Когда в кино герою вручают неприметную коробку, ничем хорошим это обычно не заканчивается. Может, там бомба? Или жуткое завещание («Пила 6»). Или берцовая кость («Собиратель костей»). Или чья-то голова («Бартон Финк») Или даже голова героини Гвинет Пэлтроу!!! (помните, из какого фильма? :-) ). Словом, когда идиллической семейной паре под Рождество незнакомец без половины лица вручает бандерольку, сразу ясно - дела плохи…
Ричард Келли продолжает снимать кино неопределенного жанра. Эта самая неопределенность уже загубила прокат «Донни Дарко» (что не помешало фильму стать культовым), практически обнулила сборы «Сказок Юга» (что не помешало фильму быть осмеянным критиками и проигнорированным зрителями – лично меня хватило только на первые 10 минут), а вот теперь будоражит умы зрителей «Посылки». Фантастика? Безусловно – ведь литературной основой фильма является рассказ «Кнопка, кнопка» (1970) самого Ричарда Мэтисона («Я – легенда», «Невероятно уменьшающийся человек»). Триллер? Вполне – острых моментов в фильме хватает, включая автокатастрофы, преследование и теорию заговора. Ужасы? Скорее, то, что называют расплывчатым словом «саспенс» - когда мурашки бегут по коже, и сам не понимаешь, почему. Стилистически «Посылка» близка к фильмам Дэвида Линча и Уэса Крейвена – когда атмосфера паранойи и страха превалирует над сюжетными ходами. Я не понимаю, к примеру, сюжетного значения сцены в библиотеке с тремя дверями, но это, безусловно, врезается в память и будоражит воображение.
Как ни странно, основная идея «Посылки» роднит этот фильм с такими, казалось бы, далекими по жанру образцами хоррора, как «Пила» и «Камера пыток»: в центре сюжета некоторый загадочный эксперимент, обставленный с нечеловеческой математической точностью: выбрать вариант «А» или вариант «Б». Время на размышление ограничено. В «Пиле»: отпилить себе ногу, или умереть. В «Комнате пыток»: убить себя или родного человека. В «Посылке»: нажать на кнопку или нет. Если нажмешь, то получишь миллион долларов (в оригинальном рассказе было 50 тысяч – инфляция…), но при этом кто-то умрет. Не нажмешь: коробочку у тебя заберут и передадут кому-то другому. И это только первый тест…
Если простить Келли ту самую жанровую неопределенность и принять его правила игры, то фильм вполне может понравиться. Есть в нем какое-то жуткое второе дно, которое не видно, если заглянуть в коробку с первого раза :-) Странные люди медленно поднимают руку, сложив пальцы буквой «V». Медленно вытекает из ноздри струйка темной крови. Случайные посетители библиотеки синхронно поворачивают голову в твою сторону, и начинают идти за тобой. Одинокая фигурка Санта Клауса на пустом шоссе в ослепляющем свете фар. Первая красавица Голливуда снимает носок, и показывает обезображенную ступню… И всё это снято в приглушенной цветовой гамме, почти в сепии, как будто не только события фильма происходят в 1976 году, но и как будто саму пленку с фильмом переправили к нам прямо оттуда.
Практически весь фильм держится на загадочной фигуре «человека с коробкой» в исполнении Френк Лангелла. Компьютерным спецэффектами у него «отъели» почти половину лица, но невыразимую жуть он навевает совсем не поэтому. Он весь – скрытая неумолимая сила, как Верзила из «Фантазма», и в то же время анонимен и, как это ни странно звучит по отношению к его жуткой внешности, безлик, дистиллирован, стерилен – как человек в котелке с картин Рене Магритта. Семейную чету, так опрометчиво открывшую коробку (это в 1976 году можно было взять с порога и открыть анонимную посылку, не то что сейчас!), играет Джеймс Марсден и Камерон Диас. Марсден, несмотря на багаж романтических комедий («27 свадеб», «Зачарованная»), вполне уместно смотрится в роли ученого, попадающего в водоворот необъяснимых событий (в прямом и переносном смысле). А вот Кэмерон Диаз – это явная неудача кастинга. Может быть, ей и захотелось жанрового разнообразия, но за всё приходится платить – годы, проведенные в жанре беззаботной комедии («Маска», «Все без ума от Мэри», «Ангелы Чарли») настолько отпечатались на ее манере играть, что даже в самые трагические моменты все время кажется, что вот сейчас она поправить свою челку «гелем для волос»… Как и Рене Зельвегер из «Дела №39», ей лучше держаться подальше от «тяжелых» жанров.
В заключение замечу, что «Посылка» - явно неудачный перевод простого и понятного «The Box» - «коробка», или попросту «ящик». Уж очень много смысловой нагрузки несет этот образ: телевизионная коробка, коробки типовых пригородных домов, «сыграть в ящик»... Что в черном ящике? Нажми на кнопку – получишь результат…