Театральная афиша Москвы

Спектакль Курс лечения

5.8
оценить

Симуляция шизофрении и ее последствия

Очередной проект польского режиссера Анджея Бубеня навеян романом польского писателя Яцека Глэмбского. Сюжет заключается в том, что молодой доктор из Лодзи в экспериментальных целях симулирует шизофрению, дабы оказаться в психлечебнице и изнутри узнать, как там все устроено. Последствия, как водится, самые драматичные. В роли доктора Андрей Феськов, получивший известность ролью маньяка-членовредителя в фильме «Новая Земля».

Рецензия «Афиши» на спектакль

Фото Андрей Пронин
отзывы:
78
оценок:
69
рейтинг:
72
7

Докторская колбаса

Молодой доктор Анджей Майер (Андрей Феськов) явился в психиатрическую клинику профессора Зиминского (Сергей Лысов) лощеным франтом — в костюме с иголочки, с томно-развязными манерами удачливого наглеца и честолюбивыми планами. У него, видите ли, прекрасная идея — внедриться в среду пациентов под видом шизофреника и черпать материал для диссертации из доверительных бесед с душевнобольными. Зиминского прожект не очень впечатляет: во-первых, визитер отвлекает его от приятного времяпровождения за изготовлением домиков и человечков из овощей; во-вторых, как-то не хочется верить, что предприимчивый салага вдруг откроет науке нечто, чего профессору не удалось раскопать за всю его долгую практику… А в-третьих, еще что-то, какая-то смутная опасность, неприятное предчувствие, повисающее в воздухе. Предчувствия не обманывают: дела у Майера-пациента и впрямь пойдут не так блестяще, как хотелось бы Майеру-доктору.

Энергичный главреж Театра на Васильевском Анджей Бубень вдали от родины о ней не забывает. Герои «Русского варенья» скандировали: «Папу римского к нам не пускать», — кому еще, как не поляку, придет в голову ассоциировать римского папу с просвещением и прогрессом? В «Даниэле Штайне» Бубень позволил героине спектакля словами писательницы Улицкой бросить Польше гневное обвинение в преступном невнимании к ветеранам — жертвам нацистских гетто. В «Курсе лечения» страна Шопена и Мицкевича — это уже и место действия, и колыбель литературного первоисточника, романа современного беллетриста и драматурга Яцека Глэмбского.

Не читающей по-польски публике этот роман (как и этот писатель) неизвестен, и оценить его литературные достоинства затруднительно. В результате возникает вопрос: то ли книжка Глэмбского слабовата, то ли у Бубеня проблемы с инсценировкой. Вообще-то, в «Штайне» он показал себя режиссером грамотным и тонким, но ведь и на старуху бывает проруха. Главная слабость нового спектакля Театра на Васильевском — в размытости, рыхлости фабулы. Конструкция действия тут определенно двухэтажная. Со вторым этажом — символическим, где нужно вычитывать подтексты и аллюзии (мир — сумасшедший дом; мальчишка-экспериментатор — еще одна жертва жерновов, перемалывающих большие надежды), все в порядке, он обустроен; а вот первый этаж — реалистическая канва — замусорен до безобразия.

Подвальный беспорядок мешает работе актеров. Восходящая звезда кино Андрей Феськов (маньяк-членовредитель из фильма «Новая Земля») в роли Майера напрочь лишен своего фирменного обаяния. Хотя Феськов самоотверженно кидается в омут сложных психологических метаморфоз, демонстрируя хорошую актерскую выносливость, но его персонажу явно не хватает изначально заданной индивидуальности, четко прописанного характера, биографического бэкграунда — того, что на театроведческом языке называется преджизнью. Первостатейному актеру Юрию Ицкову хотелось бы пожелать роли более содержательной, чем плоская комическая маска, обозначенная в программке как «врач с тиком». ­Трагифар­совая бабушка (Елена Рахленко) — старая безумная актриса, бормочущая монологи Гертруды, тоже могла быть прописана интересней, но режиссер предпочитает тиражировать одну и ту же репризу, используя персонаж как ходячую функцию. Режиссерский формализм — еще одна беда «Курса лечения», впрочем, форма на этот раз не стала прокрустовым ложем. ­Некоторые актеры получили приличные лакуны для ­мини-бенефисов. И это уже настоящий праздник: великолепны и буйный параноик Дмитрия Воробьева, и его меланхоличный приспешник (Михаил Николаев), и усталый циничный лекарь Сергея Лысова, и пугающе правдоподобная шизофреничка Татьяны Малягиной, и целых три неприятные женщины в исполнении одной очаровательной Елены Мартыненко.

Впрочем, главный цимес новой постановки Бубеня даже не в этом. А в том, с каким доверием и какой тщательностью выполняют вычурные режиссерские задачи актеры второго плана; как уверенно держится ритм многофигурной, сложной феерии. И еще в одном, право, редком достоинстве. В категорическом отказе режиссера подсластить горькую финальную пилюлю: Бубень пустил в ход не слезоточивые мелодраматические штампы, а дерзкий и остроумный балаганный хеппенинг. Это позволяет уверенно говорить если не о мастерстве режиссера, то хотя бы о его крепком душевном здоровье.

0
0
3 марта 2009

Лучшие отзывы о спектакле «Курс лечения»

Фото Павел Чердынцев
отзывы:
30
оценок:
32
рейтинг:
57
5

Фабула пьесы, а точнее – инсценировки по роману Яцека Глэмбского "Курс лечения" достаточно избита и предсказуема.
Молодой врач-психотерапевт, по имени Анджей, одержимый идеей на собственной шкуре испытать, что такое психиатрия в действительности, талантливо и даже гениально симулируя признаки помешательства, оказывается в закрытой лечебнице для психов. Вжившись в образ, уже очень скоро Анджей начинает осознавать все безумие своей затеи и опасность ее не только для своего здоровья, но и для всей своей жизни. С самого начала и до самого конца создатель романа, а вместе с ним и автор адаптации для театра заставляют читателя, а затем и зрителя в первую очередь думать о том: удастся ли Анджею когда-нибудь выбраться из того шизофренического ада, куда он добровольно себя заточил? Либо он обречен на пребывание в нем до смерти, сначала умственной, а потом и телесной?..
История не нова. И не сказать, что жгуче хороша. Есть подобные истории и получше ("Палата №6", "Пролетая над гнездом кукушки"). Читать такое вряд ли станешь, хотя нет уверенности, что инсценировщик сделал свою работу добросовестно, не оставив за бортом сценической версии важные, сюжетообразующие линии, вернее их зачатки и окончания. Много в инсценировке, а посему и в спектакле недосказанного, не доведенного до логического конца или взятого с середины, а то и притянутого за хвост, да так, что только хвост и остался…
Вскрытие всех слоев и образов спектакля к понятию "как дважды два" отношения не имеет. Но плохо ли это? Однозначного ответа быть не может. Однозначный ответ "нет, хорошо" был бы тогда, если бы все ссылки и аллюзии не мешали бы пониманию главенствующей идеи спектакля, не заводили бы в тупик того, кому либо не дано улавливать подтексты, либо достаточно одних только вершков, того, кто способен ухватить исключительно то, что плавает на поверхности.
Тем же, кто любит копать глубоко, кто жаждет подобных "раскопок", чьи фантазия и мышление не ограничены узкими рамками, тем данная постановка Анджея Бубеня должна прийтись по душе…
Так что же нам, рецензентам (как с приставкой "горе-" так и без), делать? Взять курс исключительно на сюжет, на содержание, пустившись в разглагольствования о достоинствах, вернее – недостатках драматургии? Или все-таки стоит обратить внимание и на актерские работы – преимущественно, филигранные; на сценографию – подвижную, толковую, что особенно важно – уместную; на музыку – интригующую, настораживающую, помогающую в полной мере осознать весь драматизм происходящего? В конечном счете, на режиссуру – спорную, трудную (трудоемкую), но подлинную, безыскусственную, ярко-индивидуальную, достойную, если и не самой высокой оценки, то, по крайней мере, кропотливого, глубокого анализа?
На что ориентироваться зрителю, гадающему: идти – не идти? На якобы авторитетные имена давно исчерпавших себя зазнаистых критиков? На мнение рядовых зрителей, подчас рядовых на столько, что в ужас приходишь от думы: какая только гадость порой не способна понравиться человеку? Или все таки на веру в творческий коллектив, не раз доказавший свою проф. состоятельность, свое владение ремеслом, свой ответственный подход к делу, – веру в художника?
В театре на Васильевском дня сегодняшнего есть заслуженная репутация, талант, добросовестность. Мастер в театре на Васильевском "случился". Имя ему, как уже было сказано, Анджей Бубень.
А посему… (см. заглавие).

Сокращенная версия статьи. Текст полностью читайте на Портале "Жизнь – театр": спектакль "Курс лечения", театр на Васильевском.

0
0
26 января 2012
Фото Даша Круглова
отзывы:
2
оценок:
2
рейтинг:
0
7

Если любите пофилосовствовать о том как все субъективно и относительно - стоит сходить. Хорошая игра актеров.

0
0
30 июня 2009

Галерея