Красивый ремикс «Алисы» для детей и как бы взрослых
Накануне помолвки со страдающим запором аристократом нервная 19-летняя нонконформистка Алиса Кингсли (Васиковска) проваливается в кроличью нору и попадает в мир, который ей c детства снился в кошмарах. В мире недавно случился военный переворот, Белая Королева (Хэтэуэй) — в изгнании, всем рулят Дама Червей (Бонэм-Картер) и ее любовник Илосович Стайн, он же Червовый Валет (Гловер), либералы во главе с Безумным Шляпником (Депп) неистово пьют чай и проклинают кровавый режим. Комиссия по встрече (Белый Кролик, Садовая Cоня и близнецы-деграданты Труляля и Траляля) долго препирается, та эта Алиса или не та, сходится на том, что все-таки не та, но раз той нет, пусть будет эта.
Интерпретаций «Алисы» за полтора века скопилось пруд пруди — от джойсовских «Поминок по Финнегану» до порнографических книжек с картинками Алана Мура; желающему вставить свои пять копеек надо проталкиваться локтями. Бартон, впрочем, явно не ставил задачей сказать что-то новое по теме: при всем показном ревизионизме (героиня-переросток, сексуальные намеки, ходьба через речку по отрубленным головам) и выдающейся красоте, когда дело доходит до смыслов, его версия оказывается до обидного неамбициозной. Чем лезть в дебри подтекстов и выдумывать трактовки, главный поп-сказочник Запада уверенной рукой разрисовывает кэрролловскую вселенную милыми сердцу готическими завитушками, щедро запускает туда своих фирменных персонажей (в первую очередь Деппа, свое вечное alter ego, вместе с ним незаметно превратившееся в конный памятник собственной классности) и этим ограничивается. В итоге многообещающие ходы вроде необъяснимой множественности алис виснут в воздухе, отдельные жемчужины отказываются нанизываться на нитку, а на каждый действительно удачный образ (вроде облаченной в рыцарскую броню Алисы с мечом или Бонэм-Картер и Хэтэуэй в ролях одинаковых патологических добра и зла) приходится по говорящей компьютерной собаке и джиге-дрыге в исполнении Деппа. Очарование кэрролловской «Алисы» во многом в ее релятивизме: это сказка с массой намеков, но без очевидной морали. Бартоновский фильм же в итоге оказывается о том, что девочкам в 19 лет не надо замуж, а надо верить в себя. Мысль, наверно, здравая, но будить ради ее повторения Бармаглота с Чеширским Котом — какая-то слегка неразумная трата культурных ресурсов.