Ох, до чего же трудно, наверное, быть Богом, и смотреть с небес, как в подаренном людям земном раю они делают все, чтобы как можно скорее и вернее выдавить из себя все человеческое: молятся на деньги, изменяют супругам, забрасывают подальше детей и родителей, пускают с молотка наследие предков. Как заставить их одуматься, ведь зашли они так далеко, что слыша Слово, уже не понимают, о чем речь. Увы, но кроме боли и страданий, иных способов не остается. И только когда жизнь подходит к последней черте и бренность земного становится явной даже полным духовным слепцам, - тогда только и начинается запоздалое прозрение. И оказывается, внешнее благополучие жизни преуспевающего гавайского юриста и богатого наследника - мираж, что все в ней - ложь, что истинных ценностей - ноль. Нет семьи, нет любви, нет связи с детьми, нет настоящих друзей, и понятие о том, что со всем этим делать - тоже нет. все надо начинать заново, а как? боль измены, боль утраты, боль отчуждения выжигают все ложное из души главного героя, и с этого чистого листа начинается новая жизнь, в которой как-то не уж и так важно разбогатеть на продаже наследства, в которой находится место детям, в которой жизнь героя становится тем, чем она есть на деле - звеном в длинной цепи поколений, а не цепью бесконечных удовольствий. понятно, что массовый американский зритель на римейк "воскресения" не пойдет - отсюда комедийный интерфейс картины, но таковы реалии: как Богу не достучаться до нас без страданий, так и режиссеру не докричаться до зрителя о великой драме бытия, не усыпав фильм щедро комедийным попкорном. и на том спасибо. а великая драма могла бы получиться.