

Тем, кто приходил на утреннюю перекличку без яиц, отрубали голову. Куры жили на ферме в постоянном страхе смерти, и только поджарая Пеструшка то и дело норовила пролезть под стальную проволоку ограды и сбежать на свободу, за что большую часть времени томилась в одиночном карцере. На ее счастье в курятник прямо с неба свалился летающий американский петух Рокки, и свободолюбивая наседка задумала с его помощью освободить всех своих товарок. Полнометражный пластилиновый мультфильм — пародия на фильмы о концлагерях. В первую очередь, на голливудскую классику «Концлагерь №17» и «Большой побег», хотя современный зритель скорее увидит аналогии с комедией Роберто Бениньи «Жизнь прекрасна». Тема концлагерей позволила ехидным британским мультипликаторам выйти со своей нестандартной сказкой на Стивена Спилберга, и тот со свойственным ему напором нувориша раскрутил культовый, в принципе, фильм до статуса международного хита для семейного просмотра. Но народ не зря сочинил мудрость «Всяк сверчок знай свой шесток», вполне применимую и к курам. Режиссер Ник Парк создал в 90-е серию жанровых пластилиновых короткометражек о недотепе Волласе и его псе Громите, где в сжатой форме отыграл приемы фантастического фильма («Большие каникулы»), детектива («Неправильные штаны») и триллера («Тщательное брить»). Он стал любимцем завсегдатаев Музея кино. Его вклад в анализ киноязыка сравним по значению со вкладом Годара. Его новых короткометражек синематеки всего мира дожидаются как манны небесной. Но как Годар немыслим в качестве постановщика «Списка Шиндлера», так Парк оказался неудобоварим в полнометражном формате. О киноязыке забыто; фильм — насквозь разговорный, держится на диалогах кур, слепленных по единому шаблону и неотличимых друг от друга. По сравнению с короткометражками о Волласе и Громите, полуторачасовой «Побег» кажется бесформенным куском пластилина, расплавленным в доменной печи голливудского концлагеря.