Триллер про сугроб
На научной антарктической базе хорошенькая, но нервная судебная исполнительница (Бекинсейл) дорабатывает последний день в качестве единственного на весь континент представителя власти: с чувством принимает душ, говорит на общечеловеческие темы с пожилым доктором (Скерритт), пока ей не докладывают про изуродованный труп рядом с закрытой на зиму российской станцией. Рискуя застрять на Южном полюсе еще на полгода (надвигается буря, последний самолет домой — через несколько часов), героиня надевает рукавички и летит разбираться.
Антарктида (даже если она, как тут, целиком снята в Канаде) — слишком хороший задник, чтоб его можно было просто так испортить, но творческая группа «Белой мглы» явно сделала все, что было в ее силах. Многообещающее начало — мертвец в снегах, асоциальные полярники, выбегающие с голыми задницами на мороз, потертая физиономия артиста Скерритта, свою самую известную роль сыгравшего в «Чужом», — мастерски растянуто тут почти до финальных титров. Кажется, вот-вот, еще чуть-чуть —и произойдет наконец что-то, достойное торчащих вокруг вековых льдов. Но нет: люди в капюшонах тычут друг в друга ледорубами, потом откидывают капюшоны, произносят какой-то текст, надевают капюшоны. Никому не интересно, не страшно и даже (что особенно заметно) не холодно. Фирменная циничная интонация в принципе занятного коммерческого режиссера Сены (коллеги Дэвида Финчера и Майкла Бэя по знаменитой в 90-е клипмейкерской фабрике Propaganda Films, постановщика «Калифорнии» и «Угнать за 60 секунд») за весь фильм угадывается дважды: в упомянутой сцене под душем (чувствуется, что автор большую часть жизни отдал рекламе шампуней) и когда добрый доктор ампутирует Кейт Бекинсейл обмороженные пальцы, попутно беседуя с ней за жизнь. В принципе, все можно понять, всякое в жизни бывает: сценарий не написался, артисты не выспались, режиссер заскучал. Но когда в полнометражном кино про Антарктиду в кадре ни разу не появляется ни один пингвин — это все-таки безобразие.