Рекомендации для вас
Популярно сейчас
| Драматический |
| 16+ |
| Дмитрий Волкострелов |
| 2 часа, 1 антракт |
Все
Как вам спектакль?
Рецензия Афиши
Камерный спектакль на верхнем этаже ТЮЗа им. Брянцева начинается с нескольких минут бездействия в такой темноте, которую можно встретить разве только в камере сенсорной депривации; в самом деле, все возможные источники света устранены настолько, что совершенно теряется чувство объема и границ не только пространства, верха и низа, но и собственного тела. В какой-то момент из глубины начинает тихонько звучать щелкающе-шуршащее сочинение композитора Дмитрия Власика — по ремарке автора здесь играет музыка, которую слушает персонаж радиопьесы. Однако ни музыку, ни последующие реплики персонажа разобрать невозможно: категорически недовольные зрители уже вовсю шумно и весело обмениваются умозаключениями о современном искусстве.
Каждый новый спектакль минималиста-интеллектуала Дмитрия Волкострелова выявляет новые территории как в области театрального искусства, так и на необъятных просторах зрительского невежества. Говорить о первых куда интереснее, но, увы, зачастую вторые настолько неприлично выпирают, что игнорировать их становится невозможным. И если бессюжетное слайд-шоу «Я свободен» вызывает в публике вполне закономерное брожение отсутствием видимого действия, а бесконечный финал «Любовной истории» и атональные импровизации в «Русском романсе» большой частью аудитории воспринимаются откровенной провокацией, то серией постдраматических этюдов «Беккет. Пьесы» Волкострелов, ни на секунду не изменяя себе, умудряется усмирить даже тех (традиционно превалирующих) зрителей, что дебоширили в первые минуты. Этот процесс плавного преобразования становится чуть ли не драматургической доминантой всего спектакля.
Формально «Беккет. Пьесы» — это девять впервые переведенных миниатюр ирландского театрального реформатора Сэмюэля Беккета, известного в первую очередь великим памятником абсурдизму «В ожидании Годо». Значимость спектакля еще и в том, что основу его составили неизвестные у нас произведения постабсурдистских периодов драматурга — от наброска для радиотеатра 1961 года до бессловесных опусов вроде «Дыхания» 1969-го и «Квадрата» 1981 года. Волкострелов, однако, не создает напрашивающейся ретроспективы и вместо хронологии акцентируется на разнообразных типах репрезентации, которые эти тексты диктуют: в темноте, с живым планом, посредством кинокадра или ритмической партитуры. Так, начинается все с тихо и холодно произносимых со сцены монологов и диалогов (соседствующих в плане загадочности с опусами позднего Линча), продолжается мультимедийным лоуфай-блоком с телевизорами и микрофонами, а заканчивается уже за пределами малой сцены тем, что на сцене сделать невозможно. Впрочем, третий блок — по желанию зрителей. Волкострелов успешно опробовал трюк со зрительским голосованием прежде — перед бонусным финалом во вполне себе сюжетном московском спектакле «1968. Новый мир»; здесь же внезапное единодушие зала, поначалу настроенного крайне враждебно, оказывается не чем иным, как кульминацией, сообщающей о свершившемся чуде: как если бы на той самой выставке в Манеже Хрущев оборвал себя на полуслове и принялся бы внимательно рассматривать экспозицию.
Спектакль не стремится побороть косное восприятие, он на 100 процентов вещь в себе — в этом была бы его суперсила, если бы не беззащитность подавленных поведением публики артистов. Но если не обращать внимания на интонационное сходство всех исполнителей с маниакально-депрессивным Марвином из «Автостопом по Галактике», можно обнаружить простые ритмические и словесные структуры из самых общих выражений, в повторениях всякий раз оборачивающиеся логическим фокусом: о тоталитаризме, о непонимании, об одиночестве, о безнадежной фатальности. В том, как все это выглядит (а режиссер очевидно стремится поставить досконально «по ремаркам»), угадываются и Майкл Каннингем, и Джон Кейдж, и The Wooster Group, словом — антология западного театрального авангарда прошлого века.
«Все новое сталкивается с непониманием масс, и так будет всегда», — писал Ортега-и-Гассет сто лет назад. Печально: что русскому ново — европейцу, например, классика. Таким образом Волкострелов практически в одиночку занимается чрезвычайно важной работой — выстраиванием разрушенного моста, восстановлением порвавшейся связи времен, наверстыванием упущенного. Он буквально по стопам исследует конкретную театральную традицию, оттого его опыты во многом окутаны научно-практическим флером.
В той же степени глупо было бы винить в непонимании публику, в третьем колене воспитанную на псевдореализме, в какой глупо не возрадоваться неутомимости Волкострелова. К третьему спектаклю в ТЮЗе здесь образовалась уже крепкая постдраматическая мини-труппа под стать собственно театру Post, получившему недавно свое здание на Удельной. Так что есть все шансы, что вскоре в Северной столице появится свой The Kitchen, а нынешние зрители ТЮЗа будут хвастать детям, что ходили на Волкострелова, когда это еще не было модно.
Четверг. Февраль. Беккет. Пьесы.
Театр Юных Зрителей им. А.А. Брянцева в этот четверг показал довольно сложную постановку «Беккет. Пьесы» (премьера состоялась в сентябре 2014 года).
Спектакль, прямо скажем, для очень подготовленного зрителя, причем точно не скажешь, к чему этот самый зритель должен быть готов. Это чересчур концептуально. «Беккет. Пьесы» не подойдут для тех, кто пришел хорошо вечер провести, это больше для тех, кто настолько спешит в этой жизни, чтобы все успеть, что не находит время для самого важного, и от того никогда не встречается с главным человеком в своей жизни – с самим собой.
9 коротких пьес, первая из которых проходит в Малом зале ТЮЗа в абсолютной темноте в течение 20 минут. Впечатление, что ты находишься в флоатинг-капсуле (камере сенсорной депривации). Зрителя, конечно, нельзя изолировать от всех ощущений, потому что он ни один в этом пространстве (он чувствует дыхание и запахи других людей), но свет не проникает никакой (если только недоумевающая публика не решит воспользоваться мобильным телефоном). Честно говоря, мне было очень страшно. У тебя раскрыты максимально широко глаза, но ты не видишь ровным счетом ничего. Внутри меня началась паника, ощущение такое, что ты вдруг ослеп, и от этого всего тебя колотит. Мне в какой – то момент стало не хватать воздуха, и сердце забилось с бешеной скоростью. У меня былоощущение, что подобное чувство наверняка испытывают страдающие клаустрофобией люди, попавшие в маленький лифт, который едет и едет и никак не желает останавливаться. Не все выдерживают такое общение с внутренним Я, и некоторые уходят прямо в середине первой пьесы.
Последующие пьесы воспринимались мной с трудом, скажу честно, потому что я еще не отошла от «шокирующего» первого столкновения, но по манере исполнения очень похоже на рекомендуемый мной «Танец Дели» (режиссер тот же Дмитрий Волкострелов). Последние две пьесы играются в зрительском фойе, откуда сверху зритель наблюдает за цветными, ходящими по серому квадрату, человечками и Белом зале, заваленном мусором, через который все тот же ошарашенный зритель с трудом пробирается.
Дмитрий Волкострелов – это, безусловно, «новое слово» в драматургии и на театральной сцене. Это плохо понятно, не всегда принимаемо, но 100% не забываемо. Это человек, который однозначно идет за своим внутренним порывом против течения. А такие люди всегда совершают революцию не только в тех областях, в которых они работают, но и в жизни человечества.
А тот, кто выбирает этот спектакль, внутри себя должен на вопрос: «Готов ли я к глубинным изменениям себя» ответить однозначное: «Готов!», потому что в противном случае ничего не получится: ни у Волкострелова, ни у Вас.
Спектакль - номинант Российской национальной театральной премии "Золотая маска" (сезон 2014-2015) в категориях "Драма / Спектакль малой формы" и "Драма / Работа режиссера" (Дмитрий Волкострелов)
https://youtu.be/-1WixoLo6WQ
Я долго искала отзывы о данном спектакле, но кроме заумных рецензий, "гениальных" критиков не нашла ничего, странно... такое ощущение, что обычный зритель и не знает что сказать...
Поэтому решила написать свое, понятное, простое и для зрителя неискушенного.
Конечно же постановка с претензией на гениальность, хотя именно гениального я ничего в ней не увидела, по крайней мере после первого просмотра осталась какая- то недосказанность, недопонятость...
Интересно, оригинально, но оригинально для простого зрителя, для привыкшего видеть артхаусный треш и абсурдизм на сцене, это будет не в новинку ))
Честно, затянуто, не люблю когда один и тот же монолог или диалог повторяется по 3 раза( в лучшем случае), но наверно в этом есть какой-то тайный замысел режиссера.
НО воздействие на зрителя колоссальное, в зале вечно стоит атмосфера ожидания, непонимания, задумчивости, печали... у каждого свое, но однородных эмоций нет.
Очень раздражали люди пришедшие на спектакль и не только не выключившие телефоны, но и светящие ими в зал, это очень мешало прочувствовать атмосферу происходящего!!!
Я бы вообще НЕ рекомендовала ПОКУПАТЬ билеты на спектакль людям, чья любовь к театру распространяется ТОЛЬКО на классический репертуар, для тех кто не любит, не понимает современного искусства, у кого боязнь замкнутого пространства, темноты, проблемы с нервами, психикой или сердцем. Не для детей и не для развлечения!
спектакль далеко не легкий его надо в первую очередь прочувствовать, а только потом увидеть, тогда и понимание появится.
Я бы сходила еще раз, но через долгое время, мне кажется на такие постановки надо ходить более подготовленным, и уже с какой -то базой, заложившейся от первого просмотра.
Но все таки придя на спектакль, вы увидите ИГРУ актеров, вы сможете увидеть то, что раньше возможно было только слышать, вы будите наблюдать как современные технологии преображают пространство вокруг вас...
Мое мнение осталось противоречивым, для того, чтобы оскорбить чье то действие, много ума не надо, а вы попробуйте сделать хоть что-то подобное сами, но и как зрителю привыкшему к более стандартным театральным формам хотелось что-то "свое родное" увидеть на сцене.
В общем думайте решайте, смотреть или не смотреть.
