Квартира Шостаковича, пуговичная фабрика и соляные подвалы: как ресторатор Денис Бобков строит пабы в странных местах – Афиша-Рестораны
fitcher: Квартира Шостаковича, пуговичная фабрика и соляные подвалы: как ресторатор Денис Бобков строит пабы в странных местах

Квартира Шостаковича, пуговичная фабрика и соляные подвалы: как ресторатор Денис Бобков строит пабы в странных местах

  • В его пабы ходят как в музеи, где можно часами рассматривать винтажные вещицы из Ирландии под пинту пива. Денис Бобков, основатель Black Swan Pub, Abbey Players, Bambule и других заведений с историей, о том, как построить империю на старье.
  • Начало

  • Я москвич, жил и учился в Марьино. В 2000 году пошел работать барменом, потому что банально нужны были деньги. Где подростку из достаточно скромной семьи их взять? А в тот момент бармены зарабатывали неплохо. И я прошел какие-то курсы и чудом попал в «Джон Булл паб» на Красной Пресне, где на одну должность бармена претендовало 40 человек. Это была очень серьезная сеть «Ромашка Менеджмент», партнерами которой были англичане, в их пабах я отработал семь лет. Там познакомился с моим бывшим партнером Дмитрием Поляковым, который в 2008 году предложил организовать свою управляющую компанию, найти инвестора и открыть паб.

  • Первый паб, который мы построили с инвесторами, был Punch & Judy на Пятницкой. К тому времени у меня появилось много знакомых иностранцев, в основном англичан, которые всегда звали в гости. И когда мы создали компанию, я начал ездить по Великобритании и Ирландии, где понял, как это все работает. Мы нашли там дизайнеров, объездили все барахолки, лично все везли, но из-за нашей некомпетентности на восемь месяцев влипли в таможню. Через какое-то время мы вышли из этого проекта, хотя я и остался управляющим паба, денег не было, куча кредитов. Мы с партнером покупали одну шаурму на двоих и бокал пива. Настолько было плачевно.

  • Но через пару лет я встретил своего нынешнего партнера Сергея Шанина, мы нашли готовое помещение под ресторан в Беляево и открыли Drunken Duck Pub. Он с первых дней начал приносить прибыль. На лаврах успеха открыли второй Drunken Duck, потом к нам пришли друзья-инвесторы и предложили сделать что-то вместе. Так у нас появились пабы Tap & Barrel, The Tipsy, Lion’s Head, O’Donoghue’s. Потом мы узнали, что Punch & Judy начал загибаться, и купили его недорого. Сейчас у нас двенадцать проектов.

  • Паб Punch & Judy

  • Про пабы и аутентичность

  • Паб — это паблик-хаус, публичное пространство. Место, куда люди приходят пообщаться и попить пива после работы. В Англии, Ирландии не принято пить дома. И вот эта социокультурная часть Великобритании у нас очень хорошо прижилась. Во-первых, из-за того, что появилось качественное пиво. Во-вторых, в пабах теплая атмосфера. Это дерево, теплые тона, барная стойка при входе, множество закутков и уютных комнат.

  • В Ирландии огромное количество старых пабов, несколько сотен тысяч, они закрываются каждый день по 10–20 штук — это нормально. И новые пабы уже не открываются, для них эта концепция уже устаревшая. И мне очень понравилось давать вещам вторую жизнь; я нового ничего не придумываю, просто воссоздаю историю.

  • Black Swan Pub

  • Про старье и антиквариат

  • Со временем мы поняли, что нам неинтересно открывать шаблонные пабы, мы будем сами придумывать дизайн-проекты, лично покупать старинные вещи из закрывшихся пабов в Ирландии и везти сюда контейнерами; так, например, был сделан Black Swan Pub. Это уникальный проект с точки зрения дизайна и глубины концепции, куда гости приходят как в музей. Когда я дотрагиваюсь до старых вещей, я дотрагиваюсь до истории, которая была когда-то создана умными людьми, не зашоренными никакими бетонами. Заходя в помещение, в котором много вещей с историей, ты ощущаешь теплоту и уют. Тут нет холода и пафоса.

  • Дизайн паба Abbey Players делал наш друг, декан факультета дизайна в Белфасте. Правда, мы его дизайн потом изменили на 60%, но когда он увидел фотографии того, что у нас получилось, то написал, как мы круто докрутили концепцию и что первым делом, когда прилетит в Москву, он пойдет в этот паб.

  • Abbey Players Pub

  • На самом деле это очень непростая история — перевозить все старое. Потому что все, что мы везем, можно легко приравнять к антиквариату. Что произошло и сейчас. У нас строятся новые залы Black Swan Pub в соляных подвалах — там будет готическая церковь. Я купил четыре фуры антикварных вещей в Ирландии, выбирал все с трудом онлайн, по фото; там, например, были церковные витражи 1840 года и два огромных викторианских окна готической церкви. И две фуры мы потеряли. Причем англичане и ирландцы, конечно, это не считают антиквариатом.

  • Про подземелья Солянки

  • Мы были практически первыми на этой унылой улице, в этом унылом доме (Солянка, 1/2. — Прим. ред.): владельцы тогда только выкупили эти подвалы у государства. Но когда мы с подготовленным проектом пришли к инвестору, он отказался идти в это помещение. И мы с уже фактически подписанным договором остались вдвоем с Сергеем. Ну что делать? Начали строить сами, два года все это длилось; открылись в 2018 году, как раз к чемпионату мира по футболу.

  • Рядом решили открыть винный бар, такой, как будто ему уже сто лет. В Bambule мы хотели создать атмосферу берлинского бара 50–70-х годов. Привезли всяких штук с блошиного рынка в Берлине — четыре чемодана, а мебель купили здесь, гэдээровскую, тех годов. Теперь, попадая в Bambule, ты внутренне мигрируешь в Берлин — это и была наша цель.

  • Bambule Bar

  • Сейчас мы уходим в соляные подвалы — там открываем целую улицу с барами. Это будут те самые новые залы Black Swan Pub в виде готической церкви, а еще бразильский бар и японский изакая-паб. Все будет максимально аутентично. Надеюсь, откроемся в конце весны.

  • Black Swan Pub

  • Про квартиру Шостаковича

  • Я купил квартиру Шостаковича в Питере. На ее продажу стояла очередь, в том числе из американцев, китайцев, японцев. Владелец, который когда-то тоже ее купил, всех посылал, но мы каким-то чудом ему понравились. Теперь я ее полностью реставрирую: от Шостаковича там остались паркет, двери, окна, лепнина и ванна, в которой он мылся. Все, больше там ничего нет. К сожалению, я не нашел исторических данных, как она выглядела. Есть какие-то черно-белые фотографии, по которым мы считали фактуру стен и наложили на наш дизайн. На европейских рынках покупаем винтажную мебель (это очень дорого). Там даже сантехника будет английская, один кран стоит четыре тысячи евро.

  • Из квартиры мы сделаем апартаменты, которые будут сдаваться: там две спальни, две душевые, огромная веранда. Будет стоять рояль, два рабочих камина. Планируем проводить ужины у Шостаковича раз в месяц в формате chef’s table. И вообще, я хочу купить несколько квартир известных людей и развивать гостиничное направление.

  • Пуговичная фабрика и «Пекарня»

  • «Пекарня» на пуговичной фабрике на Электрозаводской — это плод, рожденный в голове моей жены Наили. Мы познакомились 16 лет назад в пабе, где я был заместителем директора, а она работала барменом. Наиля давно мечтала о своем маленьком производстве посуды, но из-за разных препятствий не получалось. Все заработанные деньги уходили в развитие сети, и практически ничего не оставалось на руках. У меня нет никаких машин, яхт, квартир. Я живу в съемной квартире. Мне не нужен свой угол, я совершенно авантюрный человек, у меня постоянно все должно меняться.

  • Она идеолог, руководитель, генератор всей этой истории, а я соинвестор. Начиналось все с маленького керамического цеха на 200 кв. м, а выросло до 700 кв. м какого-то ультрасовременного пространства. Как обычно, когда начинаешь строить, растут аппетиты. Ей удалось создать команду опытных профессионалов, они делают не только посуду, хотя уже сотрудничают с Veladora, Chiсk O’Rico, некоторыми нашими проектами, например Bambule. И если керамическое производство «Пекарня» — это полностью ее проект, то мое детище — это chef’s table прямо в цехе, где мы устраиваем ужины с приглашенными шефами, и бар, который я хочу там открыть.

  • Денис Бобков и его жена Наиля

  • Про путешествия

  • Честно могу признаться, что без путешествий у меня бы не получилось сделать то, что я сделал. Они дают возможность бесконечно расширять свой внутренний мир, развиваться с творческой и профессиональной точек зрения. И это работает не линейно — «поехали, посмотрим и так же сделаем» — здесь важен накопительный эффект, когда ты насыщаешься тем, что видишь, слышишь, чувствуешь, ешь, пьешь. Это создает некий внутренний мир, который начинает генерировать идеи.

  • Я облетел уже 65% планеты, много где был, но также я много где и не был. Люблю такие путешествия, в которых могу 10–15 дней находиться без связи. Это нереальная перезагрузка. И это не лежа на пляже, а где-то на шхуне, вокруг — медведи, волны, кто-то умирает у тебя на руках. Следующее мое путешествие займет 35 дней: это маршрут Испания — Чили — Аргентина, Буэнос-Айрес, потом Ушуайя. И на 24 дня на арктической шхуне ухожу в Антарктиду. Я вообще не понимаю, как можно жить без путешествий. Без путешествий жизнь прожита зря.

  • Денис на пуговичной фабрике

  • * Скидки, подарки, акции и другие новости, которые приятно узнавать первыми, — в нашем Instagram и на странице в Facebook.

Места из новости