


В городе Зверограде живет капибара Варвара. Она добрая, веселая, очень любопытная, но частенько забывает о правилах хорошего тона. Например, сегодня Варя толкнула черепаху и не извинилась, во время завтрака она чавкала и говорила с набитым ртом, а в кафе накричала на официантку Галечку. Но ее лучший друг ежик Тимка терпеливо объясняет: вежливость — не скучные правила, а волшебство… Для родителей в книге есть страничка советов от психолога. Подробнее
«Найти капибару Варвару в городе Зверограде очень просто.
Здесь все знали: сверни с главной улицы направо — и тут же увидишь небольшой зеленый домик с красной крышей. На его первом этаже — там, где на окне стоит горшок с фиалками, — и живет Варя.
Каждое утро она просыпается раньше всех.
Потянется, зевнет, посмотрит на своего мягкого круглого мишку Пузырика:
— Ну что, бежим в садик?
Вот и в это утро Варя повязала на шею свою любимую красную косынку в белый горошек и помчалась в садик.
Варя была добрая, веселая и очень-очень любопытная.
Только иногда... слишком спешила.
А когда спешишь — про хорошие манеры легко забываешь!
Сегодня Варя бежала особенно быстро.
Она боялась, что ей снова скажут: „Опять опоздала!“
И чтобы меньше нервничать, громко пела:
Расступитесь, тихоходцы!
Разойдитесь, мелкошагцы!
В садик мне попасть охотца,
Чтоб ни с кем там не ругаться!»

Трогательная и очень красочная история про собаку-потеряшку. Споки — очень милый и очень породистый пес. Он любит свою семью: Девочку, Папу и Маму, — только кота Мурзика не жалует, а больше всего любит гулять со своей Девочкой. Но однажды Споки убежал от хозяйки. Он ищет дорогу домой и понимает, что мир вокруг не такой страшный, а на помощь готовы прийти даже не самые любимые члены семьи. Подробнее
«На улице с деревянными домиками Споки замер.
„Мя-у-у-у-у“.
„Знакомое мяуканье“, — подумал он.
„Мя-у-у-у-у“.
Нет, такое „мяу“ Споки не мог перепутать ни с каким другим.
Завернув за угол, он увидел на заборе Мурзика, который вылизывал лапу. На улице было еще слишком сыро, поэтому кот решил сидеть на кривом заборе, а не на мокрой траве.
„Мя-у-у-у-у?“
Мурзик так посмотрел на него, что Споки стало стыдно. Раньше он никогда не был таким грязным и взъерошенным. А еще породистый пес... Эх...
Кот грациозно встал и пошел прочь по колышкам штакетника. Пройдя немного, он остановился, обернулся, снова нетерпеливо выдал: „Мя-у-у-у-у“ — и махнул хвостом.
Споки понял, что Мурзик ведет его к дому. На душе у него стало тепло. Как бы они друг к другу ни относились, все-таки они были семьей. Потеряйся Мурзик, все переживали бы, а Споки помогал бы его искать».

Знаменитая сказка Льюиса Кэрролла с объемными иллюстрациями. Под обложкой девять ярких разворотов и четыре красочные 3D-иллюстрации. В этом издании классический текст приведен в переводе Леонида Яхнина. Непосредственно на страницах книги сказка напечатана в сокращенном варианте, но внутри есть QR-код с полной аудиоверсией. Подробнее
«Алиса осторожно приблизилась к двери и постучала.
— Стучать нет никакого резона, — равнодушно сказал Болотный Лакей. — Первый резон тот, что я уже здесь, снаружи. А вот тебе и второй резон: они там так шумят, что никто тебя не услышит.
И верно: шум был ужасающий.
Она без стука открыла дверь и вошла.
И сразу попала в огромную кухню. Там клубами висел дым, хоть топор вешай. Посредине на трехногой табуретке восседала Герцогиня. На коленях она покачивала младенчика. У плиты стряпала Стряпуха. В громадном котле кипел, булькал и фыркал суп.
В ноздри Алисе ударил едкий запах перца, и она тут же стала чихать без остановки.
Но переперчен был не только суп, а, наверное, вся кухня, потому что чихали и Герцогиня, и ревущий малютка. Только Стряпуха не чихала. Да еще большущий кот с круглой, величиной с головку сыра головой.
— Извините... А почему ваш кот улыбается? — вежливо спросила она.
— Это Чеширский кот, поэтому он и улы... — начала Герцогиня и вдруг взвизгнула: — Поросенок! Лови! — крикнула вдруг Герцогиня и запустила в Алису младенчиком. — Попробуй его успокоить, если сможешь.
Алиса еле удерживала младенчика. Но она ловко скрутила его, схватив за правое ухо и левую то ли руку, то ли ногу, в общем торчалку. Завязанного узлом младенчика Алиса с трудом выволокла на улицу. Она уже представляла себе, как принесет младенчика домой, как… Алиса так и ахнула: у нее в руках был действительно поросенок!»

Каждую осень детям приходится буквально заново адаптироваться к школе. Рассказы Натальи Ремиш помогают детям и родителям преодолеть сложности без спешки и давления: справляться с тревогой, находить радость в семейных ритуалах и разговорах, которые сближают. Главные герои — Мира и Гоша — переживают на страницах книги свой первый учебный день после летних каникул. Подробнее
«В школе пахло свежей краской. Это был первый день после каникул. Здание недавно покрасили. К стенам уже можно было прикасаться, они высохли, но запах стоял очень сильный. Мира этот запах не любила. Он делал воздух густым, и от него немного кружилась голова. Мира вообще очень тонко чувствовала запахи и звуки. Если они были слишком сильные или громкие, ей становилось тяжело.
На переменах дети выходили во двор: бегали, гоняли мяч, просто стояли и болтали. Леша тоже был здесь. С ним у Миры сложилась своя история. В прошлом году они постоянно ссорились, учитель даже помогал им договориться. Леша мог разбежаться и запрыгнуть на Миру, когда она сидела на полу и играла. Просто так. Учительница его ругала, но ничего не помогало. Леша, кстати, обижал не только Миру. Он вроде бы играл, но при этом делал больно другим людям.
Мама объясняла Мире про Лешу:
— Тебе важно не терпеть, а жестко и уверенно ему говорить. Не бить, не толкать, но защищаться. Обязательно скажи: „Стоп, мне так не нравится. Мне больно. Не делай так“.
Сначала Мира не сильно верила, что это поможет. Но она доверяла маме и стала очень строго отвечать Леше, когда успевала его заметить. Если он подбегал сзади — ничего сделать было нельзя: она его просто не видела. Но когда Мира замечала, что он вот-вот подбежит, она выставляла руку вперед или очень жестко и строго говорила ему: „Стоп“. И в конце концов он перестал на нее нападать, хотя другим детям сильно мешал.
Мама объясняла Мире: „Бывают такие дети, которые не понимают, что у других людей есть границы. Они в этом не виноваты. Но и ты не должна терпеть. Поэтому ты молодец, у тебя все получается — продолжай себя защищать“.
В итоге Мира и Леша стали нормально общаться».

Неторопливая повесть о каникулах на морском побережье, в маленькой семейной гостинице, куда Карло приезжает с семьей каждое лето. Но в этом году все иначе: мама беременна, соседи раздражают, старые друзья не радуют, а новые вызывают незнакомое раньше чувство ревности. Несколько дней у моря перевернут его жизнь: Карло перерастет старые обиды, увидит кита и подарит прекрасное имя родившейся сестренке. Подробнее
«Между зонтами первых рядов Карло выглядывал море: прямая синяя полоска темнела, встречаясь с небом.
Мама сняла одежду и осталась в раздельном купальнике, показав всем вокруг огромный живот. Круглый и гладкий, того гляди лопнет. Даже пупок исчез, вместо него торчала какая-то кнопка.
Карло раньше не видел живот таким голым. Трогал, конечно, если сестренка пиналась, но чтобы голым!
И зачем мама достала его вот так, у всех на виду? Карло стало не по себе.
Мама, наоборот, держалась расслабленно, совсем как дома, и вскоре с ней поздоровались из-под соседних зонтов. Следом посыпались привычные вопросы: „Какой месяц?“, „Мальчик или девочка?“, „А имя уже придумали?“.
Нет, имя они не придумали. Папа хотел назвать дочь Лореданой, чтобы была как бабушка, но мама сказала, что это уже прошлый век. Ей нравились имена Азия и Ариэль, но, наверное, больше всего — Селена. Оно означало „Луна“.
Вот по-хорошему, пора было линять, пока не настал черед Карло, и тогда снова здравствуй шарманка про ревность... но мама велела намазаться кремом от солнца, не то сам не заметит, как сгорит на таком-то пекле.
Загребая ногами песок, рядом прошла троица жилистых ребят. Они долго разглядывали маму, потирая под носом подобие усов, и один сказал такое, от чего все трое заржали гиенами.
Усатый назвал маму китовым брюхом. У Карло сердце оборвалось.
На счастье, это услышал только он, мама увлеченно болтала с соседками по пляжу.
Хватит, сколько можно сидеть, он же в футболке! Зачем мазать плечи — и так не сгорят! Карло вскочил и помчался к морю.
Бежать пришлось быстро, виляя змейкой и собирая тени зонтов. Песок обжигал пятки, и только у самой морской кромки стал мокрым, прохладным.
Волны лениво катились на берег. Белые флажки безвольно болтались на вышке. В песке ковырялись малыши: все как один голышом, но в панамках. До самого волнореза из воды торчали головы и руки. Слышались визг, смех. Брызги летели отовсюду, как из бассейна. По ту сторону каменной насыпи не было ничего — ни души, ни белого паруса, только вода до самого горизонта.
— Эй, Карло! Ты приехал?
Карло обернулся. Навстречу уже бежали друзья c прошлых заездов: Кристиан, Мануэль, Франческо и остальные. Ноги, да и не только ноги... трусы, животы, плечи — все в песке. Наверное, после купания извалялись.
— Мы мяч погонять, ты с нами?
Ну конечно!
Ветерок принес с моря запах каникул».

Волшебник Запад узнал, что умер, лишь спустя сутки после смерти. Казалось бы, ничего страшного, вот только вместе с жизнью он лишился и магии. А без его заклинаний древний замок Селурдур рухнет уже к следующему полнолунию. Пока волшебник-призрак ищет себе преемника среди участников магического турнира, Фэй, дочь смотрителя замка, изо всех сил пытается удержать Селурдур от окончательного хаоса. Подробнее
«Волшебник Запад узнал, что умер, лишь через сутки после смерти.
Слуги в Селурдуре — его огромном волшебном замке — боялись сообщить ему об этом, а зеркал там не имелось. Даже серебряные ложки здесь покрывала мощная патина: самовлюбленный Запад страшился собственного отражения. Он способен был несколько дней подряд зачарованно любоваться складками одежды, ниспадающими с его статных плеч, и черными как ночь волосами — он сам изобрел для них эликсир под названием „Прочь, седина“. Гений, вот он кто! Благодаря другому его знаменитому снадобью — бальзаму „Застывалус“, — кожа волшебника оставалась упругой, словно шкура китенка. Да он, Запад, выглядит вдвое моложе, чем на самом деле! Нет, в четыре раза моложе! В десять! Вот так он и жил...
Когда страдаешь нарциссизмом, мучений не избежать.
Поэтому Запад давно решил положить конец, правда, не самовлюбленности, а зеркалам. „Расколочу все зеркала в Селурдуре и чудесно заживу!“
И вот он незаметно для самого себя превратился в призрака.
Рукава его длинной чародейской мантии прикрывали кисти рук, а ноги он сунул в тигротапки-скороходы так стремительно, что не успел заметить, что кожа на ступнях стала мертвенно-бледной. Завтракал Запад рассеянно и не заметил, как пережеванный кекс усыпал крошками кресло — позже их стряхнула горничная. Та же участь ждала и обед, а чай растекся по сиденью дымящейся лужицей. К этому моменту слуги в большинстве своем уже догадались о случившемся.
Гулкие коридоры Селурдура наполнились перешептываниями: горничные, лакеи и даже ожившие рыцарские доспехи делились друг с дружкой последней сплетней. Великий волшебник Запад умер, но скажи ему об этом, и он тебя в лесную живность превратит, а если ты — доспехи, то станешь заводным железным ежиком. Поэтому желающих не находилось».

Уютный английский городок среди зеленых холмов, маленький ресторанчик, где каждое утро варят кофе и пекут тыквенные булочки, и старинное семейное проклятие. Главная героиня, старшеклассница Аманда, и ее бабушка Лидия владеют ресторанчиком «Тыквенный фонарь» и ведут размеренную жизнь. После урагана бабушка исчезает, по городу ползут слухи об их бедовой семье, а в разбитом фонаре находится негаснущая свеча и загадочное фото. Аманда берется за расследование семейных тайн. Подробнее
«— Черт бы побрал этих Фелтрамов! — сокрушался комиссар полиции каждый раз, когда ему поступало заявление о пропаже очередного члена семьи Фелтрам.
Аманда Фелтрам была совсем маленькой, когда исчезла ее тетя Эбигейл. Но в память девочки навсегда врезалось, с какой снисходительностью и брезгливостью комиссар убеждал плачущую бабушку в том, что семнадцатилетняя Эбби сбежала с каким-нибудь байкером или другим плохим парнем. Якобы это было в ее духе.
Отец Аманды Логан Фелтрам потратил три года на то, чтобы отыскать если не саму сестру, то хотя бы ее след. Аманда помнила тот день, когда он судорожно собирал вещи, с горящими — нет, даже безумными! — глазами заявляя, что знает, где искать Эбби. В тот вечер Аманда видела отца в последний раз, а на следующий день у комиссара на столе уже лежало новое заявление о пропаже человека.
О пропаже человека из семьи Фелтрам.
Мама и бабушка не стали ждать и обратились в полицию сразу, как поняли, что он не вернется.
После того как Логан бесследно исчез, как и его младшая сестра Эбби, мама Аманды Сьюзан Фелтрам увезла дочь из Лостшира. Подальше от небольшого тихого городка, в котором родилась Аманда. Подальше от Лидии — ее бабушки. Подальше от слухов и сплетен о том, что семья Фелтрам проклята.
Аманда появилась на пороге закусочной спустя два года в сопровождении сотрудников опеки. По одному взгляду десятилетней девочки бабушка поняла, что произошло.
Сьюзан Фелтрам числилась пропавшей без вести.
Когда она не вернулась вечером с работы, Аманда решила, что маме в очередной раз поставили дежурство в больнице. Когда она не вернулась и на второй день, Аманду охватил страх. Такой же, как когда исчез ее отец. На третий день она подошла к учительнице в школе и попросила помочь обратиться в полицию.
Так Лидия Фелтрам без лишних вопросов взяла Аманду под опеку.
Все, что осталось у девочки, — это старый двухэтажный коттедж с мансардой и садом в Лостшире, закусочная «Тыквенный фонарь» да бабушка. Которая исчезнет спустя семь лет после того, как внучка появилась у ее двери.
Но Аманде еще только предстояло узнать об этом».

Официальное продолжение нашумевшего хоррор-рассказа «Зайчик» в новом комиксе. В третьей, завершающей части Василиса решается дать отпор порождениям тьмы, пока Кирилл блуждает в новом для него мире, полностью отрешившись от реальности. Сможет ли девушка разрушить древние чары, вернуть брата к жизни и подарить свободу тысячам душ, закованным первородным злом? Также читатели узнают, чем закончится история Оли и Антона Петровых. Подробнее