Фильм

В спальне

Мама давно ему говорила: "Не связывайся ты с ней, она взрослая, двое детей, бывший муж-отморозок". Но восемнадцатилетний Фрэнк (Сталь), в последнее лето детства влюбившийся в тридцатилетнюю Нэтали (Томей), ничего не хотел слушать. "Это только на лето", - врал он маме. И доврался: бывший муж (Мапотер) его застрелил. И, будучи представителем золотой молодежи, естественно, вышел сухим из воды. Родители Фрэнка (Спэйсек и Уилкинсон) тяжело переживали утрату. А потом отец взял в руки ружье.

Но если вы думаете, что смотрите бульварную мелодраму, почерпнутую из дневного ток-шоу (каковой этот сюжет безусловно является), то вы ошибаетесь. Вы смотрите трудное, высокохудожественное произведение с артикулом "арт". На самом деле по "Спальне" можно изучать не художественность, а то, какой она видится изнутри американского мейнстрима: это что-то мрачное (смерть ребенка после победившей в прошлом году в Каннах "Комнаты сына" хорошо идет), смутно европейское, еще лучше - восточноевропейское (героиня Сисси Спэйсек, хормейстер, разучивает с девочками что-то сербо-хорватское), безмерно медленное, крайне многозначительное и обязательно как можно более скучное; на таком "арте" американцы искупают свои грехи за "Макдоналдс" и Майкла Джексона, платя самым дорогим, что у них есть, - развлечением. "Спальня" довольно реалистично рассказывает о той самой типичной американской семье, члены которой постоянно улыбаются, на все вопросы отвечают: "Fine", - а в погребе держат несколько трупов доставщиков пиццы. Но вместо того чтобы применить к этой семье хоть немного иронии (которой она, несомненно, заслуживает), фильм относится к скелетам в ее шкафу с напыщенно-серьезным благоговением. Вот уж действительно, мало кто так навредил жизнерадостной и незамысловатой американской душе, как Ингмар Бергман.