Москва
  • Москва
  • Санкт-Петербург
  • Абакан
  • Азов
  • Альметьевск
  • Анапа
  • Ангарск
  • Арзамас
  • Армавир
  • Артем
  • Архангельск
  • Астрахань
  • Ачинск
  • Балаково
  • Балашиха
  • Барнаул
  • Батайск
  • Белгород
  • Белорецк
  • Белореченск
  • Бердск
  • Березники
  • Бийск
  • Благовещенск
  • Братск
  • Брянск
  • Бугульма
  • Бугуруслан
  • Бузулук
  • Великий Новгород
  • Верхняя Пышма
  • Видное
  • Владивосток
  • Владикавказ
  • Владимир
  • Волгоград
  • Волгодонск
  • Волжский
  • Вологда
  • Вольск
  • Воронеж
  • Воскресенск
  • Всеволожск
  • Выборг
  • Гатчина
  • Геленджик
  • Горно-Алтайск
  • Грозный
  • Дербент
  • Дзержинск
  • Димитровград
  • Дмитров
  • Долгопрудный
  • Домодедово
  • Дубна
  • Екатеринбург
  • Елец
  • Ессентуки
  • Железногорск
  • Жуковский
  • Зарайск
  • Звенигород
  • Зеленоград
  • Златоуст
  • Иваново
  • Ивантеевка
  • Ижевск
  • Иркутск
  • Искитим
  • Истра
  • Йошкар-Ола
  • Казань
  • Калининград
  • Калуга
  • Каменск-Уральский
  • Камышин
  • Каспийск
  • Кемерово
  • Кириши
  • Киров
  • Кисловодск
  • Клин
  • Клинцы
  • Ковров
  • Коломна
  • Колпино
  • Комсомольск-на-Амуре
  • Копейск
  • Королев
  • Кострома
  • Красногорск
  • Краснодар
  • Краснознаменск
  • Красноярск
  • Кронштадт
  • Кстово
  • Кубинка
  • Кузнецк
  • Курган
  • Курск
  • Лесной
  • Лесной Городок
  • Липецк
  • Лобня
  • Лодейное Поле
  • Ломоносов
  • Луховицы
  • Лысьва
  • Лыткарино
  • Люберцы
  • Магадан
  • Магнитогорск
  • Майкоп
  • Махачкала
  • Миасс
  • Можайск
  • Московский
  • Мурманск
  • Мытищи
  • Набережные Челны
  • Назрань
  • Нальчик
  • Наро-Фоминск
  • Находка
  • Невинномысск
  • Нефтеюганск
  • Нижневартовск
  • Нижнекамск
  • Нижний Новгород
  • Нижний Тагил
  • Новоалтайск
  • Новокузнецк
  • Новокуйбышевск
  • Новомосковск
  • Новороссийск
  • Новосибирск
  • Новоуральск
  • Новочебоксарск
  • Новошахтинск
  • Новый Уренгой
  • Ногинск
  • Норильск
  • Ноябрьск
  • Нягань
  • Обнинск
  • Одинцово
  • Озерск
  • Озеры
  • Октябрьский
  • Омск
  • Орел
  • Оренбург
  • Орехово-Зуево
  • Орск
  • Павлово
  • Павловский Посад
  • Пенза
  • Первоуральск
  • Пермь
  • Петергоф
  • Петрозаводск
  • Петропавловск-Камчатский
  • Подольск
  • Прокопьевск
  • Псков
  • Пушкин
  • Пятигорск
  • Раменское
  • Ревда
  • Реутов
  • Ростов-на-Дону
  • Рубцовск
  • Руза
  • Рыбинск
  • Рязань
  • Салават
  • Самара
  • Саранск
  • Саратов
  • Севастополь
  • Северодвинск
  • Северск
  • Сергиев Посад
  • Серпухов
  • Сестрорецк
  • Симферополь
  • Смоленск
  • Сокол
  • Солнечногорск
  • Сосновый Бор
  • Сочи
  • Спасск-Дальний
  • Ставрополь
  • Старый Оскол
  • Стерлитамак
  • Ступино
  • Сургут
  • Сызрань
  • Сыктывкар
  • Таганрог
  • Тамбов
  • Тверь
  • Тихвин
  • Тольятти
  • Томск
  • Туапсе
  • Тула
  • Тюмень
  • Улан-Удэ
  • Ульяновск
  • Уссурийск
  • Уфа
  • Феодосия
  • Фрязино
  • Хабаровск
  • Ханты-Мансийск
  • Химки
  • Чебоксары
  • Челябинск
  • Череповец
  • Черкесск
  • Чехов
  • Чита
  • Шахты
  • Щелково
  • Электросталь
  • Элиста
  • Энгельс
  • Южно-Сахалинск
  • Якутск
  • Ялта
  • Ярославль

Книга
Чуден Рейн при тихой погоде. Новые разыскания

Книги
Максим Соколов
2003

Средняя оценка: 2 из 5

Голосов: 1

Проголосовать
Чуден Рейн при тихой погоде. Новые разыскания

Рецензия «Афиши»

Оценка: 2 из 5
Спасибо! 1
Лев Данилкин

1208 рецензий · 1141 оценка · 2561 спасибо

«В свободное от фондовых мероприятий время русские, сойдясь за душистым иоганнсбиттером, никем не понуждаемые, отдавались вполне поучительным беседам — тем более поучительным, что дивное благорастворение воздухов, гигиеническое действие рейнвейна и дружное недостаточное понимание целеполагания, движущее хозяевами мероприятия, способствовали тому…» — Максим Соколов описывает воображаемые события, происходившие в долине Рейна в 2003 году. Несколько неразборчиво, но таков уж этот... Показать полностью

«В свободное от фондовых мероприятий время русские, сойдясь за душистым иоганнсбиттером, никем не понуждаемые, отдавались вполне поучительным беседам — тем более поучительным, что дивное благорастворение воздухов, гигиеническое действие рейнвейна и дружное недостаточное понимание целеполагания, движущее хозяевами мероприятия, способствовали тому…» — Максим Соколов описывает воображаемые события, происходившие в долине Рейна в 2003 году. Несколько неразборчиво, но таков уж этот автор — отец новейшей российской истории, тяжелая артиллерия ОРТ, колумнист и фельетонист «Известий», идеолог правых сил, евро-ориентированный почвенник, человек артистической, будто сейчас из гримерки Малого театра, наружности. В 1999 году свет увидели первые два тома его «Поэтических воззрений россиян на историю» — сборник статей и дневников, коллекция окончательных приговоров всем участникам политической жизни 90-х годов. В 2003 пришла пора подытожить опыт еще одного четырехлетия — и проект продолжился.

Том третий — однако! — укомплектован не одними статьями, но и небывалым, курьезным сочинением «Чуден Рейн при тихой погоде», откуда и взята цитата. Это еще не роман, но уже отчасти художественное произведение. Семеро персонажей, названных по их социальным амплуа (Патриот, Купец, Бюрократ и т.д.), собравшись в уютном прирейнском местечке, беседуют на протяжении пяти вечеров о русской национальной идеологии. Пожалуй, можно было бы назвать «Рейн» политологической опереттой, если бы не возникало ненужной отсылки к роману-опере Д.Быкова «Орфография». Пусть будут просто «беллетризованные диалоги». Сам автор, нимало не скрывшийся за псевдонимом Собеседник, применяет для обозначения реплик своих кукольных персонажей термин «благопотребное многоглаголание»; может, благопотребное, но чертовски мудреное: разобрать, о чем они толкуют, из-за архаичного синтаксиса и обилия иностранных цитат непросто. Чтобы проникнуть в смысл некоторых пассажей, лучше сначала ознакомиться с корпусом статей 1999-2003 годов (более сотни) — речь там идет о том же самом, но латинские и немецкие изречения переведены и автор более сдержан в искусственном состаривании своей речи.

Оставляя в стороне вопросы о том, насколько правильны идеи Максима Соколова (не будучи экспертом в этой области, я не могу их верифицировать), сделаем все же два замечания. Странно: почему вдруг Максим Соколов обратился для изложения своего манифеста к такому курьезному жанру — диалогам? Странно: почему его тексты — как диалоги, так и оформленные в режиме монолога историософские загогулины — по-прежнему производя впечатление искусных литературных опытов, перестали быть убедительны? Почему раньше, после прочтения разумного, прельстительного и велеречивого МС, ноги сами несли тебя на избирательный участок — метить галками список СПС, а теперь, напротив, именно оттуда и хочется нести их куда подальше. Не верится, ни во что не верится — ни в то, что по империи тоскуют только дураки и бездельники, ни в то, что для процветания России надо всего лишь шуруп завинчивать отверткой, а не кувалдой, ни в независимость от импорта как средство Макропулоса для России. Вот оно, главное ощущение от третьего тома: винт свинтился.

Дело не в иссякании литературного мастерства и таланта МС. Он по-прежнему обволакивает цитатами из Козьмы Пруткова, припечатывает остроумными изречениями Сенеки, улещивает платон-каратаевскими фольклорными премудростями. Его тексты — чавкающая, жирная лингвистическая жижа, в которой можно целую танковую дивизию растворить в литературных афоризмах и исторических прецедентах. Можно — но объекты, возникшие после 1999 года, почему-то выезжают из этого болота невредимыми.

Максим Соколов умудрился не заметить роковых для своего метода изменений в самой природе реальности. В ельцинское десятилетие, чтобы бичевать национальные несуразности (пьющий президент, вороватый мэр, чиновник-взяточник), достаточно было воплощать в себе здравый смысл. Голос этого здравого смысла МС синтезировал из классической отечественной литературы, известных исторических прецедентов и фольклора. Миссия этого голоса была бичевать глупость и одновременно «позиционировать россиянина в отечественной и мировой истории». С этим классический дискурс справлялся на раз — не было такой политической фигуры, которую бы МС не мог положить лицом в грязь с руками за спиной, расклассифицировав ее предварительно по полочкам.

В последние четыре года, отчасти благодаря деятельности уважаемого МС, обстоятельства изменились: откровенных нелепостей стало меньше, зато с западных границ надвинулись в Россию совсем другие — иной природы, нежели несуны и взяточники — явления. Главной темой третьего тома стали не столько внутренние дела, сколько отношения с Западом, но Максим Соколов не справляется с этими новыми отношениями.

Дело в том, что с помощью Козьмы Пруткова и Платона Каратаева можно растолковать читателю комическое скудоумие Черномырдина, но нельзя объяснить покемонов, Мэрилина Мэнсона, логотип «Адидас» и телепузиков — а мир, в который интегрировалась Россия в последние годы, состоит по большей части из покемонов и Мэрилина Мэнсона. Разумеется, покемоны были и до 1999 года, но тогда было как бы не до них. Ельцинская эпоха хорошо вписывалась в национальный архаический дискурс, так искусно практикуемый Максимом Соколовым, — нынешняя политика транснациональна. Пушкинский здравый смысл не может объяснить новый, глобализованный мир, в котором невыгодно производить прокатную сталь и выгодно штамповать Мэрилинов Мэнсонов. Любезного Максиму Соколову россиянина больше нет — у русского человека в голове покемон (не просто игрушка), а в руке гамбургер (не просто бутерброд). Российского покемоновладельца нельзя позиционировать в истории — его можно позиционировать разве что в медиапространстве, где-то посередине между телепузиками и Джорджем Бушем.

Так речи Максима Соколова потеряли убедительность: ресурс классического дискурса исчерпался, риторический аппарат девальвировался. Объекты, вторгающиеся в жизнь из западного мира, не поддаются его дискурсивному укрощению.

Слишком честный, слишком здравомыслящий, искренне презирающий все фантомы нового мира МС более не может являться российским Нестором — адекватным летописцем эпохи. Он хорошо разбирается с прошлым, но плохо видит будущее: для политолога изъян непростительный. Вложив Максиму Соколову в руку черную метку с черепом и надписью «Низложен!», одновременно поклонимся ему. Он ведь в самом деле много чего сделал, да и, как бы то ни было, литератор — будь здоров. Прочтя подряд несколько сотен страниц нового Максима Соколова, хочется выразиться о нем в манере неистового пионера Вольки Костылькова, который в сердцах называет своего друга Старика Хоттабыча балдой. И тут же, как Волька, устыдиться и объяснить, что «балда» — это на самом деле мудрец, сделав таким образом возможным оксюморонное обращение «достопочтенный балда».

Именно так — по-костыльковски — я бы охарактеризовал автора этого тома. С искренним уважением.

Скрыть

Отзывы пользователей

Сюда пока никто не добрался. Оставьте свою рецензию и станьте первым!

Итоги года Читатели «Афиши» выбирают лучшие фильмы 2017 года

Масштабные игры для больших команд

Космический квест, который точно понравится детям

Квест Морфий

Мир сновидений с элементами перформанса

Игровые площадки для лучшего торжества

Режиссеры-дебютанты, добравшиеся до проката благодаря программе «Каро.Арт», проходят анкетирование...

Шесть героев «Афиши Daily» отправились во Vnukovo Outlet Village, чтобы поиграть в «Сикрет Санту» ...

Слово водорослям, Собчак в красном и «шутки с бородой» от Путина — о чем писали в твиттере...

Музеи, которые рассказывают о жизни писателей и поэтов, пингвине и белых медведях, которые жили в...