Неровный, местами избыточный, с неоправданным количеством "фишек" фильм. Не всегда держит ритм, тратит такое количество энергии на макросъемку, песни, закадровый текст и тому подобное в начале, что когда приходит туда, где пора сказать о главном, кажется, что сказать уже и нечего, однако это не так.
Конечно, можно было бы, не особо задумываясь, назвать пятерку режиссеров, которые поставили бы эту историю интереснее. Но эти более интересные версии все равно относились бы к... Читать полностью

Когда кадры из фильма растащены на "юзерпики", а текст сценария используется как сборник тезисов при написании статей на данную тему, когда сцена убийства, снятая почти за десятилетие до расцвета эры убей-его-изобретательнее-фильмов, всплывает в сознании так же навязчиво, как воспоминание о собственных грехах, когда, наконец, Нортон -- титанический, а Ферлонг -- трогательный и мерзкий ровно как надо, забывается и меркнет целый ряд причин, по которым фильм оказывается,... Читать полностью

Странная штука: для фильма с женским составом, этот относится к женщинам недостаточно любовно. И даже не в том смысле, что сцена совместной рвоты не становится смешнее оттого, что нам это показывают (то, что это сближает, мы знаем и так). А в том, что ни один из характеров толком не проработан, хотя возможностей, казалось бы, пруд пруди.
Ну вот что стоило докрутить ручку подачи жизненности и абсурда, и сделать так, чтобы женщина с фригидным лицом оказалась бы не просто одинокой, а настоящей... Читать полностью

В героинях "Возвращения" есть все, что любят в женщинах: природное, неискоренимое жизнелюбие, легкий нрав, находчивость, умение прощать, и сиськи, разумеется.
Это какое-то совершенно народное, любому понятное кино про очень-очень простую жизнь, без оттенка маргинальности. Испания, как она есть, с дворами и соседями, с уборками на кладбище, вкуснющей едой, сплетнями и жестким соблюдением ритуалов. Чистые чувства -- гнев, грусть, радость.
Но хотя Крус с постоянно заплаканными... Читать полностью

Стив Бушеми в роли Стива Бушеми, Гандольфини в роли самого что ни на есть гандольфини, стандартно отличная Сарандон, Кристофер Уокен во второстепенной роли идиота, идиотично донельзя, местами очень смешно, под конец должно бы стать грустно, но, расстроиться уже не получится.
Посреди феерии нелепых ситуаций и непристойных монологов героиню Уинслет вдруг швыряют в озеро, и тут время замирает, зритель с разгона расшибается о невидимую стену, и становится понятно, что корсеты и турнюры, это было... Читать полностью

Очень средний детектив с научно-фантастическим уклоном, выпрямленным сюжетом, хорошими актерскими работами (в том смысле, что они все такие, как надо), промозглым, родным, Копенгагеном, обязательными микро-вставками из жизни коренных гренландцев, смешными кадрами лавины, снятой с экрана телевизора. Экранизация с изрядной долей сентиментальности ("Не было ночи, чтобы мне не снилось, что я ловлю его у земли").
Трудно сказать, почему все это уважение, актерское мастерство, умение... Читать полностью

Мультфильм, реабилитирующий одной сценой весь вред, который нанесли детству "Disney animation studios", "скармливая" детям и взрослым неоправданно оптимистичную, да и попросту лживую картину мира.
Натянутые и технически несовершенные разглагольствования о дружбе и соперничестве в первой части, бодрый экшн и выверенный ритм второй, и, наконец, полноценный отрицательный персонаж (никакого раскаянья, никакой трансформации) и фантастически страшная сцена в преддверии... Читать полностью

Если бы Хёг написал одну только «Смиллу и ее чувство снега», он все равно имел бы полное право считаться отличным автором. Первый роман был настолько превосходным и таким «завершенным», что чего-то подобного, или хотя бы равного, ожидать не приходилось.
Герои «Тишины» -- те же психотипы, что населяли Копенгаген с его пригородами и в предыдущих произведениях (занятно, что ни на табличках с именами на дверях, ни на кладбищах настоящего Копенгагена нет ни одной из... Читать полностью

Разочаровывает.
Фильм заявлен как мир, в котором "зеленое солнце реально", все эти два года работы, тонны макулатры эскизов, густонаселенность всевозможными сказочными созданиями с продуманными и прописанными историями, многоуровневый символизм, на удивление легкое проникновение фантастической реальности в бытовую, контраст садистской жестокости реального мира с условной жестокостью мира выдуманного, где умирать не больно, а убивать, возможно, и вовсе приятно, вся авторская... Читать полностью