Москва
Написать отзыв

Все отзывы о спектакле

Постановка РАМТ

8.0
оценить
Как вам спектакль?
Фото пользователя
  • 10
  • 9
  • 8
  • 7
  • 6
  • 5
  • 4
  • 3
  • 2
  • 1

Рецензия «Афиши»

Фото Елена Ковальская
Фото Елена Ковальская
отзывы: 875
оценки: 244
рейтинг: 988
9
Страшная сказка

Спектакль Миндаугаса Карбаускиса — одна из шестнадцати (!) премьер Молодежного. По этой причине идет он редко, но его нужно видеть. После трехлетнего ­молчания от Карбаускиса ждали какого-то необыкновенного пиршества теат­ральности в доказательство того, что молчал он не от бессилия. Он же, напротив, ­смиряет свой талант переводчика на язык сцены со всей нещадностью — ее так и тянет назвать мужеством, но пафосные определения не идут этой принципиально непафосной режиссуре. Карбаускис инсценирует роман Ицхокаса Мераса о вильнюсском гетто в годы немецкой оккупации. Как и другие жители гетто, старый Авраам Липман теряет одного за другим детей. У Авраама остается один сын, мальчик-шахматист, с которым полюбил играть комендант гетто, немец. Однаж­ды комендант предлагает ему партию, в которой на кону стоит жизнь последних еврейских детей. Если выиграет мальчик — гибнут все. Если мальчик проигрывает — гибнет он один. Ничья спасла бы и его, и остальных детей, но ничьей тя­желее добиться, чем победы. Мальчику она удается, но в последний момент он ставит коменданту мат.

Спектакль занимает большую сцену, но зрительный зал пуст: публика и актеры находятся на сцене. Стулья в несколько рядов установлены почти впритык к стене, на фоне которой играют актеры. Так что пустой темный зал, если оглянуться назад, видится космически огромным. Карбаускис рассказывает историю Авраама и его детей словно откуда-то оттуда. Реальные истории звучат как биб­лейские притчи — жертвоприношение, непорочное зачатие, Песнь песней (эпическая остраненность особенно удается Илье Исаеву, исполняющему роль Авраама, и Нелли Уваровой, у которой три роли). Что чувствовали герои перед смертью — не имеет значения, и только по тому, как темнеет лицо Исаева, мы можем дога­дываться, что чувствовал Авраам, давая знак слабому сыну покончить с собой. Значение имеют только поступки. Только один раз Лиза (Дарья Семенова) — девственница, которую немцы сделали суррогатной матерью для немецкого эмбрио­на, — зайдется в истерике. И тогда Авраам закроет ей рот ладонью: «Зажмурься, Лиза, я расскажу тебе сказку…» Грубо говоря, Карбаускис рассказывает одну из тех страшных сказок, которую необходимо принимать как лекарство от мерзости, отливая ее при этом в идеальную театральную форму.

5
0
...
14 апреля 2010
Отзывы по рейтингу пользователя
  • По дате
  • По рейтингу пользователя
  • По рейтингу рецензии
Фото айнеж
Фото айнеж
отзывы: 146
оценки: 146
рейтинг: 456
9

Дошел и я до Миндаугаса Карбаускиса. Описать увиденное словами трудно. Действие завораживает, а колоссальное напряжение сковывает по рукам и ногам. В этом спектакле хорошо и талантливо все: сдержанная и холодная режиссура Карбаускиса; минималистично-реалистичная сценография; выразительная и безнадрывная игра актеров; музыка – фоновая, тихая и удивительно уместная; костюмы – блеклые и неброские, которые, впрочем, и отвечают за атмосферу гетто – безрадостную и унылую; и, разумеется, сам текст Ицхака Мераса, упорядоченный и жесткий.

Основной линией – как следует уже из названия – является шахматная партия, за которой неожиданным образом встретились еврейский юноша Исаак и комендант литовского (?) гетто Шогер. Игра ведется не на жизнь, а на смерть – если комендант проиграет, то все дети, живущие в гетто, останутся живы, но Исаак умрет; если комендант выиграет – дети умрут, а Исаак останется жить; и только ничья гарантирует жизнь всем жителям гетто. На заднем плане выставлена большая шахматная доска, на которую намагничены фигурки, и на ней отражается каждый ход. Надо заметить, что Мерас не использует в своей повести никакой конкретики в отношении шахмат, читатель не знает, какая именно партия имеет место быть. А из спектакля становится совершенно ясно, что они разыгрывают итальянский дебют, притом что Шогер, явно незнакомый с теорией игры, допускает как минимум одну грубейшую ошибку – нас в шахматном классе учили таких ходов не делать.

Игра то и дело прерывается интермедиями, в которых раскрываются условия жизни в гетто и которые в деталях описывают жизнь еврейской семьи Липманов. В повести Мераса присутствуют главы, состоящие из одного предложения.

– Я родил дочь Ину, – сказал Авраам Липман.

Таких глав семь – по количеству детей, рожденных Авраамом Липманом. Один за другим все семь детей умрут в застенках еврейского гетто. У Карбаускиса тоже время от времени повторяется эта фраза, но он не делает на ней акцента – он вообще не использует никаких слезоточивых приемов, не пытается растрогать зрителя, не заставляет его расчувствоваться и разрыдаться. История преподносится отстраненно и просто, как незначительный случай из жизни. Но при этом каждая из смертей по-своему страшна и бесчеловечна, меня, например, более всего поразила история с Касриэлом. Комендант, грозя кнутом и маня пряником, собирался перетянуть парня на свою сторону, выведать у него, где прячут евреи оружие, как проносят они это оружие в гетто. Комендант дал Касриэлу неделю на раздумья, а тот направился прямиком к отцу и рассказал, что если ему отрежут хотя бы один палец, он не сможет терпеть и проговорится. Отец же хладнокровно ответил – «Я тебя породил…»

Кое-что из написанного у Мераса не нашло отражения в спектакле. Например, последний ход Исаака может показаться в трактовке Карбаускиса безрассудным, может быть прочтен, как нежелание Исаака изменять своим принципам (как его отец не желал снимать шляпу перед комендантом), но только из повести становятся понятными мотивировки героя.

Шогер принял жертву. Он знал, что Исаак волнуется, и ему было приятно, смахнув с доски эту пешку, чувствовать себя более уверенно и ждать, когда противник сдастся. Сегодня его день. Сегодня он должен одержать двойную победу: выиграть партию и не проиграть партнёра

Я скажу тебе правду… – медленно, с расстановкой проговорил Шогер, не думая, что кругом люди. – Детей ты все равно не спасешь. Можешь спасти только самого себя

Этого в спектакле почему-то нет. Но именно эти два отрывка дают ясно понять, что ничья равноценна победе Шогера. А поражение равноценно его двойному поражению. Ибо ничья принесет смерть детям и жизнь Исааку – партнеру Шогера по игре в шахматы. А поражение само по себе обидно для Шогера, но при этом комендант теряет еще и самую большую радость в жизнь – возможность сыграть в шахматы с достойным противником (Исаак вынужден умереть, поставив мат). Таким образом, решая партию в свою пользу, Исаак добивается, во-первых, победы, во-вторых, вынуждает Шогера идти на низость, убивая детей вопреки договору, а в-третьих, лишает коменданта возможности снова играть с ним в шахматы. Жертвуя своей жизнью, Исаак морально уничтожает противника своим ходом, и цена такого уничтожения не так уж и высока.

А у Карбаускиса получается так, что юноша из принципа расстается со своей жизнью, из принципа лишает своего отца последнего оставшегося в живых сына. И больше того – подписывает смертный приговор своей девушке. Эта цитата есть и в спектакле, но как-то мимоходом, внимание на ней не заостряется, ощущения, что, ставя мат, Исаак убивает и Эстер не возникает:

Я допустил ошибку, – продолжал Шогер. – Нет, не с пешкой.
Исаак молчал.
– Могу объяснить, если ты не понял. Уговор был неполным. Мне следовало добавить… добавить следующее: то, что будет с тобой, будет и с твоей девушкой. У вас одна судьба. Не так ли?

Впрочем, я не собираюсь упрекать режиссера в невнимательности к тексту. На мой вкус недостатков у этого спектакля нет. Убирая эти детали, Карбаускис предлагает зрителю возможность истолковать произведение в религиозном ключе. Имена «Авраам-Исаак» явно отсылают нас к одному из ветхозаветных преданий.

Другими словами, действие завораживает. Если нет возможности сходит в РАМТ, советую прочитать хотя бы повесть Ицхака Мераса «Вечный шах»:

http://heblit.bravepages.com/im/imvs.html

4
0
...
10 апреля 2010
Фото Ольга Сорокина
Фото Ольга Сорокина
отзывы: 292
оценки: 290
рейтинг: 98
9

спектакль, который заставит ныть сердце, а слёзы литься
заставит улыбаться и радоваться чуду
а ещё... заставит вспомнить о том, что такое сила духа, родительская любовь и смелость
смелость перед лицом смерти
и так ли страшна смерть? или есть что-то страшнее? и уж точно есть то, что гораздо важнее смерти

представьте себе абсолютно серый, мрачный, почти беспросветный мир с редкими глухими вкраплениями бирюзы
представьте, что этот серый мир - единственное, что вам позволили иметь
представьте себе жизнь, которой ежедневно дышит в спину смерть
и может быть вы поймёте, что такое гетто
и как это - жить в гетто

но они живут
дни, месяцы, годы

они работают, поют, влюбляются, рожают и воспитывают детей
и борются
каждый борется так, как может
как умеет
как хватает сил
борются с несправедливостью, страхом, жестокостью и смертью
каждый день
до конца
который у каждого свой, но в итоге всё равно один - смерть
и зачастую смерть - это единственное, что ты ещё можешь выбрать сам
потому что всё остальное уже отняли

прекрасная, поразительная актёрская игра!
где Александр Гришин (Шогер) настолько настоящий и настолько непохожий на нюнбергского Хэйвуда
Илья Исаев (Авраам Липман) на которого смотришь и хочется точно знать каждую его мысль, настолько он отец и настолько страшно даже на мгновение представить себя на его месте
Дарья Семенова (Инна Липман) такая пронзительная, светящаяся и звонкая и очень сильная, и вдруг такая ломкая и потерянная (Лиза)
и конечно же Дмитрий Кривощапов (Исаак Липман) трогательный еврейский мальчик, который на глазах становится мужчиной. мужчиной, способным не только победить, но и сделать выбор

сходите в театр!

0
0
...
2 февраля 2015
Фото светлана дягилева
Фото светлана дягилева
отзывы: 117
оценки: 168
рейтинг: 90
9

Спектакль идет на основной сцене театра, причем в прямом смысле: на сцене сделали маленькую сцену, поставили несколько рядов зрителей. То, что я нахожусь на сцене, заметила только когда выходила со спектакля.
Спектакль о еврейском гетто в Литве в разрезе одной семьи, в которой остался один отец, а шестеро детей умерли при разных обстоятельствах. Думаю, что и отец долго не прожил, если додумывать историю.
История каждого героя проходит через зрителя и ужасает. Я не представляю, что должно быть в голове у людей, которые истребляли евреев, применяя особенно жестокие методы. Да, со сцены не показывают всех ужасов, но рассказ и определенные намеки составляют целую кошмарную картину: детей под предлогом прививок увозят от родителей, женщин для опытов искусственно оплодотворяют, взрослых людей за малейшее нарушение правил секут розгами, рабский труд и голод, постоянный страх за жизнь. Через весь спектакль идет шахматная партия смотрителя и молодого человека, играют на жизнь, и мальчик делает свой выбор.
Это прекрасный спектакль с замечательными актерами, про которых можно говорить много, отдельные показали такой класс, просто запредельный. В очередной раз восхищаюсь артистами труппы театра. Интересно продуманы декорации, свет, музыка, костюмы.
Однозначно рекомендую всем, кто хочет в театре задуматься, оглянуться назад. Я вышла просто потрясенная. Причем я большую часть сидела спокойно, слезы навернулись только несколько раз, но после меня как будто по голове чем-то ударили, такие эмоции бывают очень редко.
Не знаю, готова ли я повторить такой театральный поход еще раз, все же очень сложно, но настоятельно рекомендую, если не пугает тема.

0
0
...
6 февраля 2016
Фото Yuri Jakor
Фото Yuri Jakor
отзывы: 126
оценки: 1261
рейтинг: 83
5

Сложный спектакль, здесь не посмеешься. Никак не получится, как не получится и улизнуть, спрятаться и ничего не видеть. Максимум, что можно зажмурить глаза и слушать эту страшную историю.
"Я родил *имя*, сказал Авраам Липман" - так начинается каждая часть этой истории. Старик-отец рассказывает историю гибели своих семерых детей. Последнему из них, Исааку уготовлена совсем уж страшное испытание - играть с комендантом гетто в шахматы на жизни детей гетто. Выиграет - погибнет сам, проиграет из гетто увезут всех детей и только вечный шах (ничья) может сохранить все, как есть
Миндаугас Карбаускис сделал очень замкнутый спектакль, где зритель сидит в нескольких шагах от актеров на жестких, впивающихся деревянных скаймейках. Сидит и спиной чувствует за собой бездну. Сзади темная коробка зрительного зала.
В спектакле нет эмоций, совсем никаких. Ни плача, ни истерик, ни злорадства. Документальная точность во всем, вплоть до описания приготовления виселицы для одного из героев. Ведь это тоже элемент жизни в гетто.
Это спокойствие является одним из основных недостатков спектакля, довольно быстро становится понятно, что Исаак все-таки будет принесен в жертву Авраамом и просто за сюжетом следить становится не интересно. Кроме того возникает некое отстранение от происходящего. Мы сами не были в гетто, да и концлагерь видели только в кино, мы не можем себе представить логику поведения в подобной ситуации. Нам остается лишь верить в те эмоции, которые играют актеры. А их нет. А значит возникают проблемы и с сопережеванием Катастрофы.

В вильнюсском гетто находилось около 40 тыс. евреев, спаслись лишь несколько сотен человек. Еврейская культура в Литве была практически уничтожена.

0
0
...
16 декабря 2010
Фото Serionity
Фото Serionity
отзывы: 20
оценки: 21
рейтинг: 39
9

Замечательный спектакль! Я не проф.критик, но от лица мещанского быдла скажу: месяц назад посмотрел, а до сих пор вспоминаю и часто.

1
0
...
8 марта 2010
Фото Stryker
Фото Stryker
отзывы: 31
оценки: 26
рейтинг: 33
9

Постановка про войну и гетто – хороший повод выехать на идеологических мотивах, сделать из спектакля лозунг и привлечь этим.
Но «Ничья» - пытается наоборот, подчеркнуто отойти от показания физических тягот и излишней драматизации, в ней все происходит вроде бы живо и без тягостных молчаний и пауз, и от этого все драматичнее в разы.
Жизнь и смерть людей в гетто показана на одном дыхании – в движении, бодро, потому что люди там не боятся смерти – они наоборот, ищут жизни, свободной от насилия и небоязнь смерти дает свободу.
Вот об этом и вся игра – что и в гетто можно быть свободным, там свобода в том, чтобы не бояться жить, быть честным и еще больше – не бояться умереть.
Если честно – удивлен что «Ничье» не дали «Маску» - постановка очень сильная, каждый индивидуально сыграл блестяще – живо, ярко.
Смотреть тяжело (постановка заставляет переживать за людей), но спектакль очень сильный.

0
0
...
18 апреля 2011
Фото Alexei Balakirev
Фото Alexei Balakirev
отзывы: 22
оценки: 72
рейтинг: 12
7

Меня цепляют и привлекают броские названия. Именно оно захватило мое внимание, и лишь потом уже я увидел знакомую фамилию режиссера и еще более знакомых актеров.

На сцене РАМТа я смотрел уже "Зори здесь тихие" и что-то еще - каждый раз это было незабываемо - ведь ты сидишь, по сути, под железным занавесом, а если обернуться назад - пустота, а актеры - вот они, руку протяни.

Для начала хочется сказать, что люди - идиоты. Никогда в жизни я не слышал такого количества мобильных телефонов за спектакль. Он держит в напряжении, это напряжение можно руками из воздуха вытащить, а тут у какой-то бабушки звонит телефон и она "не знает как его выключить". И так раз 10. Стыдно перед актерами.

Я не могу сказать, что мне понравился спектакль. Про такие спектакли вообще нельзя сказать, что они "нравятся". Я на него сходил. Я его посмотрел. Он заставил меня задуматься и прочувствовать его.

1
0
...
14 марта 2014
Фото Tanya Levina
Фото Tanya Levina
отзывы: 23
оценки: 25
рейтинг: 11
9

Театр РАМТ, спектакль "Ничья длится мгновение".
Потрясающе простой и одновременно сложный спектакль, фантастический! Как жаль, что я увидела его только сейчас, и как хорошо, что все же увидела!!!!!
Как выжить в страшных условиях, как сделать выбор, как уметь ценить прекрасное, как остаться человеком? Столько вопросов.....
В основе сюжета шахматный поединок немецкого офицера Шогера (Алексей Гришин) и еврейского паренька Исаака Липмана (Дмитрий Кривощапов), в гетто. В случае победы Исаака дети остаются в гетто, живые, Исаак погибает. Если выигрывает Шогер, Исаак жив, а погибают дети. А если ничья - в живых остаются все: и дети, и Исаак....
Что бы выбрали вы? Это то, что лежит на поверхности.....Выбор!
Аналогия с нашей жизнью запредельная!!!! Ведь что такое гетто? Замкнутое пространство из которого нет выхода. Разве в нашей жизни такого не бывает? Мы часто стоим перед выбором, как Исаак, и не всегда выбираем то, что выбрал он, а чаще именно ничью. Ведь ничья длится мгновение.....Выбор, который мы делаем....... И последствия нашего выбора влияют не только на нас.
Спектакль смотрится на одном дыхании, твое внимание полностью на сцене, с героями, со своими мыслями и чувствами, эмоциями.
Омерзительно прекрасный Шогер, царь и бог, кукловод с издевательской улыбкой вседозволенности. Я Наци №1, а вы - мусор и пыль! "Мне все равно, что будет с ними, с детьми" (с) говорит Шогер.
Несчастный отец, Авраам Липман (Илья Исаев), который не в силах противостоять этому ужасу и спасти от гибели своих детей....Исаев, великолепен, не сразу узнаваем, настолько сильны его эмоции и игра.
Рахиль Липман, Мария Блажевска (Нелли Уварова) - роскошна!!!! Я открыла именно в данном спектакле эту актрису. И если вы хотите понять чего стоит актер, смотрите его спектакли, сильнейшее впечатление!!!
Про каждого из актеров можно сказать много теплых, искренних слов восторга и восхищения!!!
Концовка с проигрывающейся актерами шахматной партией необычна и завораживающая!
Меня этот спектакль влюбил в себя и потряс очень сильно, самое вкусное впечатление от РАМТа!!!!
Я обязательно вернусь на этот спектакль!!! С цветами для потрясающих актеров!!!

0
0
...
3 мая 2015
Фото Вера Шатунова
Фото Вера Шатунова
отзывы: 13
оценки: 32
рейтинг: 11
9

Гетто, бедные люди. Где-то это уже было. Ах, да. "Пианист". Но нет...
Самое интересное, что за основу взята опять-таки одна семья. Вопросы семейных отношений снова возникают у Карбаускиса. Интересный выбор.
Психологически тяжелый спектакль. Очень.
Я сидела на "Студенческой" подушке, мне было видно абсолютно все...
Идея с шахматными досками: их ровно столько же, сколько и главный героев. Доски уносят одну за другой, герои рассказывают свои истории тоже по очереди. Здесь есть и история невероятно сильной человеческой любви, ради которой человек готов выдержать все. История предательства внутри семьи, история потеря всемирной славы. Самая тяжелая, это пожалуй история про младшую девочку.... И... история самопожертвования, назовем ее так.. Хотя по-хорошему, я даже не знаю, как назвать то, чем завершился спектакль. Наверное действительно иначе чем "ничья длится мгновенье" сказать нельзя.
Единственное что, немного была непонятна история с детьми арийского происхождения, родившихся у еврейских женщин. Вроде как абсолютно реалистичная история, ни капли фантастики. Надо почитать по этому вопросу у исследователей. Возможно, что действительно пытались ставить опыты подобного рода.
Этот спектакль следует смотреть. Причем даже не один раз. Он в очередной раз говорит о том, что все то, что мы имеем в жизни, мы должны ценить. Мы должны радоваться каждой прожитой минуте и дарить счастье другим людям.
Мои классические три букета достались Дарье Семеновой. Очень она меня радует в последнее время. Умничка просто! Дмитрию Кривощапову. В этом спектакле он был полной противоположностью жесткому и неприятному герою из "Будденброкков". А третий букет я подарила Илье Исаеву. Этот большой дядя сидел напротив меня, и у него действительно капали слезы... Это тронуло.

0
0
...
14 октября 2011
Фото nushka
Фото nushka
отзывы: 4
оценки: 13
рейтинг: 6
7

Я, к сожалению, читала гениальную книгу Ицхокаса Мераса "Ничья длится мгновенье" (в других изданиях - "Вечный шах"), и поэтому о спектакле могу сказать только "мило", не более того. Из тончайшего, острейшего, цепляющего, очень сдержанного, ювелирно точного и именно поэтому невероятно трогательного и страшного текста Мераса режиссер сделал более-менее набор сценок из жизни литовского гетто - правда, довольно прилично сыгранных и как минимум интересно поставленных. К сожалению, видимо, из-за специфики текста и сложности с его переносом в действие спектакля, на сцене очень много лишних слов и бессмысленной суеты - и история, которую нам показывают... как бы упрощается, что ли, цепляет не так сильно, как могла бы. Читавшие книгу будут разочарованы; те, кто посмотрел, но еще не прочитал книгу - сделайте это обязательно: над книгой - плачешь, на спектакле - нет.

2
0
...
29 июня 2011
Фото achinoam.livejournal.com
Фото achinoam.livejournal.com
отзывы: 3
оценки: 3
рейтинг: 4
9

...Так что же такое человек? Это существо, которое всегда решает, кто он. Это существо, которое изобрело газовые камеры. Но это и существо, которое шло в эти камеры, гордо выпрямившись, с молитвой на устах.
В. Франкл, "Психолог в концлагере"

Спектакль идеально ложится на Франкла. Уверена, что ни у кого из прочитавших "Психолога в концлагере" не возникнет ни единого вопроса относительно поведения героев, в частности - Иссака Липмана. "Семья Липманов, кто постарше, кто моложе – это разные характеры, разные взгляды на мир, на свое место в нем, на гетто, на способы выживания в несвободе и в предчувствии конца."
Их объединяет одно - все они сумели остаться людьми там, где немногим это удалось. Этот спектакль не о тех, кто стремился выжить любой ценой, кто сотрудничал с СС за лишний глоток бульона, и не о тех, кто варил этот бульон из человечины. Он - о тех, кто не позволил вылепить из себя "типичного лагерника", о тех, что надеялись и находили смысл и радость даже под давлением столь страшных обстоятельств: репетировали оперу, влюблялись, вспоминали близких - и в конце концов, шли в газовые камеры, гордо выпрямившись, потому что "в концлагере можно отнять у человека всё, кроме последнего - человеческой свободы, свободы отнестись к обстоятельствам или так, или иначе".
Что характерно, мысли каждого из Липманов сосредоточены не на выживании: Инна продолжает грезить сценой и музыкой, Рахиль ждёт рождения ребёнка и постоянно ведёт внутренний диалог с убитым мужем (достаточно распространённое явление в лагерях: "человек может реализовать себя через воссоздание и созерцание образа того, кого он любит"), Авраам Липман печётся о судьбе своих и чужих детей, Касриэл прячется от страшной реальности за философией, Исаак и вовсе влюблён и ухитряется сохранить такую душевную незамутнённость, что думает о цветах для своей девушки. А ведь каждый из этих людей недоедает, ежедневно выполняет тяжелейшую работу и постоянно подвергается унижениям и побоям. Вот вам и пирамида Маслоу!
Ну а теперь - <b>осторожно спойлер!!!</b> - о главном: почему Исаак Липман поступает так, а не иначе. Ответ можно найти у того же Франкла. Много страниц пишет он о том, от чего сильнее всего страдала интеллигенция в гетто. Не от голода, усталости и бесконечной боли - но от унижения, от ущемления человеческого достоинства. Ещё так недавно эти люди были музыкантами, учёными, писателями, врачами - и вдруг обнаружили себя "еврейскими свиньями", которых можно бить и убивать просто забавы ради.
"Причиняемая побоями телесная боль была для нас, заключённых, не самым главным, - пишет Франкл. - Душевная боль, возмущение против несправедливости - вот что, несмотря на апатию, мучило больше. В этом смысле даже удар, который приходится мимо, может быть болезненным".
Такие люди как Иссак Липман , ещё не закосневшие в лагерной жизни, при всей приглушённости чувств и апатии способны на возмущение и сопротивления. Его главное и последнее решение обусловленно вовсе не эмоциями, оно более, чем трезво и взвешено. И продиктовано оно гордостью, ненавистью и отсутствием страха. Его поступок - не только моральная, психологическая победа над Шогером, но и демонстрация абсолютной внутренней свободы, ибо невозможно подавить и унизить человека, который не бится смерти.
"Духовная свобода человека, которую у него нельзя отнять до последнего вздоха, даёт ему возможность до последнего же вздоха наполнять свою жизнь смыслом".
Смерть Исаака не только позволила детям остаться в гетто - она увековечила его победу. Сведи он партию вничью, Шогер всё равно раздавил бы его - и делал бы это долго и мучительно.Он же сделал так, что весь лагерь видел его победу - и история эта непременно обойдёт все окрестные лагеря, и никогда Шогеру не расстрелять всех, кто будет о ней помнить.
____________________________________________________________________________
Вряд ли у кого-либо возникнет желание второй раз идти на этот спектакль, но и вряд ли кто-то пожалеет о первом. Давно мне не приходилось видеть, как зал сидит, затаив дыхание, с первой до последней минуты действия. А я... я зря не захватила валерьяночки. Некоторые сцены так врезались в память, что и сейчас вызывают ту же внутреннюю дрожь, что и вчера в зале. Как вспомню ложки супа Йонаса Минаса - эту гущу, гущу... И Авраама Липмана, потерявшего семерых детей. И того маленького человека, который остался ему после их смерти, который плакал и просил молока, когда его мать и отец висели на площади - за то, что укрывали еврейского ребёнка. А были ведь и немцы, которые спасали еврейских детей! "Доброго человека можно встретить везде, даже в той группе, которая, безусловно, по справедливости заслуживает всеобщего осуждения<...> Есть две расы людей, только две - люди порядочные и люди непорядочные". Постоянно задаюсь вопросом, к какой расе принадлежу я.
</div>

0
0
...
22 апреля 2010
Фото Максим Марков
Фото Максим Марков
отзывы: 3
оценки: 3
рейтинг: 3
7

Молчание почерка не меняет. После 3 беспремьерных лет, Карбаускис твердой рукой поставил спектакль в свойственной ему манере. Никакого преображения его натуры я не увидел. Тем, кому симпатичны его полутона и неспешное развитие сюжета, будет на что посмотреть. И особого анонсируемого психологизма не получилось. Скорее Карбаускис нарочито подчеркивает,, что люди есть люди, их поступки предсказуемы - лишены чуда и героизма. Также режиссер не отказался от своего фирменного номера "оживление гардероба". Есть ощущение неравномерного погружения в роман, из-за этого, на мой взгляд, возникает перекос в интерпретации общего замысла и эпизодов. Понравились работы Д. Семеновой и Н. Уваровой, И. Исаева. Остальным нужно поработать с речью, - возможно, сказывается положение цейт-нота: спектакль длится 1ч.50мин., а "сказать" нужно очень много. Основной плюс этого спектакля - в нем нет надрыва, граничащего с пошлостью. Карбаускис проводит очередной спиритический сеанс, где сосредоточенно в полусвете, из тины прошлого, слышатся голоса и скользят тени.

0
0
...
11 февраля 2010
Фото Ирина Смиренко
Фото Ирина Смиренко
отзывы: 2
оценки: 188
рейтинг: 0
7

Режиссёр может быть хорошим или плохим - всё это сугубо личностное и никакого отношение к режиссёру, как к самоценному творцу, не имеющее. Другое является знаком качества: если ты узнаёшь почерк, значит и личность существует. Карбаускис более чем узнаваем. Никто кроме не смеет брать столь мрачные тексты и препарировать их, смакую. Никто кроме не умеет так виртуозно обходить чернуху, топя всю горечь происходящего не в циничном похихикивании, а в полновесной русской драме. Никто кроме не решается делать столь резкие повороты. Миндаугас виртуозный врач. Миндаугас прозорливейший шаман. В его пещеру приходишь, внимаешь с трепетом его пугающим ужимкам, проходишь весь путь инициации, и не страшно тебе, потому как знаешь, что в конце будет свет, в конце будет лёгкость и вера в лучшее.
В шахматной партии отчего-то скушали финал. Самое вкусное скушали сами - жадины. Мне не хватило света после вереницы невинно убиенных. А в прочем мило, особенно про сверх-человека.

0
0
...
11 февраля 2011