Сериал «Два холма»: кринж-сатира против феминизма

START Studio

В недалеком будущем северокорейский вирус выкосил практически все мужское население Земли, кроме нескольких переболевших свинкой счастливцев. Без патриархального гнета женщины к 2140 году смогли построить ультрасовременное, этичное и безопасное общество. Его локомотив — высокотехнологичный город Два холма. Часть выживших мужчин превратились в «хранителей семени», а другая часть, не выдержав гнета матриархальной диктатуры, отправилась жить в одичавшую Москву.

Учительницу Раду (Пелагея Невзорова) тоталитарный комфорт Двух холмов заметно раздражает, но вместо действий девушка предпочитает стиснуть зубы. На школьной экскурсии в Москву, чтобы посмотреть на приматов — так толерантные жительницы Двух холмов называют «диких» мужчин, — Пелагею целует влюбившийся в нее Гера (Никита Кологривый). Передача слюны по необоюдному согласию запускает цепь взрывоопасных для двух обществ событий.

Реклама «Двух холмов» провокационно называет шоу «первым матриархальным сериалом» — высказывание, которое подпадает под статью о недобросовестной рекламе. Ничего матриархального в сериале нет, да и странно было ожидать агитации за нее от людей по имени Дмитрий Грибанов (режиссер) или Дмитрий Крепчук (один из четырех сценаристов-мужчин сериала). Авторы «Двух холмов» играются в центризм между надуманными представлениями о феминизме и патриархате. И закономерно оказываются в месте для всех людей, утверждающих, что они не за этих и не за тех, а за «здравый смысл», — тюрьме беззубого и трусоватого консерватизма. Вдобавок сериал настолько плохо написан, что его попытки шутить над «радикальными» мировоззрениями феминизма превращаются в сеанс саморазоблачения.

START Studio

«Два холма» вгрызается в консервативный юмор с жадностью резидентов Comedy Club. По умолчанию в этом нет ничего плохого — консервативный юмор может быть смешным, и вообще каждому свое. Однако юмор «Двух холмов» вызывающе ленив. Шуток в классическом понимании — с вводной частью и кульминацией — тут практически нет. Вместе этого авторы полагаются на главный прием сатиры — преувеличить явление, чтобы показать его внутреннюю абсурдность. Но даже тут сценаристы откровенно недорабатывают. В «Двух холмах» общество женщин будущего поклоняется Грете Тунберг — шутка настолько заезженная, что не вызывает даже раздражения. Авторы с таким энтузиазмом пересказывают все стереотипные шутки о феминизме, будто сами их только что придумали. Из-за этого временами сериал и вправду начинает вызывать смех, но смеешься не вместе с авторами, а над ними.

Чувство абсурда, в свою очередь, возникает не из-за сатирической гиперболизации, а из-за сбивающего с толку устройства мира сериала. Если женщины смогли построить высокотехнологичное общество будущего, то почему его представительницы — сплошь недалекие ЗОЖницы на выезде в парке «Зарядье»? Если в этом мире отказались от секса между людьми, то почему женщины бросают томные взгляды на немногочисленных мужиков? Если они не потеряли тягу к сексу, то почему никто не спит друг с другом? Если женщины перестали носить лифчики ради своего удобства, то почему камера снимает их так, будто для софткор-порно? Эти вопросы могут свести с ума во время просмотра, но ответ на них прост — «Два холма» сделаны с предельно мужской позиции. В подтверждение этому: в первые восемь эпизодов авторы успели несколько раз оголить артистку Пелагею Невзорову — без особенного смысла для сюжета, но явно на радость мужчинам среди зрителей.

START Studio

Мир будущего в сериале шит белыми нитками, сквозь которые просвечивают все авторские страхи перед прекрасной Россией победившего феминизма. В этом моменте «Два холма» превращаются из кринжевой комедии в занятный культурный артефакт, по которому в будущем можно будет изучать наше общество. Авторы сериала с явным недоверием относятся к предметам феминистской повестки — неприятию насилия, этичности, экологичности — и считают их потенциальным инструментом авторитаризма. Общество Двух холмов настолько ужасно, что отбирает у мужчин их самое священное право — право на секс с женщиной. Будет мало удивительного в том, если еще более радикально настроенные зрители увидят в «Двух холмах» не комедийную антиутопию, а просто антиутопию. Наверняка их жутко растрогает гуманистический момент сериала, где герои-мужчины защищают свою потребность на секс с женщинами.

Плоская сатира «Двух холмов» наверняка найдет фанатов среди людей, не переваривающих феминизм. И тем удивительней, что авторы стесняются высмеивать только матриархат. Ему противопоставлен дикий мир мужиков, сшитый из самых страшных вещей российских 1990-х: пьянства, насилия, беззакония, разрухи и Владимира Епифанцева (звезда запрещенного в России «Зеленого слоника» играет местного криминального босса). Авторы «Двух холмов» хотят спрятать свой консерватизм за понятное желание удержаться от крайностей. Однако попытка откровенно мошенническая: патриархат в сериале примитивен до скотства. На шкале между почти первобытной дикостью и сборником пыльных мемов о феминизме консервативная позиция кому-то и вправду может показаться золотой серединой.

Окей, феминизм — плохо, записали. Возможно, авторам есть что предложить взамен? В интервью они сами подсказывают скрепу — любовь. Этой святой простоте можно было бы даже умилиться, если бы не жанр: сатира, чьи стрелы преимущественно направлены в сторону феминизма, этичности и экологии. В стране, где декриминализировано домашнее насилие, а значительная часть граждан задыхается от пожаров и мусорных свалок, одной рукой критиковать условную Грету Тунберг, а второй поднимать на щит такое ненадежное и неоднородное явление, как любовь, — это все равно что прогонять от больного врачей, чтобы лечить его молитвой. По крайней мере, авторы могли бы придумать шутки получше и сатиру поострее, но их фантазию исчерпывающе демонстрирует уже название: под двумя холмами, если вы еще не поняли, подразумевается женская грудь.