
Пол Крю (Сэндлер), средних лет ипохондрик, бывшая звезда американского футбола, про которого вся Америка знает, что он слил за деньги важнейший матч, получает трехлетний срок за вождение в нетрезвом виде. Шеф тюрьмы (Кромвель) доходчиво убеждает его собрать из заключенных команду, чтобы уже имеющаяся команда охранников могла с ними тренироваться. Уголовники, сообразив, что им представляется возможность безнаказанно отметелить на поле охранников (которые все как один — накачанные стероидами садисты), начинают добросовестно разучивать подачи.
То, что в тюрьме все увлекаются американским футболом, не удивительно; удивительно скорее, что кто-то всерьез занимается этой игрой вне пенитенциарных учреждений; это, впрочем, к делу не относится. «Все или ничего» принадлежит к полуисчезнувшему виду тюремных фильмов, дававшему такие замечательные плоды, как «Хладнокровный Люк» в 60-е, «Тюряга» в 80-е или собственно «Самый длинный ярд» Роберта Олдрича, легший в основу этой картины, в 70-е. Берт Рейнольдс, игравший Крю в оригинале, теперь изображает старого заключенного-тренера, как бы олицетворяя преемственность поколений, — на деле, правда, он олицетворяет скорее неудовлетворительное состояние банковских счетов у голливудских пенсионеров. Конфликт человека и системы — неизменный стержень тюремных фильмов — в данном случае подан впроброс: Сэндлер, может, и неплохой артист, как теперь принято считать, но выдавливать из его верблюжьей физиономии какую-то внутреннюю борьбу и твердость характера было бы уже явным перебором. Поэтому берут фактурой: вот здоровый заключенный, а вот еще более здоровый, а вот просто здоровенный. Субтильный Крис Рок отвечает за шутки про чернокожих, остальные — за шутки про гениталии. Не то чтобы все это было совсем уж постыдно, но каждый, кто в детстве видел если не Рейнольдса в его лучшей форме, то по крайней мере Сталлоне, которого втаптывают в грязь тюремные регбисты, вряд ли найдет во «Все или ничего» хоть чего-то.