ВыставкаУилльям Кляйн (США)
Рекомендации для вас
Гид выходного дняВсе
Популярно сейчас
Кроме Нью-Йорка Кляйна есть еще и Париж Кляйна, Токио и Рим, даже Москва Кляйна. Большие города и бешеная жизнь улиц — в 50-е эти темы были еще действительно темами, и по снимкам великих (а Уилльям Кляйн упоминается в связке с другими пионерами уличной фотографии, Гарри Винограндом и Робертом Франком) можно решить, что, чтобы стать большим фотографом, надо было просто очутиться в Нью-Йорке году в 1953-м и выйти из дому с заряженной камерой. Чтобы разобраться в отличиях нескольких величий, нужно заметить, что Франк всегда чуть более отстранен, Виногранд всегда чуть более статичен и склонен к формальной геометризации и «иконическим» композициям. Кляйн же всегда чуть сильнее вовлечен в происходящее и чуть более неуловим: грань между просто случайным кадром — и гениальным кадром у него тоньше, чем у других двух.
| Фотография |
Как вам выставка?
Рецензия Афиши
Кроме Нью-Йорка Кляйна есть еще и Париж Кляйна, Токио и Рим и даже Москва Кляйна. Большие города и бешеная жизнь улиц — когда-то, в 50-е, эти темы были еще действительно темами, и по снимкам великих (а Уилльям Кляйн упоминается в связке с другими пионерами уличной фотографии, Гарри Винограндом и Робертом Франком) можно решить, что, чтобы стать большим фотографом, надо было просто очутиться в Нью-Йорке году в 1953-м и выйти из дому с заряженной камерой. Чтобы разобраться в отличиях нескольких величий, нужно заметить, что Франк всегда чуть более отстранен, Виногранд всегда чуть более статичен и склонен к формальной геометризации и «иконическим» композициям. Кляйн же всегда чуть сильнее вовлечен в происходящее и чуть более неуловим: грань между просто случайным кадром и гениальным кадром у него тоньше, чем у других двух.
Хотя статическим формалистом, по логике, должен был стать именно он: после Второй мировой солдатом он очутился в Париже и учился живописи у авангардиста Леже — писал круги и треугольники, а в итоге обменял определенность абстракции на всегда чуть смазанное движение реальности, уже фотографом вернувшись в Нью-Йорк. Кляйн узнается по крупным планам: мир сам заглядывает к нему в камеру. На самой передней линии всегда оказывается кто-то, кто определяет кадр, заслоняя небо, делая неважным время суток. Особенного сюжета не обнаруживается, прохожие остаются прохожими, скользящими мимо объектива, не успевая превратиться в «героев», — но вместе с тем их образы, как в знаменитых «Четырех лицах», заполняют собой все пространство. В «слишком зернистых, контрастных, смазанных» снимках Нью-Йорк (точнее, работодатели Кляйна из Vogue, сидевшие в офисе на Мэдисон-авеню) не узнал сам себя — зато именно таким он понравился Парижу, куда Кляйн возвратился в итоге, чтобы жить там вполне неплохо — лишь слегка расстраиваясь, что на его вернисажи не ходят «ребята из посольства».
Уличный сумбур.
Хроники прошлого.
Полутона ретроспективы.
Вырванные из контекста, они становятся символами-истуканами эпохи… Обычные люди в ярком в данном конкретном случае формате ч/б. Субъективизм. Эго. Жизнь на бегу… С камерой, которая послушно успевает выхватывать из толпы отражение мира своего хозяина. Жестко очерченные персонажи. Противостояние. Напористость. Контрасты. Крикливость образов.
При виде работ Уилльяма Кляйна напрашивается параллель с творчеством Сола Лейтера. Но у последнего есть цвет и рваная динамика, нет такого прямолинейного конфликта и настолько откровенного «я» в центре композиции. У Кляйна же все, напротив, кричаще in your face.
Честно говоря , разочарование ... Фотографии абсолютно ничем не примечательны , похожи на любительскую съемку , причем человека , который явно не очень старался ... Выходишь с выставки и вспомнить нечего .
Что такое Нью-Йорк середины 1950-х годов? Сутолока и толчея, Wall street и бедняцкие районы, кругом разномастность и разноголосие, куча рекламы, неприкрытая агрессия... По крайней мере, таким этот город предстает в знаменитой серии Уильяма Клейна 1955 года, которую сегодня демонстриуют в Мультимедиа-арт-музее. В отличие от фотографий из криминального архива полиции Лос-Анжелеса, представленных по соседству, здесь насилие - это сознательно выбранная художественная стратегия, позволяющая автору создать наиболее живой и убедительный образ города. Но подлинен ли он? Боюсь, этого мы уже не узнаем, ведь в историю этот город уже вошел именно таким, как его "живописал" (в полном смысле этого слова) Уильям Кляйн. Как рождаются мифы - вот об этом эта выставка.
Эта выставка — мечта фанатов "Mad Men" и самого духа Нью-Йорка того времени, да и настоящего тоже. Мужчины, женщины, дети — все они живут среди гигантского количества рекламы, они есть суть общества потребления, и они улыбаются, они неравнодушны к тому, что их окружает, они не дают оторвать глаз от фотографии, большой, широкоформатной, чёрно-белой. Это Нью-Йорк. И его надо видеть.
Все
