Москва

Сочувствие госпоже месть: 8 фильмов о женщинах, которые не простили

Главный герой кинематографа XXI века — женщина. Об этом нам напоминает номинация на «Оскар» фильма «Девушка, подающая надежды» с Кэри Маллиган в главной роли. Это кино о девушке, преподающей мужчинам урок, переосмысляет фильмы в духе rape and revenge. Милашка в исполнении Маллиган не придет плюнуть на ваши могилы с мрачным видом ангела мести. У феминизма нашего времени немного другое лицо. У героини Маллиган немало предшественниц. «Афиша» рассказывает о фильмах, в которых женщины так или иначе брали свое.
Елена Кушнир
23 апреля 2021

триллер

Изабель Аджани и Шэрон Стоун в ремейке французского триллера

Забитая и болезненная хозяйка частной школы для мальчиков (Изабель Аджани) терпит выходки абьюзивного мужа (Чезз Палминтери), который открыто изменяет ей с роковой блондинкой-учительницей (Шэрон Стоун). Вскоре выясняется, что любовнице он тоже осточертел. Объединившись, женщины задумывают прикончить мерзавца, и поначалу кажется, что все идет хорошо. Ремейк черно-белого гран-гиньоля Клузо («Дьяволицы») по роману Буало — Нарсежака так разругали в год выхода, что сегодня он невольно вызывает интерес: что такое могло в нем быть, если во всеядные девяностые фильм даже номинировали на «Золотую малину»? Картина действительно китчевая, но радует не одной Стоун в леопардах, которая задумчиво курит в ночь. Перед нами один из первых феминистских пастишей с нахально переписанным финалом. Клузо снимал о женском коварстве. Цветной нуар в леопардах посвящен теме женского бунта. Во второй половине XX века режиссеры уже готовы были не только сказать, что дьявол — это женщина, но и объяснить, почему она им стала.

комедия

Главный фильм второй волны феминизма, о котором никто не знает в России

Три секретарши (Джейн Фонда, Лили Томлин и Долли Партон) изнемогают от своего несносного босса (Дэбни Колман). Вдохновляясь фантазиями, навеянными косяком марихуаны, они похищают начальника, чтобы установить на работе новые правила. Из фильмов 1980-х о женской карьере в офисе зрители запомнили «Деловую женщину», где Мелани Гриффит сражалась с Сигурни Уивер за Харрисона Форда и повышение по службе. Но «С девяти до пяти» Колина Хиггинса (сценарист «Гарольда и Мод» о любви между самой удивительной парой в кинематографе) не просто смелее, но и выдержал проверку временем. В сегодняшнем инклюзивном феминистском Голливуде его бы приняли с тем же восторгом, что и в 1980-х на Бродвее, где его адаптировали в мюзикл. За 36 лет до «Охотниц за привидениями», где не очень удачно мужчин и женщин поменяли ролями, кантри-звезда Партон (ее сценическая карьера началась после фильма) изображает, что было бы, если бы женщины относились к мужчинам как к секс-объектам, рекомендуя им носить штанишки поуже, а то не все видно. В финале сообщается, что начальника похитило племя амазонок в джунглях. Если бы у современного Голливуда кроме благих намерений было бы еще чувство юмора, «Чудо-женщину» после этого финала никто бы, конечно, снимать не стал: амазонки давно победили.

драма

Фильм Ким Ки Дука, снятый после обвинения в сексуальных домогательствах

В жизни рэкетира и мизогина (Ли Чжон Чжин) появляется женщина в красной юбке, которая преподносит ему курицу и утверждает, что она его мать (Йо Мин Су). Постепенно человек, зарабатывающий на жизнь тем, что калечит других, узнает семейное тепло. «Золотой лев», врученный Ким Ки Дуку за эту картину, не избавил его от похлопываний по плечу. Мол, мы все это видели: жестокость и сентиментальность, сплетение мелодрамы с натурализмом. Между тем это самая печальная работа корейского мэтра, умершего в 2020-м от ковида. Режиссер едва ли не впервые позволяет персонажам не играть в жестокие игры, прописанные в сценарии, а быть грустными людьми в театре жизни, где любовь, одиночество и боль потери остаются последними приметами реальности. Все остальное — вымысел, включая и деньги, о которых тоже много говорится в этом кино (Ким Ки Дук хотел сначала снимать в Европе, но не хватило бюджета). Легко предположить, что обвинения режиссера в сексуальных домогательствах вдохновили его на создание картины о страшной власти женщины над мужчиной и бессмысленности ее победы над ним. Но, если таков был реванш Ким Ки Дука, он достоин: фильм сложнее собственного символизма. Вспоминается создатель настоящей «Пьеты» — 23-летний Микеланджело, никогда не знавший матери и остро от этого страдавший. «Пьета» вызвала у современников недоумение: Мадонна выглядела моложе Христа. Скульптор ответил то, что, наверное, хотел сказать режиссер: «Материнская любовь совершенна и не стареет».

комедия

Бенефис трех звездных актрис

Спустя 30 лет после колледжа три подруги встречаются на похоронах четвертой, шагнувшей с верхнего этажа апартаментов на Парк-авеню после того, как муж ушел к молоденькой. Все подруги оказались в такой ситуации. Домохозяйке Энни (Дайана Китон) муж изменял с их общей психотерапевткой. От другой домохозяйки Бренды (Бетт Мидлер) благоверный ушел к блондинке (Сара Джессика Паркер). От голливудской звезды Элиз (Голди Хоун) муж еще и хочет получить алименты. Воссоединившись, троица женщин собирается проучить бывших супругов. Фильм по роману Оливии Голдсмит носит презрительное клеймо «развлечение для женщин за сорок», как будто женщины за сорок не должны развлекаться. На самом деле это гомерически смешное кино, в меру «мыльное» и настолько злое по отношению к мужчинам, что это едва может позволить себе комедия. Три звезды, три светлых повести задействуют свой немалый комический потенциал, чтобы отомстить не только за своих героинь, но и за всех «разведенок с прицепом», которым мировой кинематограф до сих пор не разрешает поверить, что в сорок лет жизнь только начинается.

Жесточайший перестроечный неонуар

Журналистку Ольгу (Ирина Метлицкая) насилуют на даче трое партнеров в бридж. Отвергнув помощь милиции, она обращается к питерскому криминальному авторитету Вольдемару (Альгис Матуленис) за помощью в организации мести. Фильм от автора народной комедии «Гений» Виктора Сергеева впечатляет изощренностью даже ко всему привычных зрителей rape and revenge. Чего стоит одно превращение в наркомана персонажа Станислава Садальского, от души отрывающегося в этом темном кино. Метлицкая, которая до фильма считалась кем-то вроде блоковской незнакомки, так жжет взглядом кадр, что даже через экран опаляет. Демонический Матуленис появляется всего дважды, но успевает создать образ единственного настоящего Воланда, который был в русском кино (имя Вольдемар на это и намекает). В богатой кинематографической традиции жанра фильм остается одним из самых суровых. Слешерского натурализма тут нет, но психологически «Палач» ближе к «Олдбою», чем к какому-нибудь «Я приду плюнуть на ваши могилы». Не придет, потому что и могил не останется.

драма

Элегантный выход Жанны Моро у Трюффо

В день свадьбы Жюли (Жанна Моро) ее жениха застреливают прямо у церкви. Это сделано по заказу пятерых богачей, ради развлечения охотящихся на людей. Невеста переодевается из подвенечного платья в траур и отправляется мстить охотникам. Какое бы благоговение ни вызывал Трюффо своим кинопанегириком Хичкоку, «Невеста» слишком озабочена собственной выразительностью, чтобы быть великим фильмом. Вот невеста в белом, вот она в черном, вот в белом с черным бантом, плюс камера постоянно смещается на ее ноги. Недаром Тарантино так легко удалось нарезать «Невесту» на ленточки для «Убить Билла» наравне с японской сагой о мести «Принцесса кровавого снега»; кромсать на лоскуты шедевр невозможно, это срабатывает только с очень стильными и очень плохими фильмами. Но почти немое присутствие Моро с ее тихой поступью смерти наполняет кадр элегической глубиной. Тот случай, когда ноги у актрисы замечательные, но талант пересиливает.

триллер

Суровая драма Романа Полански

В латиноамериканской стране, где недавно правила военная хунта, жена известного политика и адвоката Полина Эскобар (Сигурни Уивер) переживает травму прошлого. При прежнем режиме она попалась в лапы хунты и подверглась пыткам. Она боится выходить на улицу и общаться с людьми. Мужа назначили расследовать преступления хунты, и он обещает ей добиться для нее правосудия, но очевидно, что Полина не слишком в это верит. Случайно в дом супругов попадает приятный сосед (Бен Кингсли), в котором Полина вроде бы узнает врача, который когда-то насиловал ее в застенках, завязывая глаза. Тогда она берет пистолет и начинает добиваться правосудия самостоятельно. Камерная драма Полански, разыгранная на трех актеров, не покидает пределы одного помещения, и ее нарочито скупая драматургия придает происходящему почти аллегорический характер. Уивер — изнасилованная страна, Кингсли — свергнутая власть, муж (Стюарт Уилсон) — новое правительство, мешающее народу совершить самосуд. После обвинения Полански в сексуальных преступлениях и превращения его в голливудского парию феминистки могли бы даже углядеть в этом мизогинию: трагедия женщины превращается в повод поговорить о всяком политическом, тем более фильм поставлен по пьесе драматурга-мужчины — чилийца Ариэля Дорфмана. И действительно, муж с преступным врачом кажутся скорее какими-то символами и архетипами. Но благодаря пронзительной Уивер героиня обрастает выпуклой плотью. У нее глаза не персонифицированной мести, а живой поруганной женщины, которой прошедший через концлагеря Пиночета Дорфман отдает собственное страдание. Видимо, растоптанная душа всегда — женского пола.

фэнтези, трагикомедия

Черная феминистская комедия

У находящейся на седьмом месяце беременности Рут (Элис Лоу) муж погибает во время альпинистского восхождения. Ее пока не рожденная дочка, вещая прямо из утробы, требует у Рут убить всех причастных к этому событию. Бегая по Лондону с огромным ножом и огромным животом, Рут разит виновников направо и налево, по дороге рассуждая обо всем, что беспокоит будущую работающую мать. Как все фильмы, сценарий которых писала жизнь, «Преместь» отличается особой живостью и неутомимой энергией. Забеременев, замечательная комедиантка Лоу перестала получать роли и решила поставить собственное кино, рассказывая о страхах беременности, так сказать, от первого лица, а не как в «Ребенке Розмари», где мужчины пытались представить, каково это. Невеста была в черном, вдова, ведомая своими фобиями, ходит в красном и, по справедливости, заслуживает не меньших кинематографических почестей. В конце концов, она — работающая мать!