Бездарно. И пошленький постер вообще-то должен предостерегать от похода в кино.

В начале, несмотря на рыхлое повествование и нытика-героя, по нескольку раз твердящего одни и те же глупые фразы значительным шёпотом, еще казалось, что у Сокурова может получиться. Нелепые кривлянья и расшаркивания второплановых героев, доктор, поднимающий многочисленные юбки старой пациентке и достающий, пардон, из п....ды яичко, пока она улыбается и сладостно мычит, как старухи из "Истерии" - всё это настораживало, конечно.
Но потом появился джокер-Мюллер, словно слепленный из тел убитых солдат, с хвостиком, но без х...я, - и отвлек ненадолго своей многозначительностью. А там и Маргарита подоспела - с губками, как у ребёнка, бантиком, и "остановись, мгновенье" было, и дурацкие метафоры вроде падения в любовь как в омут.

С какого-то момента этого едва ли не 2,5-часового "Фауста" понимаешь, что дальше в кадре может случится в принципе что угодно. Вылетит дракон и откусит головы Фаусту с Мефистофелем, бредущим по горам. Фауст убьёт Маргариту. Мефистофель сбросит Фауста в гейзер-ад.

Вы говорите: высокое искусство, гениальное кино, значения-символы. Но гениальность - не полное самодурство режиссера в вопросе о том, что за чем последует. К.Еськов ([info]afranius) в замечательной своей книге "История Земли и жизни на ней" утверждает: "Наука (в отличие от псевдонауки) должна делать проверяемые предсказания («Будет так-то и так-то, в противном случае я съем свою шляпу»), причем предсказания эти должны быть рискованными, не очевидными априори (не типа – «Солнце завтра по-прежнему взойдет на востоке»)". Так и хорошее кино - в нём финал бывает неожиданным и мощным, но всегда предопределен нагромождением сюжетных действий и единственно верен. У каждого фильма может быть только один правдивый конец. А символов и значений в кадре можно выдумать сколько угодно.