Театральная афиша Москвы

Спектакль Укрощение строптивой

7.1
оценить
Театр: Укрощение строптивой

Замечательный литовский режиссер строит театр в театре

Оскарас Коршуновас, 40-летний литовский режиссер и одна из главных фигур нового европейского театра, ставит Шекспира в Александринке. От других режиссеров его поколения Коршуноваса отличает неутолимая жажда к анализу. Он интерпретирует пьесу как дотошный театровед — и лучше любого театроведа интерпретирует собственный спектакль. Вот и шекспировскую комедию он аттестует как пьесу «о театре, об игре, о творчестве как единственной возможности понять себя в окружающей нас реальности».

Рецензия «Афиши» на спектакль

Фото Жанна Зарецкая
отзывы:
473
оценок:
156
рейтинг:
453
9

Массированная атака театра на сознание обывателя

Новый сезон в Александринке открылся премьерой, которую ждали все лето, — «Укрощением строптивой» Оскараса Коршуноваса. Не каждый день и даже не каждый год в Петербурге ставят спектакли видные представители европейской режиссуры, а сорокалетний литовец Коршуновас — определенно самый интересный представитель своего поколения. С первых работ Коршуновас исследует границы и возможности театра как такового — и Шекспир тут ему как нельзя кстати. Прошлой осенью Театр Оскараса Коршуноваса разыграл перед петербургской публикой «Гамлета», в котором весь мир представлял собой театр, окруженный надежнее тюремных решеток метафизической пустотой. Самоидентификация оказывалась возможной только в процессе исполнения ролей. Но фальшивые социальные роли тянули на дно, к убийству, к смерти. В «Укрощении» Коршуновас исследует позитивные стороны все той же тюрьмы. В нее попадает посторонний по имени Слай (Валентин Захаров) — у Шекспира медник-пропойца, у Коршуноваса лузер в растянутой футболке, потертых джинсах и с бутылкой бренди, который, поднявшись на александринскую сцену из зала, доверительно сообщает публике, что его бросила любимая.

«Укрощение строптивой» Коршуновас ставил еще до «Гамлета» в «Комеди Франсез», но упор в спектакле сделан на актерские индивидуальности, так что петербургский опыт вполне оригинален. Множество рук утягивают Слая за занавес, люди в черном баюкают его во мраке на черных тряпках кулис, подвывая по-собачьи. Рядом важно вышагивает некто Лорд, раздающий указания послушной своре, — герой Семена Сытника азартен, как все люди театра, и он тут главный: первый актер и режиссер в одном лице, его гримировальный столик, а также шкаф с костюмами и париками притулились в правом углу. Он поставил перед своей командой сверхзадачу: любым способом убедить Слая, что он — аристократ, страдающий амнезией. Идея смеха ради показать люмпену пьесу Шекспи­ра перерастает в прелюбопытный опыт: Коршуновас и актеры Александринки исследуют принципы воздействия театра на девственно чистое в эстетическом плане сознание. В ход идут безголовая лошадь, исторические костюмы на манекенах, ударные инструменты и гитара, рок и поп, поворотный круг и бюсты античных и российских классиков, а также старая шекспировская история про то, как веронский дворянин Петруччо (Дмитрий Лысенков) укротил норовистую падуанку Катарину (Александра Большакова). Театр атакует неофита в стремительном ритме, который лишь набирает обороты благодаря неистощимой энергии и заразительности молодого артиста Лысенкова. Самое интересное — это следить за этапами погружения Слая в театральную игру, его постепенным преображением и обретением внутренней гармонии. Совершенно ясно, что теперь он останется работать в театре хотя бы и монтировщиком.

2

Отзывы пользователей о спектакле «Укрощение строптивой»

Фото Борис Творогов
отзывы:
1
оценок:
1
рейтинг:
4
1

Какое счастье, что Велликий театр имени Александра Сергеевича Пушкина переименовали!
Какое счастье, что спектакли выпускаемые ныне в этом помещении не видят Симонов, Черкасов и многие другие Великие актёры Пушкинского театра!
Ныне этот бывший Академический театр стал академическим балаганом.
"Мне не смешно, когда маляр негодный
Мне пачкает Мадонну Рафаэля,
Мне не смешно, когда фигляр презренный
Пародией бесчестит Алигьери."
А.С. Пушкин. !!!!!!
Вот такое впечатление остаётся после спектакля "Укрощение строптивой" - прекраснейшего произведения великого Шекспира. Эти мерзкие маникены, эта словесная "каша" во рту актеров вместо блистательных шекспировских реплик и монологов, эта убогая сценография и т.д. и т.п. В тоже время, думаю, что артисты здесь не сильно виноваты. Утеряна великая школа театрального и актёрского искусства, нет школы актерской речи. Эх, этих бы актеров да в хорошие режисёрские руки - цены бы им не было. Единственный кто показал своё актёрское мастерство на высоте - народный артист В. Смирнов.

4
Фото Хольгердт Брагги
отзывы:
9
оценок:
15
рейтинг:
9
9

Скажите, любители ли вы актеров в черном так, как люблю их я? Ну если вы даете утвердительный ответ, то стоит взглянуть на постановку Коршуноваса, чтобы увидеть, как он вплел не задрапированную костюмами пластику актеров в вязь Шекспировского повествования. Уж простите за аллегорию, но это именно вплетание, а не заштопывание (…дыр в режиссерском замысле, как может показаться некоторым), не нашивание (…не нужных модных шевронов, чтобы казаться современным) и не пришивание пуговиц или застежек (…зачем что-то скрывать в пьесе, где и так все откровенно расписано).
Если вдуматься, то любой театр – это и так условность, это ведь не сама ситуация, не сама жизнь, не сами судьбы – а всего лишь их имитация (хорошая или плохая, заставляющая задуматься или нет), так зачем в этой условности костюм?...зачем этой условности декорация? …в текущем составе актеров – не зачем! Лысенков и так справится со своим героем. Подумайте, зачем человеку с характером, идущему на приступ строптивой дамы костюм? Да будь наряд пышен, дорог, роскошен и исторически достоверен, он бы не помог завоевать Катарину. Здесь могут помочь только собственная харизма, собственная энергетика и напор, и я говорю сейчас не про Петруччо, а про Лысенкова. Вот я смотрю на этого молодого актера (слышал, считающегося восходящей звездой) и понимаю, что он может завоевать Катарину и в черном трико. А что еще надо?! Причем завоевывает он ее не условно (как в театре), а по-настоящему.
А любите ли вы актеров в красном? Я вот с этого момента – люблю. Отдельное спасибо Пажу, заблудившемуся где-то между «Деревом» и современным балетом.
Хочу успокоить и сторонников классики: будут вам костюмы, даю руку на отсечение, что вам понравится как они «инсталлированы» в пьесу. Именно инсталлированы (ибо смотри швейно-рукодельную казуистику выше :) ) .
Будут вам и декорации. Они точно важны и нужны. Они так же грамотно «вплетены» в шекспировские сцены, как и черные минималистичные костюмы действующих лиц. Я даже успокою сторонников аутентичных исторических декораций: они не настолько аскетичны, как например, в «Ромео и Джульете» в постановке Стуруа, но ровно настолько они и не «исторически достоверны».
Отдельное мужское спасибо исполнительнице роли Катарины – Александре Большаковой. Очень точное попадание в образ режиссера, и, безусловно, правильное осознание роли актрисой, с привнесением в образ всего чего нужно «от себя». Я прямо влюбился (может даже и не в саму актрису, но в такую ее экспрессию – точно).
Осталось еще пару раз посетить постановку для того чтобы уловить детали, ускользнувшие в первый раз. Повыхватывать из контекста фразы типа: «…а зачем нам Достоевский?» Понаблюдать за действом с другого угла.
А вообще, было в моей жизни два спектакля, после окончания которых, захотелось как в кинотеатре: пойти в кассу, купить билет и посмотреть это «кино» еще раз, сразу и немедленно! ...так вот это – третий такой спектакль!
P.S.: … и помните, у Шекспира пьеса начинается с того, как Трактирщица ругается с Медником…:)

2
Фото Алексей Новиков
отзывы:
69
оценок:
132
рейтинг:
45
5

На сцену выбирается хулиган с бутылкой Джонни Уолкера и читает о ускользающей любви и тяготах совместного проживания в мегаполисе, о том, как ранит перемена статуса вконтакте. Его утаскивает псарня лорда и делает шутку. Бродяга превращается в эсквайра, получает пажа в жены и зрителей в театре. Дают "Укрощение строптивой". Сложносочиненная элементарная (в смысле из множества элементов) плоская сценография состоит из клеток, музыкальных инструментов, оживающих бюстов философов и поэтов, вращающегося гипнотического колеса и бог весть еще чего. В виде манекенов для барочных нарядов выступают сами актеры, что в финале надеть одежды. Кукловодом трудится Оскарас Коршуновас, guest star Александринского театра. Режиссер управляет экспрессивным, неровным театром марионеток под живое и не очень сопровождение. Ожившие знаки шекспировского текста соревнуются в Вероне за любовь прекрасной Бьянки,пока старшую сестру Катарину за их же деньги третирует новоиспеченный муж. Ложный пафос финала разбивает актуальную (и весьма успешную) форму вдребезги. Начавшись за сегодняшнее здравие, спектакль кончает вневременнным заупокоем. Впрочем, главное сегодня - процесс.

2
Фото Anna Raskopova
отзывы:
3
оценок:
53
рейтинг:
7
9

Фантастика! Это удивительно интересный и завораживающий спектакль! Декорации,свет,музыка, современные элементы импровизации - в общей гамме на 5 с плюсом! Ходила с молодым человеком так он в шоке был,что театр это оказывается настолько круто и интересно. Вообщем сходите, женщины почерпнут от туда великолепную мораль про грамотное и единственно правильное отношение к своему мужу...

1
Фото Егор Королёв
отзывы:
371
оценок:
371
рейтинг:
781
7

Прививка от брюзжания

На грани. На волоске от того, чтобы смотаться в антракте. Но в итоге прощаешь весь постмодернизм, потому что получилось бодро, весело и закадычно. Словно собрались в коммуналке актёры и решили вспомнить молодость, жахнуть и показать себя.

И в какой-то момент этой громкой вакханалии обычный балкон становится балконом в итальянском городе. И к финалу все джинсы превращаются в камзолы. Театр - разный и это спектакль о том, что театр имеет право быть разным. Иногда странным. Иногда дурным и сумасшедшим. Но в итоге на душе хорошо, светло и весело. Не потому что насмешили, а потому что создали такое настроение - доброе, красивое и опять светлое.

Забулдыгу Слая берут в оборот и он не может остаться равнодушным к происходящему на сцене. Коршуновас весь зал держит за такого же Слая и счастье тому, кто посмеет отдаться на волю спектаклю и без брюзжания стать его со-творцом. Театр преображает и укрощает строптивую публику. Публика строптива и ворчит. Но иногда получается.

1

Галерея