Москва
«Т-34» и «Текст. Реальность»: чем отличаются расширенные версии фильмов от их кинотеатральных релизов
На видеосервисе «Start» вышел сериал «Текст. Реальность» — расширенная и дополненная версия фильма Клима Шипенко. Немного раньше появилась трехчасовая режиссерская версия другого хита с Александром Петровым — «Т-34». «Афиша» посмотрела их и попыталась разобраться, стоят ли они потраченного времени (весьма внушительного), а также выбрала оптимальную дозу Петрова — 3 или 5 часов?
Арсений Омельченко
22 июля 2020

«Т-34»

Про что это?

В 1944 году вермахт решает подготовить новое поколение танкистов, способных дать отпор наступающим силам СССР. Для этого из пленных русских набирают элитный экипаж и дают им в распоряжение новейший трофейный Т-34–85, чтобы они показали новобранцам, с чем им придется иметь дело. Но команда во главе с лейтенантом Ивушкиным (Александр Петров) совершает дерзкий побег с полигона и отправляется в опасный путь на танке через всю Германию.

 

Что добавили?

В сравнении с оригиналом расширенная версия фильма идет дольше на 45 минут — в итоге два с небольшим часа превратились в трехчасовое полотно, состоящее из двух серий (экватор между эпизодами пролегает на моменте принятия судьбоносного решения: бежать на танке). Такой телеформат неслучаен: впервые «режиссерку» показали на канале «Россия 1» к 9 Мая. Однако, вопреки опасениям, патриотического апломба в фильме почти не прибавилось. Весь его подали в одной сцене, когда русские танкисты останавливаются в городе Веймаре для милого домашнего грабежа, ну или лутинга (причем помимо еды, выпивки и извечного трофея советского человека — одежды, в танк тащат даже изображение Богоматери, которое потом в разгар боя используют по прямому религиозному назначению). От увиденного (и, возможно, выпитого) у лейтенанта Ивушкина (а может, и у самого актера Александра Петрова, увлекающегося поэзией) просыпается детское желание залезть куда-нибудь повыше (здесь подвернулся танк) и прочитать стишок.

На фоне любимого туристами памятника Шиллеру и Гете танкист воспроизводит строки последнего на языке оригинала (позже он пояснит, что выучил их когда-то на спор), а затем уже на русском, при помощи переводчицы, отчитывает мирных немцев за то, что они порочат великую культуру, сотрудничая с фашистами. Веймар, конечно, выбран неспроста: это не только колыбель немецкого просвещения, но и символ Веймарской республики — короткого межвоенного периода, на смену которому пришла власть фюрера. К сожалению, неглупую аллюзию рушит топорность самой сцены, в которой декламацию Петрова (помимо пафосной музыки) решили усилить набившими оскомину кадрами военной хроники. Они окончательно режут художественную ткань фильма, оголяя задник провинциального Дня Победы. К счастью, с дополнительной патетикой на этом почти все. Имя генералиссимуса в фильме по-прежнему звучит лишь однажды, и то в полуиздевательской фразе «да я ж тебя, как Сталина, ждал» от сурового капитана Корина (быковского «Дурака» в забинтованном Артеме Быстрове здесь просто узнать). С его образа, кстати, и начинается расхождение с оригиналом: благодаря всего паре новых сцен становится ясно, что ни Ивушкин, ни его новый экипаж не торопятся получать посмертные ордена. А на погибель — прикрывать отступление и затыкать дырку в обороне Москвы — их посылает тот самый капитан.

Весь первый бой за деревню Нефедовку перемежается сценами неторопливых сборов штаба с диалогами вроде «Минометы. Ну все, Миша, хана. — Еще побарахтается!», а также слезами спасенного Ивушкиным молодого солдата Тетерина (Семен Трескунов), которого тот не взял к себе в танк, доверив вместо этого перед боем письмо-треугольник для матери. С учетом боевой обстановки строчка «Громим фрицев так, что пух летит» — наверняка последняя — звучит особенно пронзительно. Так что и без того круто сделанная боевая двадцатиминутка в обновленном варианте получила дополнительное измерение и привкус правдивой военной горечи.

Помимо этого больше внимания в режиссерской версии уделили и самим танкистам. Несложные портреты дополнили парой-тройкой характерных биографических штрихов, а в сцены лагерной жизни добавили чуть больше пороха в отношения. К примеру, из разговоров заключенных мы узнаем, что герой Петрова из-за одержимости побегом уже превратился в живую легенду. Что, впрочем, не мешает местным, как только они узнают о его сотрудничестве со штандартенфюрером Ягером, едва не придушить его ночью подушкой: спасает только Василенок (Виктор Добронравов), обещающий закончить дело, если Ивушкин толком ему все не объяснит. Свою историю в лагере получил и Ягер (Винценц Кифер), который в искреннем стремлении подготовить для Третьего рейха супертанкистов натыкается на косность и самодурство местной бюрократии, отчего к антагонисту начинаешь проникаться невольным сочувствием. Также в центральный конфликт фильма — между нацистом и его советским двойником Ивушкиным — решили добавить немного пикантности.


 

Подробности по теме

10 любимых фильмов актера Александра Петрова


Оказывается, Ягер тоже вовсю обхаживает переводчицу Анну (Ирина Старшенбаум) и даже предлагает ей пожениться, отчего та и решается на побег (для режиссерской версии фразу «Я лучше с тобой погибну, чем в плену жить буду» даже заменили на «…чем с ним жить буду»). Впрочем, выбирать Анне особенно и не приходится: ее союз с Ивушкиным заключен на небесах, на что недвусмысленно намекает образ героини, явившийся солдату в горящем танке после контузии — за несколько лет до их реальной встречи. Однако все эти штрихи не сильно расширяют границы роли Старшенбаум. В танке, как и в фильме в целом, Анна по-прежнему только пассажир, а режиссерская версия «Т-34» так и осталась классическим мужским кино.


Что поменялось?

Сразу бросается в глаза, что большинство нововведений пришлись на первую половину фильма. Это сбивает центр тяжести, и кино начинает ощутимо заваливаться. Доделанные и усиленные новыми связями и нюансами первые два часа смотрятся на одном дыхании. А вот оставшийся почти без изменений побег по картонной Германии выглядит еще более надуманным и комиксовым (представьте, что в «Безумном Максе: Дороге ярости» на погоню бы отвели последние полчаса). К тому же завершающее фильм сражение по драматизму и накалу теперь еще больше проигрывает похорошевшей открывающей битве в русской глуши, от которой во всех смыслах летят искры. Ну а финальный хеппи-энд на фоне возросшей жестокости и реализма фильма вызывает еще больше вопросов. Чтобы примириться с ним, лучше сразу представлять на месте нацистов имперских штурмовиков, а вместо Т-34 — шагающий танк.

«Текст. Реальность»

Про что это?

Молодой полицейский Хазин (Иван Янковский) во время рейда подкидывает студенту Илье Горюнову (Александр Петров) наркотики. После семи лет отсидки тот находит обидчика, чтобы «просто поговорить», но в драке случайно убивает его. В руках у Ильи оказывается телефон Хазина, и, чтобы выкроить несколько дней на побег, он поддерживает переписку с его друзьями и родственниками, постепенно все больше погружаясь в чужую жизнь.

 

Что добавили?

Совсем другое дело — новая сериальная версия «Текста» режиссера Клима Шипенко. Российская традиция делать многочасовые телеверсии кинотеатральных блокбастеров уходит корнями в начало нулевых, когда центральные телеканалы и их первые лица активно участвовали в создании и продвижении хитов отечественного проката. И теперь эту привычку (скорее вредную) у старших товарищей переняли и новые платформы. На видеосервисе Start вышла пятисерийная версия амбициозного триллера «Текст» по одноименному роману Дмитрия Глуховского, который в конце прошлого года немного затерялся в потоке, несмотря на мощное промо. Особенно на фоне вышедшего спустя всего пару месяцев «Холопа» — рекордсмена русской кассы, которого Шипенко, как известно, снимал одновременно с монтажом «Текста».

Писатель Глуховский в интервью признавался, что единственное, чего ему не хватило в образцовой экранизации, это снов главного героя. И расширенная версия вполне могла бы восполнить этот пробел — но не сложилось. Вообще, для раздутого более чем вдвое хронометража здесь на удивление мало нового контента. Обещанное «углубление» отношений Хазина (Иван Янковский) и Нины (Кристина Асмус) ограничивается единственной сценой их расставания — решенной довольно остроумно (герои, не слыша друг друга, записывают голосовые сообщения через запертую дверь), но при этом совершенно необязательной.

Также лишним выглядит и закрытие линии бывшего клиента Хазина — Гоши (Кирилл Нагиев): после просмотра скандальной сцены секса (которая не прибавила ни секунды, что, наверное, и к лучшему) Горюнов еще пару минут медитирует на клип Люси Чеботиной, а потом все же решает принять предложение Гоши покутить, но у дверей клуба натыкается на героя Нагиева, которого врачи выносят вперед ногами. Так зрителю в очередной раз напоминают, что наркотики — это плохо (понятненько?), а герой не только пытается чуть-чуть пожить, но и отнимает жизни у других (как будто многочисленных разговоров с мертвым Хазиным и матерью для этого недостаточно). В основном же то самое «расширение» в сериале происходит за счет радикально иного подхода к монтажу. В фильме Шипенко максимально спрессовал события, часто даже давая их внахлест: к примеру, телефонные разговоры или переписка шли параллельно с другими действиями героя. Здесь же каждое из них дано отдельно и подробно, а самые важные для сюжета фразы еще и отзываются многократным эхом во время долгих прогулок героя по улицам или поездок в метро, обозначая навязчивые мысли и тягостные рассуждения. Эти проходы Петрова в компании с камерой Андрея Иванова под неторопливую разряженную электронику и составляют добрую (или не очень) половину хронометража «Реальности» (например, первая прогулка — от колонии до дома с изредка всплывающими титрами — длится 13 минут).


Что поменялось?

При этом обвинять авторов в том, что они «гонят строку», нет никакого желания, ведь даже в таком расслабленном виде «Текст» остается талантливым, актуальным и едким (хотя и слегка запоздалым) высказыванием об окружающей нас реальности. И если двухчасовую версию можно было сравнить с хорошо отлаженным аттракционом, в котором мы переживали злоключения вместе с очередным кармическим двойником Раскольникова, то сериальный вариант — это скорее атмосферный квест с аниматорами (Петров и компания), который организаторы забыли вовремя остановить. Бежать рядом с героем легкой трусцой здесь не выйдет — придется продираться вместе с ним сквозь дебри русской жизни, набрав полные сапоги экзистенциальной тоски. Понравится такое сафари далеко не всем, хотя и у него, наверное, найдутся ценители.


 

Подробности по теме

8 хороших фильмов и сериалов с Александром Петровым (да, они есть!)


При этом в паре аспектов «Реальность» действительно все же уступает оригиналу. Во-первых, из-за высокого среднего темпа нарочные ритмические замедления (а их в фильме три — сцена убийства, диалог с призраком матери через дверь и финальный проход по квартире) выбивали из колеи и от того работали на зрителя еще круче. Здесь же они откровенно теряются на фоне остальных длиннот и затяжек. Во-вторых, за счет этого и других монтажных приемов у «Текста» действительно получалось на пару часов просмотра оторвать многих современников от своих смартфонов (приковав внимание к чужому), что дарило фильму дополнительный, почти перформативный эффект и сильное послевкусие. К сожалению, в «Реальности» этот эффект растерялся — и вы, скорее всего, обнаружите себя втыкающими в гаджет уже минуте на пятнадцатой, во время очередной пересадки героя с поезда на электричку.