Какое кино писали и снимали кинокритики «Афиши»: «Тяжелый случай» по сценарию Станислава Зельвенского

11 декабря 2019
Гордей Петрик
11 декабря 2019
Продолжаем публиковать рецензии на фильмы, над которыми работали кинокритики нашего издания. Среди них — показанный на кинофестивале в Выборге, но так и не вышедший в прокат, а потому обросший большим количеством мифов и легенд новогодний ромком «Тяжелый случай» Константина Мурзенко по сценарию Станислава Зельвенского. По просьбе «Афиши» Гордей Петрик рассказывает про печальное еврейское кино о невозможности любви.

«Тяжелый случай» поражает сведущего зрителя с первых же кадров. Бывший кинокритик «Афиши» (и не только) Михаил Брашинский встает с кровати, продирает заспанные глаза и надевает очки. Опрокидывает взгляд на прикроватную тумбочку. На ней стоит пожухлая фотография: молодой Брашинский примонтирован к Любови Аркус (главному редактору петербургского киножурнала «Сеанс». — Прим. ред.) в свадебном платье. И точно: на кровати беспечным младенческим сном сопит Любовь Юрьевна. Кажется, и съемки отчасти проходили в ее квартире. Зайдя в ванную комнату, Михаил жадно закуривает, достает из бежевого кармана клочок бумаги и шариковую ручку и наскоро записывает малопонятную, но крайне литературную фразу: «Ошарашивающая неожиданность. В универсаме — переучет» — дважды с нажимом подчеркнув последнее слово.

Это очень «питерское» кино (хотя авторы, предполагаю, вряд ли бы употребили это словечко). Провинциальный — как знает любой его житель — город будто бы разложен перед зрителями на блюде, даже скорее на кофейном блюдечке. Михаил Брашинский играет растерянного сердечного милиционера Михаила Иосифовича. В их отделении другой важный и известный своей особой язвительностью кинокритик Лидия Маслова играет на раздевание в подкидного — чем иллюстрирует, очевидно, путинскую стагнацию. Никто не может поймать районного извращенца. Только плечами жмут: «Там же холодно!» Йося — как кличут сослуживцы Михаила — в свою очередь пишет роман (кажется, детективный), который за кадром уже чинно прочитывает режиссерским голосом. Все роли исполнили сплошь петербуржцы, соратники авторов (режиссера Константина Мурзенко и сценариста Станислава Зельвенского): кинокритик (Лидия Маслова), редактор (Любовь Аркус), независимые режиссеры (Михаил Брашинский), актеры излюбленного редакцией журнала «Сеанс» фильма «Сестры» (собственно, трио: Екатерина Горина в ведущей роли и Роман Агеев с Татьяной Колгановой на подпевках), и даже востребованный композитор (в лице Игоря Вдовина).

«Тяжелый случай» — кино местечковое, и оттого крайне личное, поэтому необходимо напомнить, чем, собственно, так знаменит его режиссер Константин Мурзенко. Чаще всего Мурзенко в кино исполняет эпизодические роли. Он один из тех людей из внутренней кухни, который вот так невзначай, как Стэн Ли, может появиться в тех вещах, к зарождению которых когда-то имел непосредственное отношение. В этом плане он бренд, его снимают уже даже элементарно за яркий образ. Мурзенко узнаваем и всеобще любим за мелькания в лучших образцах отечественной сериальной и кинопродукции.

В эпизодической роли эксгибициониста (его герой даже был вынесен на постер) снялся сам Станислав Зельвенский

По выработке же и на деле это, наверное, его крайне удачная, но все же не последняя ипостась. Другая его совершенно выдающаяся сторона — перо: все мелодичные рифмы великой кинопоэмы для зрячих «Мама, не горюй-2» — его авторства: эти «Я сказал Люде, что приедут люди» и «Хватит базару пустому литься». Именно Мурзенко, как гласит легенда, открыл Гошу Куценко, а в своем режиссерском дебюте «Апрель», рассказывающем о грустных и мытарствующих бандитах-максималистах, единственным запечатлел Михаила Круга на кинопленке. Оба этих фильма — и «Мама, не горюй-2», и «Апрель» — неразрывно связаны с девяностыми, с их развязностью, абсурдностью, но и с апофеозом невсамделишной воли, витающей в атмосфере. «Воздух тогда был другой», — не устают повторять свидетели того времени (и их эпигоны), успешно монетизировавшие свой «опыт» в кино и прочих художествах. За приверженность к той эпохе ругают печально портретный второй «Мама, не горюй» — уже отнюдь не смешной, а выстроенный на жестком дистиллированном контрасте надежд фильм с результатами примерно как в соловьевском «2-Асса-2». Подмена в тот раз проявилась по большому счету в словах, вы только вслушайтесь: почти этнические, они передают колебания той жизни с сейсмографической точностью — «маза», «базар», «кон забьем». И апроприированные, еле выговоренные «электорат», «креатив», «пиар», которые герои понимали очень по-своему. Жизнь мельчала — комедия рушилась, и вместо пьющих балерин была группа «Штучки», которой нельзя на работе.

То же, если вглядеться, есть в «Тяжелом случае» — втором полном метре Константина Владиславовича. Это абсолютная кинорифма «Мама, не горюй-2». Фильм потрясающе выразителен, как и все, к чему автор приложил руку, но и элегичен до ноющей боли. Полон замолченной репрессирующей неудовлетворенности временем (десятыми) и собой в темпоральных рамках эпохи. Лексика, киноязык, да и логика киноролей Мурзенко — это своего рода точнейшей породы лакмус сегодняшнего обнищания — неважно, политического, культурного, волевого, даже киношного — все одно.

Сценарий «Тяжелого случая» писал Станислав Зельвенский (автор «Афиши», из-за которого мы, собственно, собрались), как легко считать по его рецензиям, в сущности, такой же ностальгик и меланхолик, и посему усмотренный когда-то Мурзенко регресс в этом фильме лишь продолжил свою прогрессию — закономерно, в удвоенном темпе. Представьте: улицы-матрешки, лишенные топографии, как в «Петербурге» Андрея Белого, проложившем скатерть-дорожку всему русскому модернизму; в них заблудишься, к ним вернешься, они друг друга поглотят и тебя пожрут за компанию. Ходят по городу на Неве грустные эксгибиционисты-экзистенциалисты и отчаянные влюбленные. У всех знакомые лица. А еще карлик, о стихийном появлении коего подчас грезят синефилы и кинокритики. Грустное кино получилось — о том, что виноваты всегда старые и некрасивые. Закрытое и, кажется, не особо желающее подпускать к себе посторонних. «Печальное еврейское кино о невозможности любви», — крайне точно сказала чуждая компании актриса Екатерина Горина. Жаль, что нигде, кроме Выборга, его не показали.

Самые ожидаемые российские фильмы 2022 года
Самые ожидаемые российские фильмы 2022 года
Самые ожидаемые российские фильмы 2022 года
Кинопремьеры недели: «Вальдо», «Агент 117: Из Африки с любовью», «Мой легионер» и «Один на один»
Кинопремьеры недели: «Вальдо», «Агент 117: Из Африки с любовью», «Мой легионер» и «Один на один»
Кинопремьеры недели: «Вальдо», «Агент 117: Из Африки с любовью», «Мой легионер» и «Один на один»
Онлайн-премьеры недели: «Позолоченный век», новые сезоны «Миллиардов» и «Засланца из космоса»
Онлайн-премьеры недели: «Позолоченный век», новые сезоны «Миллиардов» и «Засланца из космоса»
Онлайн-премьеры недели: «Позолоченный век», новые сезоны «Миллиардов» и «Засланца из космоса»
7 хороших музейных квестов для детей
7
хороших музейных квестов для детей
7 хороших музейных квестов для детей