Спектакль

Фандо и Лис

Мужчина и парализованная женщина — двое неразлучных, любя и истязая друг друга, бредут по дороге в поисках мифического города Тар — недостижимого рая. По той же дороге и с той же целью идут еще и трое странных людей в черном, которые до хрипоты переливают слова из пустого в порожнее и становятся свидетелями того, как мужчина в финале ни с того ни с сего забивает женщину насмерть. Пьесе — полвека, автор умудрился заслужить на родине, в Испании, репутацию «Гойи в кинематографе» и «Дали в литературе». Фернандо Аррабаль, абсурдистского толка сценарист, новеллист, режиссер и поэт, который сделал себе имя эпатажем и провокациями, — один из двух живых классиков абсурдизма. Во Франции, где Аррабаль поселился еще в юности, его пьесы сейчас ставят как фантазии на тему людских уродств и бессмыслицы существования — наряду с пьесами Беккета.

Режиссер спектакля «Фандо и Лис» в «Особняке» во время репетиций уверял, что пьеса Аррабаля заинтриговала его полным отсутствием предлагаемых обстоятельств. Действие разворачивается на фоне черного задника с изображением Вселенной в стиле детсадовских художеств. Туда же инсталлирована пара колес от инвалидной коляски — точно такие же держит в руках Лис (Даниела Стоянович). Трое неизвестных в черном, сгруппировавшись сбоку, то и дело утыкаются носами в карту звездного неба. Куда гнет режиссер, в общем понятно, тем более что в качестве интермедий зрителю предлагают выдержки из «Бардо Тёдол» — тибетской Книги мертвых (их читает голос за сценой под зажженный бенгальский огонек и бой ритуальных барабанов, сменяющийся звуком, который Мейерхольд назвал каплями, падающими в глубокий колодец), а космос при этом начинает вертеться, точно Колесо дхармы. Дмитрий Поднозов тем временем превращает своего Фандо в шизофреника: попугав жену необъяснимыми превращениями из нежнейшей няньки в садиста-диктатора, он вдруг направляется к зрителю с неожиданной, подкупающе искренней просьбой: «Ну поспорьте со мной, пожалуйста». Дальше следует витиеватый монолог о мистическом значении цифр, перетекающий в теорию эволюции существ. Герой Поднозова похож разом и на тихого помешанного и на милейшего водяного из мультфильма про «Летучий корабль», от этого сочувствовать Фандо начинаешь сразу и горячо. И финальное убийство им жены рассматриваешь уже исключительно метафорически, позитивно — как ритуальное уничтожение оков. Под завязку Поднозов устраивает настоящий фокус — просачивается сквозь стену, на которой расположился космос. Режиссер, видимо, задумывал финал как триумф свободного человека, а Поднозов, судя по иронии в каждом слове и даже движении и взгляде, имеет в виду другое: что «даже самые светлые в мире умы не смогли разогнать окружающей тьмы», отчего все действие в придачу с классической Книгой мертвых теряет любой другой смысл, кроме удачного розыгрыша.