Отрицательные отзывы о фильме «Клуб Shortbus»

В игрушечном Нью-Йорке, испытывающем проблемы с электроснабжением, китаянка София (Сук Йин) страдает оттого, что ни разу в жизни не испытывала оргазма, притом что счастлива в браке и работает секс-терапевтом. Садомазо-госпожа Северин (Бимиш), скрывающая свое настоящее имя — Дженнифер Энистон, охаживает плеткой каких-то сопляков, а мечтает о простом женском счастье. Гей Джейми (Доусон), в детстве пересмотревший «Мой личный штат Айдахо», чувствует безысходность в отношениях со своим другом — геем Джейми (ДеБой). Все они встречаются в клубе Shortbus, где такие же мятежные души еженощно предаются свальному греху.

Не хочется впадать в запрограммированную сенсационность, но все же следует предупредить читателя, что в России на широком экране такого, пожалуй, не показывали никогда: по тактико-техническим характеристикам «Shortbus» однозначно попадает в категорию порно. Другое дело, что порнография призвана возбуждать, данный фильм же воздействует прямо противоположным образом — вероятно, это называется «решением художественных задач»; так или иначе, на первых минутах среди прочего Джейми не без успеха делает минет самому себе. Тому, кто ищет дополнительного предубеждения, рекомендую посмотреть где-нибудь на физиономию режиссера Митчелла (который гордится, что актеры на съемках все делали по-настоящему). Ну а если по существу, то перед нами достаточно традиционная трагикомедия на тему сексуальных фрустраций, с почти архаическим уже построением сюжета из нескольких как бы случайно пересекающихся историй. «Shortbus» толкует разумные, если и никак не тянущие на откровение мысли. Что секс — механизм не столько сближения, сколько отчуждения. Что вуайеризм — это уже участие. Что половой акт — это обязательно трое — и так далее. В общем-то, и бог с ним, полезно обо всем этом подумать. Другой вопрос, что в стремлении к наглядности Митчелл последнюю, например, идею иллюстрирует длинным эпизодом с участием трех молодцов — и при всем уважении к режиссерской концепции я не могу придумать ни единой причины, по которой я должен на это смотреть.