корридой же им заниматься.