Физический визуальный «Плохой Театр Красоты» с недавнего времени уверенно занимает свое место в активной театральной жизни Петербурга. Представляя зрителю абсолютно разные работы, создатель и идейный вдохновитель «Плохого Театра Красоты» Илья Селецкий остается в рамках жанра театра – перформанса, часто используя эпатаж как систему самовыражения. Среднестатистическому зрителю, воспитанному на классической русской драме воспринимать визуальный физический театр как искусство довольно сложно. При всей свежести заявленного жанра в России Селецкий довольно легко обходится без привлечения пошлости и разврата в своих работах, вызывая тем самым уважение именитых критиков.

Аншлаги на последних показах театра доказали, что зритель с интересом идет на контакт, легко восполняя пробелы в данной тематике. «Плохой Театр Красоты» по полной эксплуатирует все то, что скрыто и спрятано в классическом современном театре. Селецкий воспевает то, чему предоставлена столь маленькая роль. У всех, кроме спектаклей Селецкого: музыка и свет тут идут наравне с актерами, предметы в пространстве спектаклей живут собственной абсурдной жизнью, а актеры являют собой уже не привычную отработку системы Станиславского. Каждый раз по-новому Илья Селецкий умеет удивить зрителя собственной находчивостью в плане действий. Он совершает на сцене именно то, чего зритель ждет меньше всего. Театр полного отсутствия логики - тут все же не перекликается с театром абсурда. Мысль и метафора режиссера здесь возложена не на реплики героев, а скорее на совесть зрителя, который используя всю физическую роскошь театрального пространства, исполнит решение задачи в уме.

Заменяя слова на жесты и выходки, «Плохому Театру Красоты» на деле гораздо легче вызвать реакцию зрителей, тем самым заставив их думать и сопереживать.

Одной из главных задач театра является обращение зрителя к теме вечной красоты. Для чего существует красота? «Красота, возведенная в абсолют, лежала в основе мира, искусства и театра...»

Илья Селецкий начинал свой творческий путь с живописи, работы со светом и шумом. Острая нехватка полноты пространства привела его к работе с театром – перформансом. В трехмерном пространстве Селецкий и «Плохой Театр Красоты» в полной мере, наконец, смог создать свое собственное место, в котором положено жить по его индивидуальным правилам.