Рыки мумии

29 октября, Малый театр, Москва. Вначале в сценическое пространство вторглись Министр культуры, Президент Золотой маски, сам Додин. Долго воздавали хвалу, а у меня выворот уже шел на уровне психическом. Куда же вы? Что же вы на сцену то залезли?! Ладно. Ушли.
Произведение качества Льва Николаевича Толстого. Иерархия есть, а главных не существует. Всё где-то рядом и рука об руку: война, любовь, предательство. Судьбы людей, отдающие эхом в стенах гетто и лагерей. Останься человеком... Читать полностью

Десять лет назад актеры театра Льва Додина сетовали на то, что в труппе нет мастеров из поколения великих: учиться, мол, не у кого. Семья, с которой частенько сравнивали додинский театр, кивая в его сторону кто с завистью, кто с уважением, кто с насмешкой, — семья эта выходила кособокой. Труппа состояла из учеников мастера с трех курсов, выпущенных один за другим, разница между старшими и младшими не превышала десяти лет. Какая уж тут преемственность поколений. Когда на роль сначала чеховского... Читать полностью

«Ну, что вам рассказать про Сахалин»:)) Как все у Додина, добротно… Все-таки репетируют годы!!! Но на меня впечатления не произвело. Хоть я и боялась. Тема лагерей меня всегда задевает, будто там сгинули все мои родичи (наверно, так оно и было - генетическая память). Ничего нового для себя я не увидела. Солженицын, Шаламов читаны… Все уже сказано. Только вот Сталин снова стал лицом России...
От спектакля потрясения не испытала. Ничего такого, ради чего нужны были репетиции в... Читать полностью

Все выводы и смыслы "Жизни и судьбы" до мелочей идентичны выводам и смыслам додинских спектаклей двадцатилетней давности. Как каша, которую давно уже пора проглотить, а ее все жуют и жуют. Додин здесь становится на трибуну не человеком, который ищет (и которого, соответственно, интересно послушать), а человеком, который давным давно все понял и теперь только занудно и пафосно брюзжит. Хотя делает это - и правда - в высшей степени профессионально.

«Возвращенный» роман Василия Гроссмана студенты Льва Додина репетировали все пять лет учебы в институте — причем не только в аудитории, но и в Освенциме и Норлаге. На последнем этапе к ним присоединились актеры МДТ. Художник Алексей Порай-Кошиц располовинил сцену по диагонали с помощью волейбольной сетки: перед ней — частная жизнь физика-ядерщика Виктора Павловича Штрума, за ней — то гулаговский застенок, то фашистский концлагерь, то гетто. Штрум — Сергей Курышев все время... Читать полностью

Гениально. Другой оценки быть просто не может. Поражает продуманность каждой детали, каждого слова, каждого движения в спектакле. Декорации - как ещё одно действующее лицо. Без них всё было бы иначе, без них могло вообще ничего не быть.
Завораживает и завлекает многоплановость, многослойность того, что происходит на сцене. За решётками лагерей гибнут сотни, тысячи людей, и в то же время двое страстно предаются любви; в доме учёного праздничный обед, а советские войска освобождают Сталинград.... Читать полностью

Спектакль Льва Додина, гастролями которого открывает свой сезон Театр наций (спектакль, правда, пройдет на сцене театра Et Cetera), — вещь глубоко старомодная и актуальная одновременно. Казалось бы, инсценировка романа пятидесятилетней давности говорит о делах минувших — о тоталитаризме и истреблении народов в двадцатом веке. Но с другой стороны, все три с половиной часа, пока идет спектакль, думаешь о том, что тоталитаризм и национализм — это не прошлое, а тренд тысячелетия.
На сцене, залитой... Читать полностью

Потрясающий спектакль. Смотрится неотрывно, несмотря на дикую духоту в переполненном зале. Великолепные актеры. Почти без перебора, если не считать сцены, когда "голый коментерновец" Мостовской принимает ванну, ну по сравнению с членопредставлением в Короле Лире, этим можно пренебречь за малостью. Додин, конечно великий режисер, после Товстоногова такого не было

Все газеты Европы написали после парижской премьеры додинской «Жизни и судьбы» про волейбольную сетку. Многие — с эпитетом «гениально». Изобретение художника Алексея Порай-Кошица и впрямь великолепно. Сетка делит сцену по диагонали слева направо. В прологе все участники спектакля используют ее по назначению: по-довоенному беззаботно играют в волейбол. Но c началом действия она оборачивается универсальным... Читать полностью