Спектакль

Тойбеле и ее демон

Самая настоящая, та самая, о которой все мечтают – любовь. Чтобы в финале взяться за руки. И дела нет, что всё кончится плохо (или без «плохо»). За руки-то они возьмутся.

Как можно на сцене показать любовь? Как можно показать грех? Смерть детей? Можно показать ладошками ее и его, бегущими по воздуху ногами влюбленных, скатывающимися клубочками… Это из тех постановок, на которые нужно приходить не один, и не два раза. Приходить – чтобы ещё раз пробежали мурашки, чтобы ещё раз увидеть любовь.

Музыка, свет, сюжеты, работа актёров, смысл… полный набор замечательного драматического спектакля (без кукол) в Большом Театре кукол. Таких сильных постановок нет ни в БДТ, ни во многих других драматических театрах Петербурга.

Сценическая фантазия Галины Бызгу по мотивам рассказа Исаака Зингера. Как хорошо, когда в театре могут отыскать такую редкую литературную основу.

Марина Солопченко – выбирает такие верные интонации, что речь идет как минимум о талантливой актрисе. Она ведет роль настолько вдохновенно и неоднообразно, что зритель невольно должен заинтересоваться возможностями её амплуа, и её работами.

Я часто видел в кино и театре героев, которые по сюжету становились седыми. Но в «Тойбеле…» седина героини – самая верная и правдивая. Специально без подробностей, лучще сходите и посмотрите.

Бывают в театре такие моменты, когда боишься пошевелиться. Когда боишься, что кто-то из публики сейчас всё испортит. Только в Малом драматическом и Большом кукольном зал молчит в такие моменты, боится шелохнуться. Как раз в эту минуту ты остаёшься один на один с происходящим на сцене. И только шаги Тойбеле слышны.

Тут все – от первой до последней сцены выверено идеально. Давно не приходилось видеть идеала на сцене. Не к чему придраться. Ни к одной детали, ни к одному лучику света и ни к одной снежинке, падающей сверху. Эта сказка, эта притча достойна самой высокой оценки.

Спектакли становятся любимыми, когда сделаны качественно и заодно переворачивают что-то в тебе, перевоспитывают тебя, делают лучше. Самыми любимыми становятся те, финал которых, вплоть до мизансцен, угадываешь. И когда ты видишь, что режиссёр, словно по твоей указке, именно так поступил с героями, ты становишься соавтором, а выходя в Город, ты становишься соавтором уже Города. Потому что не идешь – летишь и паришь. Вспоминая любовь, с такой искренней пронзительностью показанную одним из лучших театров Северной столицы. Так показанной, что в любовь начинаешь верить. Показанной так, что хочется любить

Любовь и Вечность..Вопросы,терзающие человечество на протяжении всей его истории.Любовь со всей свойственной ей призрачностью и реалистичностью,радостью и горечью,окрыленностью и глубоким отчаяньем,ощущением абсолютной свободы и безысходности...Щекочащая нежность,тревожащая страсть,уничтожающее ожидание,глубочайшее разочарование в Абсолюте и неистовая вера в Него же,то есть в нее,во всепобеждающую Любовь....Временного ,пространственного и черт его знает какого барьера...И все это так ...В глубоком,вневременном литературном шедевре Исака Зингера,ибо ценности эти вечны,столь гениально поставленный режиссером Галиной Бызгу и прожитый удивительно тонко и чутко актерами в спектакле "Тойбеле и ее Демон".

Маленькое, теплое, уютное счастье в сером, дождливом и сыром Петербурге. Берите любимого человека, и пусть это будет новым откровением для ваших отношений, каким спектакль стал для меня... Все остальное уже сказано предыдущими рецензентами.

Не пошлая, щемяще-трогательная история, простая и забавная, короткая и страшная. Такая редкость в нынешнее время! Легко смотрится, и западает в душу так же легко и надолго... Музыка прекрасная, играют великолепно. Никогда не думала, что может такое быть. Тем более, в кукольном театре. Из кукольного в этом спектакле только волшебный театр теней: лампа и белое полотно занавеса. Обязательно посмотрите, уж точно никогда не пожалеете!

Сегодня – я гений.
А.Блок

Рецепт прост: находишь незамысловатую историю, желательно притчу, понятную абсолютно всем, пропускаешь сквозь себя, приглашаешь не традиционно мыслящего художника, с заслуженной репутацией, талантливых, даже сверхталантливых актеров, подбираешь музыку, добавляешь немного кукольной проекции, для поэтики, а для убедительности кидаешь щепотку хореографических образов и чайную ложку эротической подоплеки, затем тщательно все перемешиваешь, варишь, снимаешь с огня, подаешь на зрительский стол и приходишь к осознанию… ничего не получилось: обед к употреблению не годен, выливай и начинай сызнова.
В случае с «Тойбеле и ее демоном» Большого театра кукол все было бы именно так, если бы не одно обстоятельство: постановщик спектакля – гений. Дабы не смущать придирчивые умы и не вызывать на себя огонь скептиков, уточню: гений конкретного случая. Вдобавок, защищусь цитатой: «Все гениальное – просто».
Просто одного желания, пусть необычайно большого, и одних продуктов, даже очень качественных и удобоваримых, вовсе не достаточно, для того чтобы изготовить съедобное кушанье, в нашем случае – спектакль. Сколько мы видим примеров соседства актерского мастерства и передовой драматургии, бессчетных режиссерских находок и оригинальной сценографии, всевозможных эффектов (гэгов) и ссылок на излюбленные образы, и все это под знаменами сверхзадачи и с претензией на все ту же гениальность. Но смотришь на сие почтенное собрание, поодиночке архипрелестное, судишь, рядишь, гадаешь, и приходишь к выводу: ну, наколбасили, кто в лес, кто по дрова, буриме, абракадабра, солянка из амбиций, алюминиевые огурцы на брезентовом поле, в который раз наделала синица шуму, а моря не зажгла.
Галина Бызгу зажгла. Выкрутилась, изловчилась, рассчитала с дозами. Сотворила, на фоне общей псевдореальности, нечто сверхъестественно живое и индивидуальное: превратила изначально простое (сюжет повествования: ходил «Саша» к «Маше») в сложное (в философию высшего порядка, где даже падающий снег – философ, снег искусственный, а философия настоящая), а затем это сложное вновь вернула в состояние простого, первородного (мы умрем, но мы останемся: душа бессмертна).
И когда ты начинаешь думать, а потом и говорить об этом спектакле, когда пытаешься дойти до самой сути (уподобляясь авторам данного сценического произведения), стремишься быть точным и неповерхностным, как только принимаешься тягать из памяти всевозможные словарные изыски, типа «феерично» и «мысль в ее вербальном изложении», то быстро осекаешься, если не совсем тупица, и вместо слов, ярких, но малосодержательных, слов пафосных и тщеславных, выбираешь самые наипростейшие, самые непритязательные, единственно верные слова, не требующие ни расшифровки, ни комментария. Слова эти: Жизнь. Женщина. Мужчина. Преодоление. Одиночество. Надежда… И ПРОСТОЕ ЧЕЛОВЕЧЕСКОЕ СЧАСТЬЕ. Всё! Дальше только вечность. Разлука. Смерть. И соединение. На сей раз на века.
«Тойбеле и ее демон» - история о том, как обычный плут, бездельник, вдовствующий нищий, уже не молодой и совсем некрасивый, чьи мечты сведены к минимуму: заполучить «должность» свадебного шута, - подслушав однажды рассказ об одинокой женщине, к которой по ночам, известно, для каких целей, стал наведываться демон, в человечьем обличии, решил воспользоваться доверчивостью и простодушием, а главное природной женской тоской по мужчине одной из своих – скажем так: односельчанок, находящейся в положении брошенной жены, в результате чего начал являться к ней в образе того самого демона, утешаясь и утешая, веселясь и веселя, услаждая уши своей абсолютно реальной любовницы всевозможными рассказами из жизни сил потусторонних, взамен получая благодарность, в виде неослабевающего любопытства к собственной персоне, умиротворение, домашний уют и невозможный при иных обстоятельствах секс без обязательств.
Если не вдаваться в подробности и не раскрывать финал, вот, в общем-то, и весь сюжет. Два персонажа, две судьбы, одна общечеловеческая история, уместившаяся в одно предложение.
Но дело в том, что благодаря постановщику, сумевшему (сумевшей) таки сначала точно выбрать, а потом и правильно распорядиться исходными ингредиентами, дополнить одно другим, а не столкнуть одно с другим лбами, как это часто бывает в случае самодостаточных величин, вольно или не вольно притягивающих именно к себе (к сценографии, музыке, безукоризненному актерскому исполнению) основное внимание публики, история Тойбеле и ее демона, ее несчастного Алхонона, представляется не только общечеловеческой, множественной, а потому размытой и даже чужой, иллюзорной историей, не притчей из приукрашенного инородного эпоса, а своим, личным, близким к собственному телу, своей душе событием. Благодаря абсолютно всему, в том числе проникновенному, привораживающему, очищающему житию на сцене Марины Солопченко и Сергея Бызгу, наступает не столько осознание, сколько ощущения того, что все происходит всерьез, пусть не с тобой, но с теми, кто скроен по образу и подобию тебя, как Женщины, если ты женщина, как Мужчины, если ты Мужчина. Ты, незаметно для окружающих, вкладываешь в свою ладонь, ладонь своей любимой женщины, либо чуть теребишь, не замечая никого вокруг, рукав любимого мужчины, и думаешь об одном: как хорошо, что ты (он, она) есть на свете, что ты (он) не иллюзия, не демон, что ты (она) - моя, моя перед людьми и Богом, и мне не нужно мчать во всю прыть от тебя с рассветом. В этом предании – сказке о Тойбеле и ее демоне – нет любви, но есть нечто большее – первозданное, но не животное, а духовное: человеческая жажда обретения себя через другого, сопротивление одиночеству, в конце концов банального, но ничуть не греховного желания удовлетворить – не собственную плоть (поймите разницу), а друг друга.
Друг друга…
Ну как после всего этого не сказать, не воскликнуть: Друзья! Сегодня я – гений!
Рецепт гениальности прост: родись гениальным и займись своим делом.
В том, что создатели «Тойбеле и ее демона» занимаются своим делом, усомниться нельзя.
Все гениальное просто, ведь только из простого, земного, общепонятного произрастает сущее, возвышенное, глубокомысленное, космическое, неземное и непонятное никому.