Москва
6 ревизионистских вестернов (такие вы точно не видели!)
На экраны выходит «Подлинная история банды Келли» Джастина Курцела — австралийский вестерн, который обманывает все ожидания и устраивает заскорузлому жанру перезагрузку. По такому поводу «Афиша» вспомнила еще несколько вестернов, не играющих по привычным правилам.
Евгений Ткачёв, Фарид Бектемиров
26 февраля 2020

драма

Метафизический латиноамериканский вестерн

1882 год, глухие места Патагонии, где базируется удаленный армейский форпост, во времена кампании по уничтожению коренного населения. Среди главных героев — прибывший из Дании капитан Гуннар (Вигго Мортенсен), который занимается инженерными работами для аргентинской армии, и его 15-летняя дочь Ингебор (Виллибьерк Маллинг Аггер), влюбленная в юного солдата. Когда девушка сбежит с солдатиком, Гуннар отправится на ее поиски, которые приведут его в Хауху (Страну благоденствия) — мифологическую землю счастья и изобилия, похожую на другое измерение. Первое, что бросается в глаза при просмотре фильма, — это необычное соотношение сторон кадра. Аргентинский режиссер Лисандро Алонсо использует формат изображения 4:3 (или 1.33:1), при этом скруглив края кадра таким образом, как это делалось, например, на старой фотографии и в фильмах немой эпохи. Также стоит предупредить, что картина снята длинными статичными планами и является ярким образчиком так называемого медленного или медитативного кино (сценарий занял всего 20 страниц, а время тут превращается в предмет эстетического опыта). В остальном это как если бы Вернер Херцог снял «Мертвеца». «Хауха» — метафизический вестерн с многозначительной системой образов, среди которых выделяются игрушечный солдатик, собака-проводник, пещера и старуха, похожая на Смерть. Трактовать фильм, разумеется, можно по-разному (это Вигго Мортенсен приснился девочке или девочка приснилась Вигго Мортенсену?), как и на разные лады обвинять его в претенциозности и пижонстве, но невозможно не признать, что это один из самых странных, завораживающих и будоражащих вестернов на свете. 

приключение, трагикомедия

Румынский трагикомический вестерн в черно-белой гамме

Румыния начала XIX века — патриархальное государство с суровыми нравами и практически узаконенным рабовладением. Дикий барин нанимает полицейского Костандина (Теодор Корбан) и его сына Ионицэ (Михай Комэной) найти и доставить в имение беглого крепостного цыгана, который совратил жену феодала. Стилизованный под черно-белые вестерны Джона Форда и Говарда Хокса истерн Раду Жуде был удостоен приза за лучшую режиссуру на Берлинале-2015 — и режиссура там действительно мастерская. Жуде проводит разговорчивых героев через цыганский табор, ярмарочный балаган, театральное представление и семейные дрязги так ловко, что не успеваешь моргнуть, а фильм уже закончился. Но «Браво!» —  не только отменный формалистский эксперимент и грандиозная историческая реконструкция (при работе над картиной режиссер проштудировал немало этнографической литературы), но и злое социальное высказывание. В кровавой развязке Жуде во всей неприглядности показывает, как бояре пьют кровь из крестьян (недаром ведь действие фильма происходит в Валахии).

вестерн, боевик, мелодрама

Крепкий вестерн с сюрпризом в финале

«Строго на запад» рассказывает о мечтательном шотландском пареньке (Коди Смит-МакФи), который приехал в Америку искать свою любимую, сбежавшую туда с отцом. Его телохранителем становится охотник за головами (Майкл Фассбендер), у которого на девушку свои виды. Фильм, снятый в Новой Зеландии, изумительно красив, полон сюрпризов самого разного толка и каким-то чудом почти ни разу не переступает грань, за которой его оригинальность превратилась бы в кокетливую манерность. Финал и вовсе невероятный.

вестерн, триллер, драма

Южноафриканский вестерн про разборки в глубинке

В прологе, отсылающем нас то ли к «Хорошему, плохому, злому», то ли к «Неуловимым мстителям», четверо черных подростков устраивают перестрелку с помощью рогаток, а затем вместе со своей боевой подругой рассказывают друг другу истории, еще не подозревая о том, что их личная история обернется трагедией, когда в родной и захудалый городишко Марсель (находящейся в ЮАР) приедут трое полицейских. Мальчишки дадут бой наглым представителям власти, который закончится тем, что самый бойкий из друзей, Тао, убьет полицейских и ударится в бега. Спустя много лет (и после отмены апартеида) повзрослевший Тао (Вуйо Дабула) возвращается домой в поисках искупления, но, оказывается, вынужден снова взяться за револьвер. «Пять пальцев для Марселя» с тактом, чувством и расстановкой апроприируют эстетику спагетти-вестернов, насыщая ее местным колоритом, социальными и политическим реалиями (и сдабривая щедрой порцией мелодрамы). Наверное, где-то этому вестерну не хватает ловкого сценария (сюжет в итоге оказывается до обидного предсказуемым), где-то — железной режиссуры (для Майкла Мэттьюса это дебют), но чего у него не отнять, так это атмосферности. За счет экзотичного сеттинга и кровавого финала это кино все-таки выруливает в историю о преступлении, наказании и искуплении: главное — следить за пальцами.

вестерн, трагикомедия

Профеминистский комедийный вестерн с Миа Васиковска, Робертом Паттинсоном и пони Баттерскотом

В 2018 году не только братья Коэн («Баллада Бастера Скраггса»), но и братья Зеллнер, предыдущая работа которых («Кумико — охотница за сокровищами») была вольным сиквелом «Фарго», отметились вестерном — но совершенно необычным. Сэмюэль (Роберт Паттинсон) в компании лжепроповедника (Дэвид Зеллнер) колесит по западному побережью США, чтобы спасти свою возлюбленную Пенелопу (Миа Васиковска), подарить ей пони Баттерскота и предложить руку и сердце. Однако все оказывается не так, как представлялось нам с самого начала. Фильм полон абсурдных ситуаций, заставляющих вспомнить пьесы Сэма Беккета, и висельнического юмора, роднящего его с картинами Коэнов. Но еще у Зеллнеров есть своя неповторимая интонация, которая превращает их кино в ни на что не похожее профеминистское высказывание о девушке, которую не надо спасать.

биография, драма, криминальный

Суровый вестерн про известного австралийского бандита

«Джокер» на максималках. «Брат», где Багрова не романтизируют. «Бабадук», скрещенный с «Маяком», с долькой «Заводного апельсина». Все эти эпитеты подходят новому фильму Джастина Курцеля, но не описывают его во всей полноте. За экранизацию жизни народного австралийского героя, бушрейнджера (разбойника с навыками выживания в буше) Неда Келли брались уже не раз. «Подлинная история банды Келли» 1906 года считается, например, первым полнометражным фильмом в истории. В других версиях главную роль исполняли Мик Джаггер, Хит Леджер и знаменитый игрок в австралийский футбол Боб Читти. И все же Курцел, режиссер потрясающих психологических драм «Снежный город» и «Макбет» и не столь потрясающей экранизации видеоигры «Кредо убийцы», сумел создать нечто совершенно уникальное.

Тот факт, что в основе «Подлинной истории» лежит награжденный Букеровской премией роман Питера Кэри, не должен обманывать — это совершенно режиссерский, во многом личный проект. Фильм, прослеживающий трагическую судьбу Неда Келли (Джордж МакКей из «1917») от детских психотравм до бесславной и ранней смерти на виселице, бьет по типично «мужским» болевым точкам: ультрамаскулинному воспитанию, калечащему тела и психику мальчиков, давящему прессу патриархальных ожиданий и сложным отношениям с женщинами. Курцел словно напоминает, что человеческая цивилизация на протяжении всей истории порождала таких сломанных, запутавшихся мальчишек, как Келли. И эту внутреннюю сломленность, изувеченность человека, который стал для многих австралийцев местным Робин Гудом, романтизированным символом сопротивления колониальным властям, режиссер передает совершенно бескомпромиссно. Усиливая ее бунтом против маскулинности (тема женского платья на мужчине как вызова обществу — чуть ли не основная в фильме), повсеместным гомоэротизмом и выдающимся (не хуже чем в «Макбете») визуалом.