Москва

10 лет «Игре престолов»: как грандиозное фэнтези HBO влюбило в себя и разочаровало миллионы

17 апреля в сериальном мире юбилей — десять лет с выхода первого эпизода «Игры престолов». Главное телевизионное шоу 2010-х прошло путь от нишевого проекта для любителей фэнтези до международного блокбастера, хотя концовка сериала и оставила многих зрителей разочарованными. Вспоминаем, как «Игра престолов» стала популярной и почему была обречена на ненависть поклонников с самого начала.
Василий Говердовский
16 апреля 2021

В момент выхода первых серий «Игра престолов» не производила впечатление хита. Оригинальные книги Джорджа Мартина попадали в списки бестселлеров, но были известны ограниченному кругу почитателей. К моменту выхода сериала в 2011 году экранизации фэнтези-книг сдулись: «Властелин колец», может, и стал блокбастером с кучей «Оскаров», зато его последователям — в диапазоне от «Золотого компаса» до написанного подростком «Эрагона» — остались лишь объедки славы трендсеттера. Авторы «Игры престолов» и вовсе представляли сериал как «"Сопрано" в Средиземье» (HBO — родина мафиозного сериала Дэвида Чейза), а насчет магии уверяли, что в мире Вестероса она не так уж и важна.

Первую серию посмотрели 2,2 миллиона человек — неплохая цифра для нишевого сериала. Однако это были копейки в сравнении с 11,76 миллиона премьерной серии последнего сезона — и это только если посчитать зрителей американского канала HBO. В случае с «Игрой престолов» можно отследить по конкретным сериями превращение сериала в хит. Девятый эпизод первого сезона («Бейлор») ударил зрителей под дых, убив главного героя — Эддарда Старка в исполнении единственного звездного актера в составе, Шона Бина. Видео с реакциями шока заполонили интернет. Однако в девятой серии третьего сезона «Игра престолов» подняла ставки: «Кровавая свадьба» с ее резней со смертельным исходом сразу для нескольких главных героев до сих пор остается самым травматичным часом на телевидении.

«Игра престолов» заслужила звание самого жестокого и непредсказуемого шоу на телевидении. Однако сериал стал чем-то большим  — социокультурным явлением во всем мире и первым глобальным блокбастером. На техническом уровне это можно объяснить развитием интернета и соцсетей в 2010-х. С эстетической стороны у «Игры престолов», как и ассасинов Безликих, множество лиц — объяснить успех только одним из них невозможно. Это и яркие герои, и убедительно прописанный мир, и мрачное высказывание о природе власти и политики, и альтернативный исторический роман, и драма, и фэнтези, и хоррор. «Игра престолов» увлекла разных зрителей, о ней с одинаковым энтузиазмом писали и журналисты, и исследователи в научных статьях. Все были без ума от сериала и мира Джорджа Р.Р.Мартина. 

Но затем что-то случилось.

Начиная с пятого сезона «Игру престолов» все активнее критикуют за ухудшающееся качество сценариев. Вину принято возлагать на шоураннеров Дэвида Бениоффа и Дэна Вайсса, однако, по-хорошему, ее надо разделить с автором книг. Джордж Мартин изначально задумывал свою «Песнь льда и огня» трилогией о выдуманном королевстве, раздираемом внутренними конфликтами, пока к ним медленно ползет самая настоящая смерть — в облике Ходоков. В самой сердцевине это классическая история о борьбе неидеального добра с однозначным злом в виде традиционного и, чего уж греха таить, скучного фэнтези-тропа — армии зомби. Однако где-то в процессе эрудит и любитель истории Мартин увлекается созданием вселенной и выстраиванием сложных взаимоотношений героев с выдуманным миром. 

Подход Мартина не похож на героическое фэнтези. В центре внимания не сами персонажи, а придуманное писателем псевдосредневековое общество. Настоящие герои «Игры престолов» — это институты, традиции, религии, отношения власти. По законам героического повествования Робб Старк должен был отомстить за отца, однако вместо этого его и его семью жестоко убивают за несоблюдение брачных договоренностей. Разрыв между привычными ожиданиями и социологическим нарративом сериала создает напряжение от просмотра. Непредсказуемость не всегда рифмуется с целостностью, однако Мартину и впоследствии Бениоффу с Вайссом удавалось блестяще их совмещать.

И тем не менее это все еще история про нападение злых зомби. К четвертой книге стало ясно, что Мартину окончательно надоела эта тема. Вместо нее он переключился на плетение своего альтернативного исторического романа и настолько глубоко погрузился в Вестерос, что шестую книгу мы ждем уже десять лет. Мартина и самого критикуют за четвертую и пятую книги — за медленное развитие событий и разросшийся мир, за которым сложно уследить.

Ровно в эту же ловушку попадают и Бениофф с Вайссом. К пятому сезону сериал сбавляет темп до мучительно низкого. Зрителям кажется, что ничего не происходит. К тому же заканчивается материал для экранизации. Вооруженным лишь знаниями об основных точках глобального сюжета шоураннерам приходится самим заполнять пустоты между ними. И они отказываются от целого ряда героев и сюжетных линий новых книг — лишь бы самим не заплутать в дороге, как это сделал Мартин.

Еще один поворотный пункт можно найти в седьмой серии пятого сезона: Тирион Ланнистер, ставший рабом и отправленный сражаться на гладиаторскую арену города Миэрин вместе с Джорахом Мормонтом, наконец встречается с Дейенерис, чтобы стать ее советником. Однако в книге все было не так. У Мартина встретиться в Миэрине должны были сразу несколько героев, а Тирион и Джорах хоть и успели стать рабами, но разминулись с Дейенерис: она улетает на драконе после нападения своих политических противников. Сюжетную точку, в которой герои должны были встретиться, назвали Миэринским узлом. Помешанный на правдоподобной логистике Мартин признавался, что это место вызвало у него наибольшее затруднение. Бениофф и Вайсс разрубили узел без лишних сантиментов: одну часть героев выкинули, другой придумали совсем иные дела, а встречу Тириона и Дейенерис передвинули на более ранний срок.

Дальше перед глазами шоураннеров была только финишная прямая, к которой они полетели на турбоскорости. Из нюансированного и сложного шоу «Игра престолов» превратилась в написанную широкую мазками фэнтези-сказку. Пусть и эффектную, красивую и отлично сыгранную. Избавившись от множества второстепенных персонажей и оставив пул героев, которые должны были дотянуть до развязки, Бениофф и Вайсс лишили «Игру престолов» одного из важнейших в глазах зрителей элементов — непредсказуемости. После воскрешения Джона Сноу ни у кого не было сомнений, что бастард Нед Старк как минимум дотянет до финальных серий. Кроме того, шоураннеры продемонстрировали, что не понимают, как работать с некоторыми героями без подложки мартиновских книг. Интриганы Варис и Петир Бейлиш без толку шатались по сюжету до конца своих сценарных арок, а любимец фанатов Тирион вдруг превратился в блеклую тень себя самого. 

При этом надо помнить, что пространства для маневра не было — у финишной черты стояли все те же зомби, безумная Дейенерис и Бран-король. Бениофф и Вайсс не гении, у них не было и шанса за несколько лет родить выдающуюся концовку к «Игре престолов» (еще раз напомним, что Мартин уже десять лет борется с шестой книгой цикла). Ныне восьмой сезон считается одним из худших финалов в истории телевидения, но с учетом неблагополучных обстоятельств концовка вышла… нормальной. Если отбросить нереалистичные ожидания, то выяснится, что хорошего в ней все еще много — от блестящей актерской игры до выдающейся режиссуры.

Принципиальный недостаток в финальном сезоне один: мартиновский сюжет о власти, ее институтах и акторах дан вперемешку со штампованным зомби-фэнтези и нарисован все теми же широкими мазками. Из-за этого в битве с Королем ночи у героев напрочь отсутствует любое подобие тактики, а Дейенерис слишком быстро превращается в Гитлера. С героиней Эмилии Кларк ситуация самая сложная: преображение Дейенерис в безумную королеву и ее убийство от рук любимого мужчины критиковали за сексизм и необоснованность. Обе эти претензии звучат странно. Во-первых, «Игра престолов» с самого начала в какой-то мере была сексистским шоу: чего стоит только героиня Эсме Бьянко, которую ввели в первые три сезона лишь для того, чтобы выполнить квоту HBO по наготе в своей продукции. Странно, что сексизм заметили только к финалу! Во-вторых, флажочки о грядущем превращении Дейенерис в драконьего фюрера были развешены сильно заранее: достаточно вспомнить, с какой жестокостью она наказывала своих обидчиков и людей, отказывавшихся подчиняться.

К последнему есть хороший контраргумент: не одна Дейенерис совершала военные преступления. Тот же Джон Сноу, будучи главой Ночного дозора, не постеснялся повесить подростка за предательство. Однако именно в этом моменте «Игра престолов» превращается в прежнюю себя, потому что это снова история не про героев, не про превращение в злодея — она о том, что нельзя давать единоличную власть в руки человеку верхом на огнедышащей атомной бомбе. Однако во время выхода сериала возник запрос на сильных женских героинь в масскульте, который сполна удовлетворила жестокая и уверенная в себе Дейенерис. Каково же было разочарование, когда выяснилось, что она вовсе не ролевая модель. В мире «Игры престолов» у бедной Дейенерис, травмированной навязанным окружением желанием стать королевой, не было и шанса стать хорошей правительницей. Выбор Брана в качестве короля поначалу тоже может вызвать разочарование (вообще-то к этому моменту он уже не человек в привычном понимании), но, опять же, это попытка посмотреть на конфликт с точки зрения героического нарратива. Ведь на самом деле в игре престолов победила меритократия: в финале мы видим власть не одного, но нескольких достойных людей, для которых власть не самоцель. Даже самые ярые критики сериала признают, что на уровне концепта это неплохая концовка. Дискуссионным остается только вопрос о том, насколько подкачало исполнение.

Нравится ли нам сериал и его игра престолов или нет, но свой след в истории шоу оставило. Нил Гейман признавался, что сериальные экранизации «Американских богов» и «Благих знамений» стали возможны исключительно из-за успеха «Игры престолов»: продюсеры поверили в высокобюджетные экранизации фэнтези. Теперь все ищут свою «Игру престолов»: Amazon потратил баснословные деньги на новую версию «Властелина колец» и заодно попытает удачи с экранизацией «Колеса времени», Netflix выпустил «Ведьмака», а сама HBO запускает в производство спин-офф за спин-оффом своего главного блокбастера. Ставки взлетели: если мы вернемся на 10 лет назад и в очередной раз вспомним, что сериал Бениоффа и Вайсса поначалу не производил впечатление хита и набирал популярность от серии к серии, то теперь шоураннеры просто не имеют права на раскачку и обязаны с первых эпизодов захватить внимание миллионов зрителей.