Финское искусство из Нью-Йорка
Арктическая истерия — термин из этнопсихиатрии, по-эскимосски пиблокто, по-якутски мэнэрик, по-русски мерячение. Разные слова используются для обозначения комплекса примерно одних и тех же симптомов, куда входят: собственно истерические реакции, как то — беспричинные крик и плач и бессмысленная, неостановимая беготня с место на место голышом и по снегу; депрессия; копрофагия; эхолалия или эхопраксия (неосознанное повторение услышанных слов). «В таком состоянии больные, особенно женщины, чрезвычайно подвержены суггестивным воздействиям, вместе с тем ярко выражена сексуальная окрашенность их поведения» (см. «Психологический словарь»). Причины такого поведения называются до сих пор разные: от сенсорной депривации, обычной на Севере, или передозировки витамином А — опять-таки из-за однообразия местного рациона, — до «психической заразы», чего эскимосы страшно боятся и потому избегают общения с такими, дабы не накликать злых духов и на свою голову.
Еще «Арктическая истерия» — это выставка 2008 года в нью-йоркском центре современного искусства PS1, совместный проект двух кураторш, американки Аланны Хейсс, основательницы и первого директора PS1, и финки Маркетты Сеппяля. PS1 фактически выполняет роль отдела ультрасовременного искусства при главном музее просто современного искусства, нью-йоркском МоМА. И показывает такое, что ни в какие ворота. Или, говоря иначе, музеефикации пока не подлежит. Нью-йоркская пресса дивилась тому, как творчество нордических и вроде бы по определению сдержанных людей «выдает патологическое перевозбуждение» и смаковала «назойливые эмоции и иррациональные фантазии». «Большая причудливость» финских авторов американцам была в новинку.
А нам? Где-то сокращенная (потому что, например, никак нельзя было привезти удушливую видеоинсталляцию Маркуса Коппера, посвященную гибели «Курска»), где-то дополненная произведениями 2009–2012 (!) годов — «Арктическая истерия» теперь настигла и Петербург. Насколько этот вариант адекватен оригинальному нью-йоркскому, судить, пожалуй, и незачем. Поскольку в остальном — ну чистый анамнез. (Вспоминается «психическая зараза», отчего немного даже не по себе.) Тут вам и крики, и эхолалия (хор Screaming Men из приполярного города Оулу), и бег с места на место, часто голышом и по снегу (трагикомический видеоперформанс «365 дней» милейшего Реййо Кела), и если не депрессия, то меланхолия переливается через края в фотопроектах Яри Силомяки; и трясет на ринге голыми сиськами финка, пытающаяся ввалить шкафообразному боксеру (видео «Power» Саллы Тюккя — даже сквозь эти финские имена нетрудно догадаться, что автор дама). Своего рода и копрофагия имеется — в серии оптимистичных короткометражек Теллерво Каллейнена и Оливера Кохта-Каллейнена «Я люблю свою работу», повествующих, как и каким говном пытаются накормить рабочий люд подлые капиталисты и коррумпированные профсоюзы; оптимизм состоит в том, что жрать предлагаемое пролетариат не хочет. Для чего изыскивает разные способы.
Ну а что касается вас, уважаемый зритель, то вам решать.