Москва
«(НE)идеальный мужчина» как неидеальная, но любопытная попытка поженить социальную фантастику и мелодраму
В прокате неплохую кассу собрал очень спорный мелодраматический сайфай «(НE)идеальный мужчина» Марюса Вайсберга по сценарию Жоры Крыжовникова, который выглядит как русский эпизод фантастического сериала «Черное зеркало». Разбираемся в том, что это кино говорит нового об отношениях роботов и людей.
Ксения Шумина
29 января 2020

Сложно снять что-то новое о человекоподобных роботах, когда три года назад вышел «Бегущий по лезвию 2049», на HBO гремит «Мир Дикого Запада», а «Терминатор» совершил свою, кажется, финальную гастроль. Но так легко соединить вызов, которые технологии бросают человечеству, с историей о том, как женщина ищет себе счастья. «(НЕ)идеальный мужчина» неплохо зайдет как набор пятничных скетчей, но все же лучше смотреть его, вооружившись каким-никаким бэкграундом: помимо «Блейдраннера» прекрасно подойдут «Призрак в доспехах», «Я, робот», «Двухсотлетний человек», сериал «Черное зеркало». На худой конец, хотя бы «Приключения Электроника»

Совсем хорошо будет ознакомиться с читкой пьесы «Мой парень — робот», которую сценарист фильма Жора Крыжовников (режиссер «Горько» и «Звоните ДиКаприо!») написал еще десять лет назад, а поставила ее на канувшем в Лету пермском фестивале «Текстура» Валерия Гай Германика. Правда, от того текста в фильме почти ничего не осталось, кроме фундаментальной идеи и трагического послевкусия, которое усилит впечатления на финальных титрах (Крыжовников, как и шоураннер «Черного зеркала» Чарли Брукер, с настороженностью и даже скепсисом относится к современным технологиям).

Занятно, что в читке, поставленной Германикой, сыграли Агния Кузнецова и Александр Горчилин, которые потом снялись у нее в откровенной мелодраме «Да и да».

По сюжету Света (Юлия Александрова) — вечно молодая девушка с хорошей фигурой и идеальной укладкой. У нее выразительные голубые глаза и запоминающийся, чуть надтреснутый голос — такой обычно бывает, когда очень хочется плакать. Для слез у Светы есть много причин: во-первых, ее качок-бойфренд Борис (Роман Курцын) совокупляется с другой женщиной прямо у нее квартире, во-вторых, потом сообщает (уже бывшей) возлюбленной, что она сама во всем виновата: унижается и прощает там, где любая другая девушка давно двинула бы в челюсть. Свете нечего возразить: у нее действительно эмпатия «80-го левела» и способность принимать людей такими, какие они есть. Эта всепроникающая сила распространяется и на почти людей — человекоподобных роботов, которыми торгует корпорация, куда Света устраивается на работу. Все идет по плану, пока у универсальной молодежной модели с лицом певца Егора Крида не случается сбой в системе: он плачет как репликант Рой Батти под дождем. Ошибка 102, брак при производстве — такого проблемного робота никто не хочет себе брать, поэтому добродушная Света покупает его. И, как водится, тут же в него влюбляется. Однако Егор (так зовут андроида) вскоре начинает выкидывать те же коленца, что и ее бывшие: изменять, отрицать и обвинять.

Одиозный режиссер Марюс Вайсберг («Гитлер капут!», «Бабушка легкого поведения») мог свести всю историю к тому, как русская женщина сама создает токсичные взаимоотношения и сама же за них держится мертвой хваткой, но все же Жора Крыжовников — хороший драматург, поэтому придуманная им драматургическая основа не позволяет «(НЕ)идеальному мужчине» превратиться в блеклый ромком. Как минимум пять внезапных сюжетных поворотов зрителю обеспечены, а цитаты и аллюзии (визуальные, музыкальные, текстовые) к вышеупомянутым образцам фантастики поневоле цепляют и заставляют задуматься о важном: кто я? что делает меня человеком? что будет, когда роботы начнут продаваться в магазинах? сколько на них можно будет заработать в инстаграме? 

Егор Крид на удивление не раздражает: для профессионального актера он, понятное дело, довольно деревянный, но для робота такой язык тела подходит. Парень словно сошел на киноэкран с телешоу «Холостяк» — большего для этой роли и не требуется. Драматическую составляющую тянет Юлия Александрова (к слову, жена сценариста). Главная героиня в ее исполнении — расхожий женский кинотипаж десятых годов: непонятно откуда взявшаяся шикарная квартира, хороший автомобиль, мать-красавица и, разумеется, престижная работа в сфере продаж. И, конечно, полный швах в личной жизни и неумение выбирать хороших парней, что выглядит куда убедительнее вышеперечисленных атрибутов.

Можно сколько угодно говорить, что в фильме податливость Светы и умение подстраиваться возведены в нездоровый и неправдоподобный абсолют, но, наверное, у каждого зрителя найдется такая знакомая — или знакомая знакомой. Впрочем, несчастна тут не только Света. Сценаристы (помимо Крыжовникова это еще и Евгения Хрипкова) остроумно создают антиподов — главную героиню и ее подругу Катю в исполнении невероятно смешной Яны Кошкиной — одинаково нелепыми. Не важно, сколько филлеров в твоих губах и какого происхождения жених, штамп можно поставить хоть в инструкцию к андроиду, только никаких гарантий это не дает. Возможно, потому что с гарантиями в этом несовершенном мире вообще туговато — хоть в отношении людей, хоть поющих андроидов.

Одиночество для отдельно взятого человека в устоявшемся смысле по ходу заканчивается. Матрица в виде соцсетей с индивидуальной настройкой ленты заменяет нам реальность, робот с мягкой кожей — сверхмечту о счастье и любви. Света — почти трагическая фигура не потому, что Егор внезапно начал таскаться по другим женщинам, а потому, что ее идеальный мужчина, по сути, и есть она сама. Человек на старте эпохи принципиально новых технологий, до предела замордованный избытком данных и гаджетов-примочек, конструирует вокруг себя собственную реальность. Но потом с отчаянием понимает: любовь — это не зеркальное отражение, она по-прежнему, как и сотни лет назад, опирается на нечто иное: то, что может сопротивляться, а никак не подстраиваться.

В начале фильма Света ведет себя по отношению к мужчинам ничем не лучше (и не хуже) своего андроида с зачесанными бровями, который целиком и полностью исполняет ее желания. В финале мы видим человека, пережившего драму столкновения с самим собой без прикрас. Крыжовников делает финал открытым. «Да вы не женщина и не человек!» — кричит Сарториус бедному фантому Хари в «Солярисе». «Я понял, что нельзя стать человеком за другого», — вздыхает Электроник. «Я делал только то, чего хотела ты», — говорит киборг Егор Свете перед крушением надежд и отношений. В общем, роботам и людям много чего предстоит освоить на пути следования бок о бок, и, возможно, «(НЕ)идеального мужчину», при всех его очевидных недостатках (неуклюжая режиссура, спорная эстетика и не менее спорная этика), еще будут рассматривать как учебник неидеальных отношений с андроидами.


Бонус-трек: короткометражка «Счастливая покупка», которую Жора Крыжовников поставил по собственной пьесе.