Философская еврейская драма на кухне, как кажется, на первый взгляд.
Наверное, всем известен прием - доказательство от обратного. Попробуем применить его сейчас и здесь.
Начнем со стержня – драма. Шуток здесь нет, это точно, если только случайно, пара-тройка и для выборочного зрителя. С другой стороны, странно, но от такой, если и драмы совсем не хочется плакать, страдать, печалиться. Она какая-то иная и вызывает скромную улыбку, а на душе - не горесть, а светлую и приятную, но грусть. Актеры не утруждаются игрой, они просто живут своими персонажами и их жизнями, без напряжения и какого-либо труда они сливаются с игрой и невозможно различить после двух минут их разговора, что это - театр или реальность, но драма остается драмой. И, казалось бы, в ней и затрагиваются такие серьезные аспекты – несостоявшейся, или даже несбывшейся любви, ярко выраженной свадебным платьем ручной работы; столкновения поколений родителей и детей в разные периоды их жизни; непонимания принадлежности родства (отцовства) к той или иной семье и даже смерти, настоящей смерти.
Да, эти аспекты глубоки, очень сложны в изучении и не имеют однозначных решений, но здесь они настолько легко перескакивают друг через друга, что просто не замечаешь, что эти сложные, решаемые веками философские проблемы, на самом деле не являются незыблемыми столпами или глыбами. Ведь очень просто можно их обсудить, оставить без решения и продолжить жить дальше, без осадка, просто жить. И мы понимаем, что даже в таких многослойных философских вопросах можно не утонуть, а перенести их в другую, иную плоскость и, наслаждаться своей жизнью, упустив их из виду, хотя бы на время. Но, ведь можно…
А, евреи? Отличная подборка имен, и на этом все. Ни колоритного акцента, ни привычных ужимок и «-таки» национальной экономии на всем. Это осталось за бортом, и, в то же время, всем четко и ясно, что это именно представители еврейской нации, а помогают этому лишь имена и ничего более. Странно и непривычно для такого-то народа, но это так.
Кухня. Вот, с этим поспорить сложно. Да это, кухня, настоящая кухня, на которой в течение всего спектакля даже готовится на плите некое варево и запах к окончанию действия доносится до последних рядов маленького зала старой Мастерской. И все разговоры ведутся за «трапезами», здесь, на кухне. Но, это разве кухня – это то место, где не только готовят пищу, кушают и пьют, здесь еще и спят, танцуют, умирают… Разве ж, это кухня?
Отличный актерский дуэт и молодой режиссер, без революционных инноваций, но все же представили зрителю новый вид театрального действия. Сходите, и за полтора часа получите множественное «заходите-заходите» и светлую и немного грустную улыбку.
А уж если и называть иначе, то «заходите», посмотрите и послушайте: диалоги двух людей разных поколений из Израиля, трапезничающих и имеющих общие темы для обсуждения. Это интересно.
