Все развлечения Москвы

Что пишут критики про «Простую просьбу», «Бои без правил» и «Лондонские поля»

«Афиша» собрала отрывки из рецензий на громкие премьеры этой недели: критики хвалят хитроумный триллер «Простая просьба» и суровую тюремную драму «Бои без правил», ругают спорный постмодернистский детектив «Лондонские поля».
23 сентября 2018

«Простая просьба»

Станислав Зельвенский, «Афиша-Daily»:

«Пол Фейг, как известно, не просто ставит женские комедии, он корректирует половую принадлежность разным развлекательным жанрам, в которых традиционно солировали мужчины, — шпионскому боевику, бадди-муви, фантастической комедии, комедии про эпическую вечеринку. Здесь жертва, разумеется, фильм нуар, причем Фейг дает понять (не очень тонко), что смотрел не только «Двойную страховку», но и «Дьяволиц» Клузо. И сразу ясно, что героиня Кендрик окажется в роли то ли лопуха, попавшегося на удочку femme fatale, то ли ее спасителя, то ли — как бывало в этих фильмах чаще всего — лопуха, наивно считающего себя спасителем».

 

Антон Долин, «Медуза»:

«Режиссер Пол Фиг — центральная фигура новой волны голливудского феминизма, остроумно и метко осмысляющий из фильма в фильм место женщины в современном обществе и традиционной системе киножанров. Его запоздалый (Фиг пришел в большое кино из сериалов) полнометражный дебют «Девичник в Вегасе» был блестящим ответом на непристойные «мужские» комедии о потере невинности. «Копы в юбках» разбирались с полицейским бадди-муви, «Шпион» — с мифом о Джеймсе Бонде, а «Охотники за привидениями» были женским перевертышем культовой франшизы 1980-х. Та картина показалась не вполне удачной; обаяния первоисточника Фиг не переплюнул. В «Простой просьбе» он возвращается на более привычную ему современную почву и полностью реабилитируется. Обрамление сперва психологически-комедийной, а потом детективной интриги выпусками блога «для мамаш» позволяет провести обобщение: Фиг рассказывает не о роковых женщинах, его материал — сложность любого человека как такового, и особенно женщин, которых мы привыкли загонять в некое амплуа».

 

Алиса Таежная, «The Village»:

«Режиссер «Простой просьбы» Пол Фейг вместе с Джаддом Апатоу все последнее десятилетие перепридумывает американскую массовую комедию: «Девичник в Вегасе», «Копы в юбках» и последние «Охотники за привидениями» — его рук дело. Новый фильм справедливо продвигают в прокате как «кино от темной стороны Пола Фейга». «Простая просьба», будучи фильмом без лобовых шуток, здорово обращается с природой комического: противопоставляет разных по харизме Кендрик и Лайвли, мимоходом шутит о лицемерной семье, не без иронии цитирует «Исчезнувшую» и «Девушку в поезде» и ставит приговор людям, готовым удавиться за деньги. Мелочей, за которые есть зацепиться глазу, здесь рассыпано множество. «Просьба» скорее напоминает странный детектив 70-х или 80-х, чем клишированный продукт современного проката».

 

«Бои без правил»

Денис Рузаев, «Лента»:

«Притворяющиеся боевиком «Бои без правил» представляют собой все-таки драму о выживании в невыносимых жизненных обстоятельствах, более того — основанную на бестселлере, мемуарах реального Билли Мура. Если Мур, впрочем, натуралистично подчеркивал экзотичность пережитого им на тайской зоне (не зря его книга и спустя десять лет после выхода пользуется большим спросом во всех туристических книжных Таиланда), то Жан-Стефан Совер, хоть и известен фильмами о колумбийских нарковойнах («Медельинский картель») и африканских детях-солдатах («Джонни — бешеный пес»), здесь придерживается почти импрессионистского подхода к режиссуре. Камера то заходится в расфокусе, стоит Билли найти и употребить дозу, то ухитряется очертить пространство свободы даже в бесчеловечной тесноте бангкокской зоны, а в сценах боев на ринге и тренировок их участников и вовсе берет почти торжественную, прославляющую телесность интонацию».

 

Илья Кнапский, «КиноПоиск»:

«В фильме Совера поражает телесность ленты: крупные мазки крема сползают по лицу Мура перед боем; покрытые татуировками тайские спины постоянно лезут в кадр, норовя заслонить собой все действие; кровь хлещет из горла главного героя в преддверии ответственного матча. Погружая зрителя в транс своей почти документальной реалистичностью, «Предрассветная молитва» (оригинальное название фильма. — Прим. «Афиши») хорошо вписывается в плеяду лучших современных тюремных картин, таких как, например, «От звонка до звонка» Дэвида Маккензи».

 

«Лондонские поля»

Тодд МакКарти, «The Hollywood Reporter»:

«Лондонские поля» заманивают набором первоклассных звезд и ошеломляют огромной разницей в качестве между романом и его экранизацией. Дебют режиссера музыкальных клипов Мэтью Каллена оказывается полным провалом от начала и до конца, со всей возможной тщательностью огрубляющим великолепный роман Мартина Эмиса 1989 года. <...> У фильма так всесторонне не получается передать чудеса прозы Эмиса, что, пожалуй, едва ли стоит разбирать по отдельности его общие дефекты. Впрочем, отметим лишь два явных недостатка, никак не связанных напрямую с самим романом. Во-первых, картина выглядит просто чудовищно, начиная от посредственных спецэффектов и заканчивая весьма грубой работой художников-постановщиков, которая превращает даже роскошные места в нечто неприглядное. Во-вторых, все исполнители играют без явного взаимопонимания. <...> Никола [Сикс] для [Эмбер Херд] — один из главных творческих вызовов в карьере, и, учитывая все обстоятельства, было бы не совсем справедливо обвинять Херд в том, что она не спасла фильм, несмотря на ведущую роль, — ведь ей никто в этом не помог».

 

Анна Кузьмина, kino-teatr.ru:

«Роль Николы Сикс грозит стать лучшей ролью Эмбер Херд, продемонстрировавшей в этом бенефисе абсолютно все грани актерской натуры: красивую попу, умение позировать, невинный взгляд и хищный оскал. Роль холодной манипуляторши, умело разжигающей в мужчинах страсть, села на актрису как влитая. Камера Гильермо Наварро не оставляет в покое её холеное личико, любуется фигурой, тычется в шею на сверхкрупных планах. Фильм затягивает зрителя в себя, убаюкивает закадровым голосом, погружает в текст будущей книги буквально, показывая огромные, во весь экран, слова в мерцающем мониторе ноутбука [писателя Самсона] Янга, печатающего роман одновременно с наблюдаемыми им событиями».