Все развлечения Москвы

Все отзывы о спектакле «Событие»

7.3
оценить
Отзывы по рейтингу пользователя
Фото Алексей М
отзывы:
94
оценок:
99
рейтинг:
211
7

Вопрос "идти - не идти" решился, исходя из того, что набоковское плохим не бывает, а может быть хорошим или очень хорошим (почти шутка). В итоге всё именно так и оказалось, а именно: великолепный текст, который слушаешь, затаив дыхание, трагикомический сюжет, где юмор столь же остр, коль горька драма и тупа скука пресыщенных друг другом людей в очередной несчастливой семье. Поток спектакля плотный, ничего не провисает, кроме нечеткости установки антракта по отношению к общей продолжительности игры - вторая половина кажется менее насыщенной, но спасает ее совершенно "антониониевский" финал, когда выясняется, что все страхи были напрасны.
Игра актеров полностью уместна, и недруги Зудиной могут отдыхать, потому что Марина полностью попадает в роль.
Единственной запинкой является, как ни странно, грим: на короткое время на сцене появляются некие комиксообразные персонажи, неубедительно существующие вместе с "объемными" героями (сцена во время юбилея тёщи).
Видеоряд из ранних лет Третьего рейха добавляет к контексту спектакля "время и место", и тут даже позволительно додумывать что-то насчет настроения отъезда, какого-то временного и во всём неуверенного существования, замкнутости, меркантильности.
В целом: прекрасная набоковская миниатюра в рамке изысканно законченного мирка персонажей, талантливо сыгранных актерами МХТ.

0
0
28 января 2012
Фото Эмилия Деменцова
отзывы:
135
оценок:
140
рейтинг:
194
9

«Событие» на сцене МХТ им. Чехова в кавычках и без…
Зрителей встречает закрытый занавес с проецирующимся на него лицом младенца. Читавшие пьесу Владимира Набокова знают, что главная ее героиня оплакивает умершего сына. Нечитавшие видят в этом завязку истории, либо намек на то, что через три звонка здесь родится сюжет. Но у театра нет читателей. Только зрители, глядящие и вглядывающиеся, смотрящие и смотрящиеся («театр – зеркало жизни»), всматривающиеся и высматривающие. «Событие» Константина Богомолова независимо от точек и остроты зрения срывает пелену с глаз. История о не ведающих и не видящих располагает к прозрению.
Сюжет по сути анекдотичен – выхваченный эпизод из жизни Любови (Марина Зудина) – жены художника, любовницы его приятеля, возлюбленной отвергнутого любимого, раз покушавшегося на ее жизнь и обещавшего довести задуманное до кровавой развязки. Новость о досрочном освобождении из тюрьмы мстителя нарушает отлаженную как конвейер жизнь семьи русских эмигрантов и их обители – провинциального немецкого городка. В общем, как говорит мать главной героини (непревзойденный в ролях детей и женщин Александр Семчев), писательница-графоманка Антонина Павловна (привет от Чехова): «Можно было бы перенести на сцену, почти не меняя, только сгущая немножко».

Константин Богомолов, известный литературными скрещиваниями и буквосмешениями в этот раз остался верен слову автора, не изменив, однако, себе. Несмотря на следование букве от написанной утонченным языком, полной литературных ассоциаций, юмора, балансирующей между трагедией и фарсом истории не осталось и следа. Изменился дух. «Событие», завершенное в 1938 году режиссер дополнил событиями 1937 и последующих допобедных годов. «Сгустил немножко», выпарил из пьесы игривость, игристость, оставил зрителя вне игры слов, воображения, случая…

Сцена будто препарирована (сценография Ларисы Ломакиной). Внизу - воспроизведенный до мелочей интерьер меблированных комнат, где страница за страницей разворачивается история. Вверху – стена дома, окна, витрина лавки, улица. На ней тоже – История. О ней напомнит красочный, радужный видеоряд: улыбающиеся лица, яркие костюмы, веселый парад. Прекрасный бодрый праздник. Со свастикой. Ритм парада отзовется нагнетающим ходом часов в комнате с низким потолком. Более никаких пересечений – истории верхнего и нижнего уровней будут развиваться параллельно, друг от друга не зависящим образом. Вверху будет наглядное, внизу – неприглядное. И наоборот.

«Событие» Богомолова – это со-бытие героев спектакля. Вот горничная (ее, словно бы следуя заветам К.С. Станиславского о том, что большие актеры не должны чуждаться маленьких ролей, играет Роза Хайруллина) дотошно сервирует стол, подает завтрак, убирает. На столе печенье. Уточняют, берлинское. Здесь на нижнем ярусе, где мелькают призраки прошлого и бередятся незажившие раны, герои «едят, пьют, любят, ходят, носят свои пиджаки», говорят вяло и нехотя, недоговаривают, а порой и проговаривают скороговоркой никому не нужные слова. Наверху проходят одинокие фигуры, останавливаются, ждут. Всё и все подчинены ожиданию – зрители ждут действия, герои – неминуемого события. Оно не оправдает, но превзойдет все ожидания.

«Глухой ад» – определяет общую атмосферу художник Трощейкин (Сергей Чонишвили) – «Сзади – театральная ветошь всей нашей жизни, <…> а спереди – темная

глубина и глаза, глаза, глаза, глядящие на нас, ждущие нашей гибели». Множество пауз перемежается с музыкальными паузами (композитор Фаустас Латенас). «Что день грядущий мне готовит?» поет патефон посреди «бдения и сна», «Разве у вас не бывает в жизни подобных минут?» вопрошает со второго яруса девушка на костылях (Ольга Литвинова). Учащенное, затрудненное дыхание аккомпанирует тишине – здесь, под низким потолком с низкими страстями душно, удушливо. Проветривают комнату под звуки немецкого марша, врывающегося через окно. Окно закрывают.

На нижнем ярусе готовятся к развязке, а на верхнем – все только начинается. Внизу поют о луне, словно бы вспоминая соломоново «ничто не вечно под луной». На верху восходит звезда: на витрине лавки крупно пишут краткое «JUDE» и припечатывают звездой Давида. «Если я был бы ростовщик, бакалейщик, как бы меня берегли» – заблуждался художник, малюя портреты и не замечая полотен истории за окном. А ведь это были лишь эскизы.

Фассбиндеровскую тишину нарушает музыка П.И. Чайковского. Падает оперный снег, опускается экран с разноцветными радужными кадрами, отдавая дань моде на расцвечивание истории. На экране, словно прожженном шестиконечной звездой, вновь возникают гитлерюгенд, а потом и другие югенд. Из еврейского гетто. В довоенной пьесе мать оплакивала одного ребенка. Пройдет несколько лет, и мир будет оплакивать миллионы детей. Глаза ребенка, лежащего на тротуаре, высохшего от голода, смотрят в зал. Разноцветная смерть без прикрас. Масштабное полотно, зародившееся на узких улочках под закрытыми промолчавшими окнами. Проекция лица ребенка покрывается трупными пятнами под упоительный немецкий тенор, выводящий «Благословен и тьмы приход». Вот так обещанное в программке драматическое действие обернулось драмой человечества. Созрели «учености плоды Германии туманной».

«Нельзя жить, в сослагательном наклонении», – говорят в спектакле. «У страха глаза велики» твердит народная мудрость. Не того боимся, потому близоруки, заверяет режиссер. Событие – явление, от воли человека не зависящее, учит юриспруденция. Многое зависит от нас – учит история. Спектакль Константина Богомолова – это бомба замедленного действия. Гробовая тишина и растерянные аплодисменты – не конец. Трехчасовое действо отзовется в памяти не раз. Назвать спектаклем «Событие» трудно, в нем мало театрального. Убрать кавычки из названия верней всего.

»Комсомольская правда» http://kp.ru/daily/25823/2800642/

6
0
30 января 2012
Фото Дай Ненашев
отзывы:
62
оценок:
83
рейтинг:
194
3

Пьеса, ориентированная на русскую эмиграцию и созданная для эмигрантского театра 30-х годов, которая поднимает темы мещанства, актуальные для того времени и того общества. Вольный аналог гоголевского "Ревизора", интересный скорее приемами, чем смыслом. В спектакле задействованы прекрасные (речь не о Вернике) актеры, но абсолютно казуистические намеки и символизм со стороны режиссера, которые ничего не подчеркивают, ни на что не намекают, а лишь разбивают внимание и заставляют безрезультатно гадать, к чему всё это. А ни к чему. Режиссер просто тупо копирует концепцию нестреляющего ружья. "Неуместность" и "недоумение", пожалуй, самые очевидные прилагательные, которые возникли сегодня после просмотра. Талантливый автор и талантливые актеры не есть 100% успех, для этого всё таки нужно ещё кое что, чего Богомолову, видимо, не хватило.

3
0
23 января 2012
Фото sveta orlova
отзывы:
198
оценок:
288
рейтинг:
129
9

Пронзительно больно. Очень точными красками выписывается выдержанная строгость и внутренние конфликты. Подлинная стилизация. Роскошная женщина, пышная и статная, уютная и домашняя Антонина Павловна Опоясова в исполнении Александра Семчева. Болезненно натужный семейный конфликт между давно абсолютно чужими людьми. Фотопортрет младенца непрерывно и зримое и молчаливое напоминание на протяжении и всей истории. Важное событие произошло вне сцены, чувствуются тягостные последствия переживаемые персонажами. Раскиданные по квартире детские мячики и наряду с ними оживший портрет мальчика, навеивает жуткие и тягостные воспоминания о смерти новорожденного ребенка. Фото младенца практически близко к абортированному эмбриону, который впоследствии претерпел изменения, пожелтев с признаками гниения, как настолько же прогнили отношения супругов. Лицемерный балаган абсурда, воцарившийся на праздновании дня рождения Антонины Павловны, где гости с выбеленными масочными лицами и вольным поведением позволяют себе говорить неприкрытую «правду». На фоне странного пиршества возникает момент, когда супругу мысленно переговариваются, в надежде что они смогут сейчас бежать, когда есть еще шанс. Они пытаются бежать от событий прошлого уже безвредных в их настоящей жизни.
Начало спектакля цветная документальная кинохроника торжественного парада на городском празднике под флагами и символикой немецких нацистов. На фоне свежей надписи на витрине ломбарда «жиды» возникают финальные черно-белые кадры документальной кинохроники бедствий жертв нацистских преступников.
Накрывает горестное молчаливое последствие страшных событий.

0
0
20 октября 2014
Фото Георгий Каптелин
отзывы:
29
оценок:
49
рейтинг:
101
3

Смешение жанров, неоправданное использование нацистской хроники и изображений жертв Холокоста. Закончить спектакль стоило бы на первом акте. Было бы хоть как-то приемлимо...

0
0
23 января 2012
Фото Anna Philippova
отзывы:
54
оценок:
70
рейтинг:
64
7

Константин Богомолов, культовый режиссёр театральной современности, поставил единственную пьесу Владимира Набокова на сцене МХТ им. А. П. Чехова.
«Событие» – произведение не самое популярное. Богомолов любит ставить классику (не только в литературном, но и в театральном смысле) и крайне редко берётся за произведения, не имеющие хорошей постановочной истории в современном театральном мире. А «Событие» как постановочное произведение было популярно лишь при жизни Набокова.
Сама по себе пьеса выдержана в классической манере, с соблюдением единства действия, времени и места. Впрочем, место в данном случае имеет двоякую интерпретацию. Герои находятся у себя дома, однако за их окнами происходят страшные вещи (речь о Германии 30-ых годов).
Внеактовый элемент мизансцены, бросающийся в глаза до начала спектакля, – портрет маленького мальчика, незримого героя пьесы, выведен освещением на занавесе. Я не уверена, что это можно назвать режиссёрской находкой. Тем не менее, это было неожиданно и привлекало внимание зрителей.
Наконец, занавес поднимается. Мы видим сцену, состоящую из двух этажей. Второй этаж символизирует внешний мир, первый – квартиру художника Трощейкина (Сергей Чонишвили) и его жены Любы (Марина Зудина). Они – русские эмигранты, живущие в маленьком немецком городке. Он эксцентричен. Его мысли занимает лишь неоконченный портрет мальчика с мячами (в спектакле художественная работа Трощейкина – отдельный герой, сыгранный отдельной актрисой). Она томна и пассивна, на первый взгляд абсолютно лишена темперамента. Выбор актёров, по моему мнению, довольно разумен и уместен. Сергей Чонишвили убедительно изображает нервность, эмоциональную нестабильность, страх. Марина Зудина всегда неплохо справлялась с ролями безвольных женщин, в частности с ролью Юлии Павловны из «Последней жертвы».
Однако наибольший восторг вызывает Александр Семчев в роли матери Любы, писательницы Антонины Павловны (отсылка к Антону Павловичу). Данную роль могли бы сыграть многие актрисы МХТ им. А. П. Чехова (!). Но это было бы обыкновенно. Антонина Павловна сыграна комично, выразительно и умеренно, без эмоционального надрыва.
Основное действие предваряет видео нацистского марша. Богомолов любит видеозарисовки, подчеркивающие те или иные сюжетные аспекты.
Действие начинается с бытовой ссоры Трощейкина и Любы. Создаётся впечатление, будто они давно ненавидят друг друга. Тут на сцене появляется Антонина Павловна. У неё юбилей. Она позвала гостей и хочет зачитать им свою новую сказку.
Казалось бы, всё спокойно, если не считать картины, разворачивающейся за окном. Впрочем, она остаётся за пределами восприятия героев. Каждый живёт в своём мире.
Но вот в день «идеального» (практически чеховского) семейства врывается тайно-очевидный любовник Любы Ревшин (Игорь Верник). Он приносит прескверную новость: давний возлюбленный Любы Барбашин, некогда совершивший попытку убийства и Любы и Трощейкина, досрочно выпущен из тюрьмы. Герои должны бежать. Но куда? Однажды они убежали из репрессивного Советского союза и оказались в репрессивной Германии. Если им и стоит бежать, то от нацизма и репрессий, но никак не от призрачных страхов, неожиданно возникших из прошлой жизни.
Несмотря на подавленность и беспокойство, никто не отменяет праздничный приём, и, таким образом, Барбашин – не единственное приведение, ворвавшееся в дом Трощейкиных. Следом за ним в их обособленный мир являются призрачные гости. Режиссёр выделяет их призрачность самыми разными способами, в том числе, гримом: Мадам Вагабундова (Ольга Барнет) появляется на сцене с зелёными губами, Элеонора Шпан (Дарья Мороз) – с белым лицом. Каждый гость проходит по второму этажу. Подобное режиссёрское решение весьма уместно и символично: полупризрачные персонажи, выведенные в постановке странно, нелепо и абсурдно, словно приходят из другого мира.
Длительные диалоги, переживания Трощейкина и Любы, их мысли о необходимом бегстве завершаются очередным известием: Барбашин бежал из страны.
Паника была напрасна. Теперь герои могут вернуться к обычной жизни: начинать день с выяснения отношений, оплакивать умершего ребёнка. Возможно, в один прекрасный день Трощейкин завершит портрет мальчика с мячами, а Люба хотя бы на секунду почувствует себя не самой несчастной женщиной на планете. Возможно. Но этого может и не произойти. Это остаётся загадкой. Очевидно лишь то, что за окном ещё очень долго будет процветать нацизм. Режиссёр подчеркивает данный исторический факт кадрами из еврейского гетто.
Итак, Константин Богомолов, как правило, ставящий классику весьма по-своему, в частности методом её проецирования на советскую или современную действительность, с классической пьесой Владимира Набокова особых экспериментов проводить не стал. С точки зрения Богомолова постановка оказалась нетипичной, с точки зрения театральной действительности – размеренной, спокойной и немного абсурдной. Но, пожалуй, последнее её качество связано с задумкой автора. А режиссёр оказался с этой задумкой полностью солидарен.

0
0
12 декабря 2012
Фото Марина
отзывы:
38
оценок:
175
рейтинг:
46
5

Не произошло и не случилось.
Скучное недействие в прекрасных декорациях и с хорошими актёрами.
Намёки и аллюзии , которые нет интереса разгадывать, потому что действие вязнет в недействие, а Событие так и не происходит.
Наверное, можно было бы разглядывать интерьеры или получать удовольствие от текста Набокова или сравнивать Верника здесь с Верником раньше, или найти какой-то другой интерес. Мне не удалось; рада , искренне, за тех кто нашёл глубину и получил удовольствие от спектакля. Видимо, это- не для всех.

3
0
13 мая 2012
Фото Раиса Удовиченко
отзывы:
9
оценок:
9
рейтинг:
14
7

Шла на спектакль полубольная и наслышавшись и начитавшись отзывов о скучном действе в 3 часа. Тем более, Марина Зудина и Сергей Чонишвили - не мои герои.
Но спектакль приятно удивил своей театральностью, обрадовал хорошей игрой артистов, захватил современной режиссурой и сценографией, дал очень приятные ощущения.
Сам язык пьесы Набокова изысканный и ироничный, так много текста и подтекста, тонов и полутонов. Красота и выразительность оформления сцены, как и костюмов героев, особенно героинь, необыкновенны и восхитительны. Мы сидели на первом ряду, как будто находясь, все время в той самой квартире семьи художника Трощейкина. Буфет, диван с высокой спинкой, чайный фарфоровый сервиз на столе, удобные кресла, в которых так хорошо читается, статуэтки, все очень просто и изящно одновременно. В глубине - студия художника, перебивающегося заказами в провинциальном немецком городишке, где он перерисовал уже всех обитателей. Он пишет портреты местных буржуа в двух вариантах: парадные под заказ и реалистичные, «с лиловыми мордами» - для себя. Почти законченный мальчик, сын ювелира, так здорово подмеченный Богомоловым, упитанный кудрявый купидон, снующий по дому в поисках своих утерянных мячей и ворующий, при случае, сладости со стола.
А вот берлинское печенье на столе, а вот овсянка, которой угощают хозяева своего друга и приятеля Ревшина, принесшего им судьбоносную новость. Так хочется, что бы этой самой овсянки положила и тебе суровая и неулыбчивая горничная Марфа, маленькая роль Розы Хайруллиной, но такая уместная и запоминающаяся. После короля Лира, Мурзавецкой, мамы Шоши, горничная Марфа не смотрится эпизодически малой ролью, как и все, что играется этой актрисой, наполнено смыслом и содержанием, даже если слов совсем мало.
Еще одно удивление – идеальное совпадение всех без исключения актеров со своими персонажами. Сергей Чонишвили в роли Алексея Максимовича, но не Горького, естественно, очень уверен и меток: здесь и самолюбование и само упоение, и вальяжность, и, конечно, эгоизм, скрываемая ничтожность и главное - трусость, недостойная мужчины. Жена героя Люба - Марина Зудина и красива, и деликатна. Она скучает и томится, живет прошлым - бурной любовной историей, предшествовавшей замужеству, смертью малолетнего сына. Люба восхитительна в своих изысканных шелковых платьях, и туфлях на высоком каблуке, работой художника я уже восторгалась. Но она, же остроумна, не лишена тонкости чувств и кипения страстей. От скуки заводит пошлый романчик с Ревшиным, сыгранным Игорем Верником. Но когда в сонном немецком городке появляется ее бывший возлюбленный Барбашин, отсидевший в тюрьме за покушение на убийство, спровоцированное ее свадьбой с Алексеем, все приходит в движение, все с содроганием ждут появления грозного мстителя, обещавшего несколько лет назад: «Погодите, вернусь и добью вас обоих». Роль Любови очень прочувствованно и на редкость честно сыграна Зудиной.
А как хорош Семчев в роли матери главной героини Антонины Павловны, но не Чеховой, естественно, щеголяющей на сцене в женских балахонистых костюмах. Сказительница, живущая исключительно творчеством. Ее «Воскресающий лебедь» из цикла «Озаренные озера», что-то среднее между стихотворением в прозе и прозой в стихах. Но, о чудо, Семчеву удалось невозможное, он в женской роли, при такой колоритной фактурной внешности не смешон, а деликатен, точен, наконец, естественен, виртуозно балансируя между иронией и человечностью. Если его героиня и вызывает смех, то лишь в те моменты, когда актер сам допускает самоиронию. Анализируя оценку писателя Петра Николаевича на свое произведение, говорит вкрадчиво: «По-моему, комплимент» и так хочется ему поверить и улыбнуться. Несомненно, одна из многих удач спектакля, трогательная и нелепая мать главной героини, без тени насмешки, убедительно сыгранная Александром Семчевым.
А вот галерея монстров, приходящих на ее именины. Чудовищная акушерка Элеонора Шнап, какие роли мужа приходится воплощать жене. Но Дарья Мороз, с выбеленным лицом и очаровательной манерой изрекать исключительно неприятности: «Кроме щипцов я имею еще большое грустное сердце», запоминается, и приходят на память ее будущие последовательницы – фашистские надзирательницы в концентрационных лагерях и гетто Варшавы.
А какова декламирующая в рифму мадам Вагабундова, безулыбчиво сыгранная Ольгой Барнет с синими глазами и синими губами. Супружеская пара тетя Женя и дядя Поль тоже зловеще загримированы. К тому же им отдается самый эффектный трюк - удар бутылкой шампанского по голове со словами: «Что-то в нем испортилось». Павел Ващилин со свойственной ему музыкальностью ведет практически оперную партию - весь его абсурдный текст положен на авангардную музыку Фаустаса Латенаса. Парад чудовищ завершает пара близнецов Мешаевых, здорово сыгранных одним актером Ростиславом Лаврентьевым.
И все-таки главное "Событие" у Богомолова совершается на верхнем этаже сцены. Там наверху - стена дома, окна, витрина, лавки, улица, ломбард. Тускло и туманно. Проходят одинокие выбеленные прохожие, как тени из какой-то другой жизни. Вдруг там во мгле пошаркал старик своими больными подагрическими ногами, выходя из ломбарда, уличная певичка на костылях, запела свою невеселую песню, вдруг там, над крышу взметнулась стая сизых голубей. Пошли кадры из жизнеутверждающей кинохроники, где рослые широкоплечие физкультурники проходят парадом под бодрые марши, смеющиеся девушки, танцуют на площадях, чеканят шаг строгие блондины и, дрожа от возбуждения, выбрасывают вперед руки. Прекрасный бодрый праздник. Со свастикой. Там, на стадионах и площадях, ликует многомиллионная нация, встречая овациями истерические речи своего визгливого кумира, а здесь, на маленькой провинциальной улочке, женщина с белым, как маска, лицом, на минуту задумавшись, решительным жестом выхватывает кисть из ведерка с краской и размашисто выводит на витрине ломбарда огромную шестиконечную звезду. И надпись рядом крупными неровными буквами — JUDE. Далее, на экране, прожженном шестиконечной звездой, вновь возникает гитлерюгенд, а потом откровенные снимки из еврейского гетто, глаза ребенка, лежащего на тротуаре, высохшего от голода, смотрят прямо на меня. Смерть без прикрас. Эти кадры вызывают ужас и, кажется, что это зло зародилось именно на этих улочках, под закрытыми промолчавшими окнами. И пока обыватели живут своими маленькими делами и страхами, мир катится в бездну.
По задумке Богомолова, это и есть самая сильная метафора – над основной сценой и частными проблемами героев разворачивается драма для всего человечества.

1
0
7 июня 2015
Фото Daniil Kaptsan
отзывы:
12
оценок:
18
рейтинг:
14
7

Пара мыслей вслух.

Первым делом, решил разобраться, причем здесь евреи. Покопался в сносках: Набоков специально или случайно называет профессора (или приятеля) немецкой дамы с бледным лицом фамилией Эссер. Копирую комментарий: "…профессор Эссер… — Немецкое происхождение Шнап позволяет предположить, что здесь подразумевается одна из самых одиозных фигур в окружении Гитлера в 1920-х гг. Герман Эссер (Esser) (1900–1981), получивший скандальную известность своими любовными похождениями и фанатичным антисемитизмом".

Если по Станиславскому, то нацистские настроения вокруг видимой нам квартиры должны были создавать и/или поддерживать состояние тревоги (или сартровской тошноты?) героев, а скорее нас самих. Но если по театру абсурда, то на верхней сцене могли и наш путч 91 года поставить - состояние было бы достигнуто, а форма была бы абстракцией или нелепицей. Из рецензии Афиши к спектаклю я понял, что нацистское кино и верхний этаж - задумка режиссера, инструмент. Идея мне понравилась, но исполнение... - я считаю, можно было бы более эффективно использовать это. Хотя, по рецензии, "вверху будет наглядное, внизу – неприглядное, и наоборот". Мне всегда хочется что-то подправить. А вот когда не хочется ничего исправлять, для меня такие спектакли близки к совершенным постановкам.

Про название: событие. Со-бытие. Мне это ясно и близко: это термин из экзистенциализма. Означает как со-бытийствование здесь и теперь этих вот людей, такой некий срез бытия в комнате эмигрантов в момент дня рождения, дня смерти ребенка, дня покушения и т.д. А чеховское (или набоковское?) здесь то, что со-битийствование этих людей - разрозненное: резали под разным углом, и теперь со-бытия не совпадают, а где-то совпадают, они слышат и не слышат друг друга. (Цитирую по памяти:) "Я скажу ему, что сделала глупость тогда, что люблю тебя и готова бежать хоть на край света" - "Думаешь, он поверит?" и т.д. Кстати, мой нелюбимый смех зрителей тоже идеально укладывается в эту концепцию. Также как, например, "Вишневый сад" Чехова - комедия в 4-х действиях, в которой нет, на мой взгляд, ничего комедийного и смеяться можно только нас собой и над рушащейся жизни вокруг.

Да, все это - дыхание будущего абсурдизма. "Рядом, но не вместе" как настроения времени.

0
0
28 февраля 2012
Фото Алексей К
отзывы:
7
оценок:
6
рейтинг:
9
5

Главная проблема в спектакле состоит в том, что он никогда не должен был появляться на свет. Произведение, по которому он поставлен,это скорее рассказ, зарисовка, а не драматическая пьеса. Как бы сказал Аристотель, здесь есть единство места и действия, но эти условия являются необходимыми, но не достаточными для успеха драмы даже театра аристотелевских времен. В результате получилась тягучая, грустная и безысходная история. Это не плохой спектакль, это - театральная ошибка.

1
0
25 января 2012
Фото kuku ruku
отзывы:
19
оценок:
33
рейтинг:
8
7

Не плохой спектакль. О жизни людей в предлагаемых обстоятельствах, справятся ли с собой, с окружающим миром, с дествительностью. Чонишвили с Семчевым большие молодцы (хотя не думаю, что для Александра женские роли его органика, но теща получилась великолепная)!

0
0
29 сентября 2014
Фото Tatiana Lukina
отзывы:
3
оценок:
5
рейтинг:
3
5

Думаю, перед просмотром стоит прочитать пьесу Набокова, пару рецензий на неё и на спектакль от продвинутых критиков, а так же навести исторические справки о времени, в котором происходит действие спектакля. В противном случае у неопытного и неподготовленного зрителя (как я, например) есть риск сильно разочароваться, ничего не понять, уснуть)
Спектакль очень долгий, невыразительный, изматывающий ожиданием чего-то, словом, настоящий "глухой ад".
Драма здесь какая-то плоская, тошнотворно повседневная, несмотря на ужасы времен гитлеровской германии, на фоне которых она разворачивается. Актеры порой так странно и невыразительно исполняют свои роли, что даже неловко. Хотя это, как оказалось, специальный выразительный прием, раскрывающий характер персонажа.
Песня "Разве у вас не бывает в жизни таких минут?", которую исполняла девочка на костылях - самый яркий, пронзительный и, пожалуй, единственный эпизод спектакля, который, кажется, навсегда запал мне в душу.

2
0
16 октября 2014
Фото Софья
отзывы:
2
оценок:
2
рейтинг:
3
7

После "Чайки", которую Богомолов превратил непонятно во что поставил в Табакерке в прошлом году, шла на "Событие" с большой опаской. Но любовь к творчеству Набокова перевесила сомнения.

Спектакль очень понравился. Как всякая хорошая постановка, дает пищу к размышлениям, детали вспоминаются еще несколько дней спустя. Правда, мне кажется, что без видеоряда спектакль ничего бы не потерял (но тогда,конечно, это было бы слишком консервативно- для Богомолова-то!)

Все актерские работы очень достойные. Единственное (легкое) разочарование- Зудина. Да,наверное, это ее роль. Но почему она так одинакова во всех своих работах? А тут еще добавились какие-то утрированные интонации, особенно в начале- как будто она намеренно пытается говорить низким голосом, что создает образ недалекой тетки,а не женщины,страдающей в несчастливом браке и переживающей смерть своего ребенка.

Отличная работа у Семчева! Он не просто актер, вышедший на сцену в женском платье. Образ "литературной дамы", которая живет в своем мире,но в то же время переживает за дочь,получился!

Приглашение Чонишвили на роль Трощейкина- очень верное решение! Абсолютное попадание в роль. Добавить нечего- надо видеть!

Отдельные комплименты - сценографии (Лариса Ломакина).

PS. Уважаемая "Афиша"! Сергей Сосновский не занят в этом спектакле.

0
0
14 апреля 2012
Фото Ирина
отзывы:
3
оценок:
10
рейтинг:
3
7

Спектакль очень понравился! Во-первых, актеры играли блистательно! Всегда субъективно относилась к игре Зудиной, но в этом спектакле она очень органична, убедительна. Чонишвили, Верник, Семчев играли очень достойно. Очень понравилась Дарья Мороз. У неё в спектакле небольшая роль акушерки, но как же здорово она сыграла настоящую арийку: стальные нотки в голосе, полное неприятие евреев. Многих сцена, где героиню Мороз стошнило у магазина старого еврея, смутила, вызвала даже негодование, но я думаю, что это помогло понять то, ЧТО происходило с людьми в конце 30-ых годов в Германии. Этому пониманию способствует и хроника того времени. Интересным показалось то, что гостям на именинах матери выбелили лица. Сразу возник вопрос: что Богомолов хотел показать? Мне показалось, что это фарфоровые лица мертвецов. Это люди, в жизни которых нет никакой перспективы. Сцена именин маменьки заворожила, очень понравилась. На этой позитивной ноте закончился первый акт. А вот второй совсем не понравился, показался скомканным и неярким обрывком. В целом спектакль заставляет думать, анализировать. Тем, кому нравятся такие мыслительные процессы, смотреть обязательно!

2
0
24 января 2012
Фото Александра
отзывы:
3
оценок:
3
рейтинг:
2
9

Отличный спектакль. Совсем не глупый. О том как женщина переосмысливает свою жизнь и оценивает сделанный когда-то выбор. Мне очень понравился!

0
0
12 сентября 2012
Фото sarda-pazza
отзывы:
1
оценок:
1
рейтинг:
1
7

Отличная постановка неудачной пьесы Набокова, безделицы, в которую, однако же, закатились резвые мячи из "Дара". Аллюзии на фашизм вовсе не притянуты режиссером Богомоловым за уши из конъюнктурных соображений, но это историческое обрамление, этот второй этаж над квартирой, эти немецкие марши, умирающие еврейские дети, звезда Давида и ария Ленского на немецком языке (Wohin, Wohin - смешно ужасно) вырастают, однако, не из слабой, провисающей местами пьесы Набокова с несколько натужными клоунскими репризами, а из его гениальной прозы, из рассказов "Облако, озеро, башня" и "Королек", из "Приглашения на казнь", "Из весны в Фиальте", оттуда, оттуда, где так мало настоящих людей и столько манекенов, страшных кукол, набеленных чудовищ. Нужно ли ставить, исполнять, вспоминать не самое лучшее? Или ограничиваться шедеврами? Сложный вопрос, я думаю, что этот спектакль для многих скучен, непонятен, это чувствуется даже по реакции зала.
Приятно отсутствие пошлости и комикования, увы, характерных для МХТ. Не могу,кстати, определиться со своим отношением к местным клакёрам, традиционным, но чрезмерным: вот на сцену выходит Верник. Аплодисменты с задних рядов партера! Похлопаем белозубому! Вот Зудина! Похлопаем жене-красавице! (Зудина, кстати, хороша, с ленцой и дымкой, как заказано).Вот Сёмчев в роли Антонины Павловны - клакёры...но тут я и сама хлопаю, как мне неприятен Сёмчев в роли Лариосика, которую он убивает своей фактурой, и как он хорош здесь, изображая бездарную и добрую даму.
Яна Осипова - не забыть, какая талантливая, маленькая, молодая, играет мальчика, призрака, портрет.
Смотреть стоит.

1
0
10 сентября 2012