Отрицательные отзывы о спектакле «Летели два крокодила...»

Общеизвестно, что если Новый год, то должно произойти чудо, равно как и если должно произойти чудо, то непременно в Новый год. На фоне огромной ёлки немолодая учительница Лида (Нильская) пытается заставить свою бывшую ученицу Женю (Полина Долинская) убить карпа, потом учит её соблазнять мужчин, повесив шарик на ухо и дохлую лису на шею. Стоит ей обмолвиться о том, что она любила и до сих пор любит некоего Борю (Владимир Долинский), как этот «прекрасный принц» с лысиной и брюшком заходит в её дверь, чинит кран и уходить не собирается. Вот только не виделись они 25 лет – поэтому Боря принял Лиду за её уже покойную мать, на что та обиделась, вошла в роль и объявила покойницей свою «дочурку». Женя вознамерилась было приударить за пожилым бизнесменом, но безуспешно, а он, протрепавшись с хозяйкой дома, благополучно узнал её, когда она не засмеялась на рассказанный им анекдот. Когда-то, дескать, они по этой причине и расстались: он рассказал, она не оценила, – но вторично совершать сию страшную ошибку они не стали. Как можно после этого поверить в их любовь, если, расставшись по такому пустяковому поводу, больше похожему на предлог, они за 25 лет ни разу не позвонили друг другу и не отправили ни одного письма? Да и над таким анекдотом не рассмеётся ни один здравомыслящий человек: «Летит крокодил и хлопает лапами. Навстречу летит другой и спрашивает: зачем ты это делаешь? – Мух отгоняю. – Так нет же ни одной! – Вот поэтому и нет». Впрочем, здравомыслящими наших героев не назовёшь: Лида упорно строит из себя циничную фурию и от её лица рассказывает о своей любви, Боря упорно принимает её за эту самую фурию несмотря на все оговорки и тоже рассказывает, логика нервно курит в сторонке. Теоретически трагические моменты актёры норовят передать комически, ничего смешного в итоге не получается, грустного – тем паче, хотя наскучить спектакль не успевает: в общей сложности два коротких действия идут меньше двух часов, не считая антракта. Бездеятельная болтология в окружении аляповатых декораций по пути к неизбежному и изначально предсказуемому хэппи-энду изредка разбавляется афоризмами, изобилует самоповторами и, в общем и целом, не несёт в себе какого бы то ни было смысла. Хотя, безусловно, фантазию женщин в возрасте «я стою у ресторана – замуж поздно, сдохнуть рано» должно тешить, что однажды на них может свалиться их первая подростковая любовь, выросшая в нового русского, такого же одинокого и с такой же нежной душевной организацией, как и десятилетия назад. Эдакий бальзаковский кинк.

05.08.2010
Комментировать рецензию