Выставки Москвы

Выставка Аркадий Петров, Санкт-Петербург
Мраморный дворец, 6 февраля – 24 марта 2008, Санкт-Петербург

0

Место проведения

Мраморный дворец

Мраморный дворец

8.1
Искусство последних десятилетий под эгидой Русского музея
Во дворце, спроектированном классицистом Антонио Ринальди для фаворита Екатерины II графа Орлова, сегодня Русский музей делает свои выставки искусства конца XX — начала XXI века. Конечно, здесь можно разглядеть исторические интерьеры с наборным паркетом и витиеватой лепниной, но часть залов — это белый куб, где выигрышно смотрятся живопись Роя Лихтенштейна, Ильи Кабакова или скульптуры Класа Ольдернбурга и Гриши Брускина. Почти все они появились здесь благодаря коллекционерам Петеру и Ирене Людвиг: в 1994-м они подарили часть своего собрания Русскому музею.
телефон+7 (812) 595 42 48
адрес
ценаВход 100–300 р., для детей до 16 лет вход свободный
официальный сайт
входит в сетьРусский музей

Галерея

Рецензия «Афиши» на выставку

Фото Константин Агунович
отзывы:
786
оценок:
173
рейтинг:
1020
7

Из каталога явствует, что за дипломную работу в Суриковском институте в 1969 году (картина «Шахтеры. Смена», мастерская Цыплакова В.Г.) Петров получил три с минусом. Был аттестован, то есть, но по низшему разряду. Художник, то есть, — но еле-еле. Как будто даже демонстративная оценка. Ниже плинтуса. Скажут, оценка не важна, — возражу: не вся ли петровская манера поведения потом — следствие той тройки с минусом?

Памятуя, как оценка складывается из двух — за содержание, грубо говоря, и за форму, — любопытно понять, что не пошло у Петрова с самого начала. В отношении идеи все в порядке: шахтеры, поэзия труда… То есть это надо было та-а-ак нарисовать этих шахтеров… Но тут преподаватель не должен был позволить — Виктор Григорьевич Цыплаков. Крупный мастер, выдающийся автор ленинианы и сталинианы, с одной стороны. С другой, автор одной из первых выставок голой натуры после смерти Сталина — так и писали в докладной записке аж в ЦК о выставке Цыплакова: «Бездумные обывательские этюды в неряшливой манере дешевого артистизма; впервые за последние годы экспонированы картины с изображением обнаженных женщин в вульгарных позах», — и в той же записке объясняли, почему пьет художник Цыплаков — с горя пьет. Нечего рисовать ему, деревенский пейзаж испорчен телеграфными столбами, нет правды в искусстве… Человек с таким чувством правды не мог бы подвести Петрова.

Как бы то ни было, Суриковский институт закончен, Петров свободен. «Свободен» — это мы возьмем в кавычки сразу.

Петров нынешний. Он наделен изрядной протеичностью и меняется с регулярностью раз в сезон примерно: съездит в деревню, вернется — и совсем другой Петров. Даже кисть иначе держит и будто краски в другом месте берет; если несколько сезонов не последишь за Петровым, то не узнать ни за что. Разве если кто-то пояснит, это ж Петров, — тогда все немедленно станет на место: ах да, Петров, ну точно. Мрачновато-сюрреалистические уродцы — не то какие-то мультики-страшилки, не то прямо карикатуры; всякий раз по-новому головогрудые карлики — не то творчество душевнобольных, не то действительно самородков-примитивистов, под которых всегда работал Петров. Он всякий раз варьирует изуродованность, но в ущербности его персонажей никто сомневаться не станет — да, это Петров, несомненно, кто б еще.

При всей протеичности облика что-то в Петрове такое есть, что не меняется в зависимости от сезона, от общих веяний — сколько этих веяний можно было бы насчитать в хороший петровский сезон? Во второй половине 80-х особенно, когда он был и Кабаков немножко, и Пивоваров, и даже Ростислав Лебедев как будто или Эдуард Гороховский, и даже не то Булатов, не то Файбисович, а еще Гриша Брускин и Леня Пурыгин. Тут же возразят, что Брускин с Пурыгиным — веяния обратные, что они как раз петровские инспирации, но ведь это нам и не важно, кто на кого повлиял, я не делиться сейчас призываю и не уличать троечника с минусом и списывальщика. Это не так интересно, как само мелькание разнообразных Петровых во второй половине 80-х, когда он, державшийся особняком, примеривался со всеми на корабль современности. Надо вспомнить общий фон — перестройка, то-се; портрет Аллы Пугачевой в трусах и лифчике, в формате, как сейчас определили бы, объявления в разделе «Знакомства» (певица полулежа, указаны параметры и телефончик; картина производила прямо фурор, считалось, что это о-го-го; то ли дело сейчас). Петров тогда стал резко популярен, Петрова взяли на первый русский Sotheby’s; Брускин продался чуть не в сто раз дороже, допустим, но это все равно… Впереди маячили кисельные берега, и опытный семидесятник в общей ажитации, видимо, на какой-то момент решил, что все действительно закончилось. Что можно, наконец, уйти от себя.

Уйти от картины «Шахтеры. Смена» — не только в смысле изображения трудового пафоса, но и самого этого мира, уродского и невыносимого — хоть невыносимого, а вынашиваемого снова и снова в виде обывательского китча, жанра открыточек и кружавчиков, так щедро эксплуатированных классическим Петровым конца 70–80-х; нет-нет, надо уйти вообще от этих шахтеров, от жизни этой, где родился, учился и, кажется, подохну; от невыносимой тоски, что завтра будет то, что и вчера. Тут принципиальная разница между наивом, с которым Петров работал в свой теперь уже классический период, и тем подражанием наиву: из настоящего наива никогда не хотелось бы бежать. Наивный художник всегда изображает некий рай — рисует, потому что хочет увидеть; имитация Петровым рая не рай изображала, а сублимированный — прикрытый кружавчиками и прочим — ад. И тут минусов не хватит, чтобы описать, куда мы погружаемся; что такое шахтерский поселок, в самом деле, если не преддверие ада? Босхианский, отнюдь не наивно-трогательный примитивизм классического Петрова: в нем он, допустим, тоже не был оригинален — семидесятые, Босх, сюр, обычное дело, — но мы не станем совсем придираться к Петрову; свою тройку с минусом, если речь о живописи, не о ее трагичном содержании — сбежать все же не удалось, — свою тройку по живописи он отрабатывает до сих пор.

Отзывы пользователей о выставке «Аркадий Петров»

Фото Роман Ос(ь)минкин
отзывы:
56
оценок:
58
рейтинг:
13
5

Аркадий Петров.
Художник из 70-х, но находящийся вне эстетики соц-арта (в смысле концептуального использования идеологических клише), а рассматривающий болезненную мутацию традиционного архетипа человека из русской провинции в продукт коммунистического проекта "homo soveticus".
Это кич, но не безличный, а кич как особый способ передачи шизоидной раздвоенности обыденного сознания русского человека, вышедшего из фольклорной среды, но так и не вошедшего в городскую.
Примитивность и грубость форм, намеренная (намереная ли) безыскусность и лубочная наивность, вкупе с соцреалистическими "знаками" своего времени (сталинские открытки, портрет Пугачёвой) создают своего рода "народный эпос" - портрет советской провинциальной действительности середины ХХ века.

Встречайте новую «Афишу» Рассказываем о всех нововведениях Afisha.ru

Встречайте
новую «Афишу»

Ежедневно мы собираем главные городские
развлечения и рассказываем о них вам.

  • Что нового:

    В ба­зе «Афи­ши» сот­ни
    событий: спек­таклей, фильмов,
    выс­тавок и мы помогаем
    выбирать лучшие из них.

  • Что нового:

    У каждого события есть
    короткий приговор, помогающий определиться с выбором.

  • Что нового:

    Теперь найти сеансы в 3D
    или на языке оригинала
    с субтитрами еще проще.

  • Что нового:

    Не стойте в очереди,
    покупайте билеты онлайн!

  • Надеемся,
    вам понравится!

    Продолжить