Театральная афиша Москвы

Спектакль Ксения Петербургская

Постановка РАМТ
7.1
оценить

Пьеса Вадима Леванова

Пьеса недавно умершего тольяттинского автора Вадима Леванова посвящена житию блаженной Ксении. После смерти мужа она надела его одежду и жила под его именем, искупая подвигом юродства его прижизненные грехи. Валерий Фокин, ставивший эту пьесу в Александринке, разворачивал спектакль на огромной и пустой сцене, а хронологически действие выплескивалось в наше время. В противоположность питерской постановке спектакль Натальи Шумилкиной будет камерным: Татьяна Матюхова играет Ксению в «Черной комнате» РАМТа, находясь от зрителей на расстоянии вытянутой руки.

Рецензия «Афиши» на спектакль

Фото Кристина Матвиенко
отзывы:
28
оценок:
21
рейтинг:
19
5

Житие святой в картинках

Пьесу про главную питерскую святую, к чьей часовне на Смоленском кладбище до сих пор стекаются толпы народа, тольяттинец Вадим Леванов написал несколько лет назад и сделал это так лаконично и прямо, что расколол профессиональную общественность надвое. Одни полагали, что автор (еще и не петербуржец!) покусился на то, о чем понятия не имеет, и написал пьесу антирелигиозную. Другие — что если сегодня и браться за неведомое, «чудесное», то только так, словно речь идет о твоем соседе по дому.

Героиня левановского «жития в клеймах» была обычной женщиной, которая, не перенеся смерти любимого мужа, переодевалась в его платье, раздавала все имущество бедным и становилась городской юродивой. Собственно, никакой крамолы в пьесе нет: короткие эпизоды выхватывают поворотные пункты из жизни Ксении, пока она не обретает славу всенародной помощницы несчастным. Есть там и встреча с попом и попадьей, мздоимцами и развратниками, которых Ксения выводит на чистую воду. Есть разоблачение фальшивой невесты Христовой. Есть и встреча с Салтыковым — Агасфером, которому Ксения обеща­ет отмолить грехи. Иначе говоря, вся прижизненная сила и святость героини — в ее незамутненном чувстве истины. Всякий обман (или зло) при встрече с ней тает, как снег на солнце.

Московская версия пьесы «Святая блаженная Ксения Петербургская в житии» умещается на пятачке малой сцены РАМТа и является полной противоположностью масштабному полотну, поставленному несколько лет назад Валерием Фокиным в Александринском театре. У Фокина была патетика, «вертикаль» и историческая перспектива: Ксения проходила через репрессии 1937 года, ленинградскую блокаду и начало XXI века. Наталья Шумилкина, выпускница курса Марка Захарова, сочинила череду скоморошьих картинок, в которых, как в цветном калейдоскопе, крутится героиня (Татьяна Матюхова) и ее немногочисленный хор из пяти артистов, играющих сразу по несколько ролей. Художница ­Вера Зотова придумала большую печку-шкаф с выдвижными ящичками, которая трансформируется хоть в церковный амвон, хоть в набережную Невы, одела артистов в разноцветные тряпичные костюмы и шляпы, а в финале, когда Ксении приходит пора умирать, прожектор выхватывает из темноты изящную копию иконописного зелено-белого костюма героини, надетого на манекен. Сама Ксения у Татьяны Матюховой вышла милой, беззащитной травести, которая, впрочем, может и в глаз дать, если надо, и пьяного Василия Тредиаковского вытащить из холодной невской воды. Но вот чего-то главного в этом шумном хоро­воде, которому тесновато в маленькой «Черной комнате», а в большой бы он потерялся, нет. Точнее сказать — нет нужного тона, и артисты сбиваются то на комикование, то на крик. И некому этот тон подсказать: автора уже полгода как нет в живых.

3
0
1 мая 2012
Отзывы пользователей
Пока нет ни одного отзыва. Будьте первым.

Галерея