Душераздирающий роман. Еще лучше, чем «Снег» и «Черная книга»
Новейший, 2008 года роман нобелиата поначалу не производит особенного впечатления. Очередной Стамбул-город-воспоминаний. 1975 год. 30-летний фабрикант Кемаль, рассказчик, собирается помолвиться с прекрасной девушкой Сибель, но влюбляется в другую прекрасную девушку — Фюсун. Долгое время не может выбрать, кого именно он любит, и мучает всех — а когда наконец выбирает, оказывается уже поздно. Тут выясняется, что «долго» начинается только сейчас: несчастная любовь длится не неделю-месяц, а годы, десятилетия. Кемаль выпадает из общественной жизни, меняется его психосоматика; страдание от кровоточащей душевной раны он глушит коллекционированием фетишей — вещей, имеющих хоть какое-то отношение к его возлюбленной: от ее окурка до вывески кинотеатра, который она могла посещать.
Это мелодрама, медленную эволюцию которой можно описать как переход от «вызывающая сочувствие» к «душещипательная», затем «очень трогательная», а ближе к финалу «душераздирающая» (финал — совсем катастрофа; как сцена гибели Портоса в «Виконте де Бражелоне», если вы понимаете). Оставляя в покое физиологию чтения (можно, кстати, предсказать, что у «Музея невинности» будет очень большая слава, и надолго; что этот роман даст Памуку столько поклонников, сколько не набирали все прочие вместе взятые; что он превратится в предмет романтического культа, как «Страдания юного Вертера»; между прочим, в 2010-м в Стамбуле откроется настоящий музей, посвященный этому роману: около 1000 экспонатов, рассортированных «по главам»; беспрецедентное событие, которое может показаться нелепостью или наглым рекламным трюком, однако когда вы дочитаете до последней фразы, то поймете, что дорого готовы отдать за то, чтобы оказаться в этом музее), так вот, если не слишком хлюпать носом, успеваешь сказать еще три вещи. Во-первых, ясно, что история Кемаля помимо буквального имеет еще и более широкий смысл. Это классический памуковский, не имеющий хорошего решения конфликт, точнее, любовный треугольник: Турция — Европа — Азия. История несчастного человека — и страдающего специфическим комплексом неполноценности народа, угодивших между двумя любовями, двумя культурами, «традиционной» и «современной». История странным образом не просто трогательная, но и некоторым образом небесполезная. В какой-то момент Кемаль — удивительный меланхолик-мечтатель прустовско-достоевского типа, далеко не простой, чтобы классифицировать его как обычного сексуального извращенца — скажет: «Своим музеем я хочу научить людей гордиться своей жизнью. Я много ездил, много повидал — пока только европейцы гордятся собой, большая часть мира себя стесняется. А если бы то, что вызывает у себя стыд, было выставлено в музеях, оно бы сразу стало предметом гордости».
Во-вторых, «Музей невинности» кажется на удивление простым, абсолютно линейным романом, очень непохожим по рассказчицкой манере на «Черную книгу» и «Снег». Это до поры до времени; ближе к финалу будет кое-какой нарративный сюрприз, довольно крупный; именно с этого момента, кстати, роман из «очень трогательного» превращается в душераздирающий.
В-третьих, роман вызывает невольную — но жгучую — зависть: у турок есть Настоящий Великий Писатель, довольно молодой, хорошо конвертируемый, добившийся всего и продолжающий писать с каждым разом все лучше.