Балет

Идиот

Основатель творческой студии Karas Apparatus Сабуро Тешигавара пошел на огромный риск, решившись переложить Достоевского на язык танца.

«Идиот» - хореографический паралич родом из Японии, основанием для которого стал русский реализм 19 века. В нём Тешигавара раскрывается не только как хореограф, педагог и режиссер, но и исполнитель, дизайнер и создатель саундтрека, в который входит вальс Шостаковича, а также музыка Дебюсси и Баха.

Князь Мышкин, который, как мы помним из романа, «отправлен был за границу по какой-то странной нервной болезни, в роде падучей» прибывает в Петербург в обрамлении мерцающего света. Первоначально Тешигавара сильно уязвим своей нагой простотой. Слегка согнув колени и склонив голову перед зрителем, он изображает физическую нетрудоспособность Мышкина, используя каждый сантиметр своего тела в качестве художественной лаборатории для создания самых разных невротических состояний и резких высказываний. С появлением очаровательной Настасьи Филипповны (давний соратник Тешигавара Рихоко Сато) в летящем шелковом платье князь заметно преображается. Он увлечен этим видением, и это влечение находит отражение в его танце. Движения становятся плавными и последовательными, он двигается в более интегрированном стиле, но...

Как только Настасья Филипповна исчезает, князь Мышкин вновь возвращается к неловкой и весьма беспокойной хореографии.

В романе Мышкин обручен с Настасьей Филипповной, но в день их свадьбы Рогожин увозит невесту прямо из церкви, а затем убивает ее. По возвращении в Петербург князь встречается с убийцей на улице, который ведет Мышкина к себе на квартиру, где под белой простынею покоится тело возлюбленной. Глядя на мертвую Настасью Филипповну Мышкин становится совершенно безумным, превращаясь в настоящего "идиота".

Тешигавара пускает в танец огромную мышь, делающую из князя одеревеневшего Щелкунчика, у которого больше никогда не будет ни единого шанса на выздоровление.

Сломленный князь падает на колени перед растянутым телом Настасьи Филипповны, вытягивая ноги в безнадежном отчаянии.