Понятно, что физически нельзя было отдать этот фильм Кэтрин Бигелоу, но существуют же и другие женщины, которых волнуют не только лирические отношения между героями. Мими Ледер какая нибудь, не знаю. Впрочем, Миру Наир, похоже, даже отношения не интересуют - ведь не может же быть отношений между персонажами, не имеющими характеров.
Судя по тому, как Гир и Суонк вежливо говорят текст и улыбаются, им либо забыли сказать, что именно они играют, либо за Наир это сделал дух Эда Вуда. Скажем, на реплику Гира о том, что женщина-пилот для рекламного проекта должна быть физически привлекательной, слегка изуродованная для роли Суонк, несколько встревоженно хмурясь, будто забыла слова, отвечает что-то типа: "Это как"? Хочется верить, что настоящая Амелия Эрхарт, которая была пострашнее Зои Белл, в ответ на такое замечание врезала бы обидчику пресс-папье. Казалось бы, если режиссерша не ставит задачу - ну тряхните чем-нибудь из багажа, у Гира же был прекрасный циник Билли Флинн из "Чикаго", у Суонк - "Малышка на миллион". Но нет, наши герои продолжают безнадежно улыбаться и говорить текст.
Еще обиднее то, что Наир, похоже, вообще не интересуют пилоты и самолеты. Общественная деятельность Амелии, и даже то, что она была иконой феминизма - тоже не интересует. Вялотекущий нарратив, который был бы скучен даже по Hallmark, якобы держится на отношениях Амелии и ее издателя Путнема, который где-то на полдороге как-то автоматически становится ее мужем, и которому она как-то с ленцой изменяет Видалу, другому знаменитому пилоту. Видала изображает Макгрегор, но Макгрегор здесь такой же, как Гир и Суонк - миранаировского разлива, то есть никакой.
Ну и самое обидное выясняется при знакомстве с вырезанными тринадцатью минутами. Каким-то уникальным образом в них попало все, что отвечало за развитие характеров, определенный градус в отношениях и смысловые арки - Амелия в должности социального работника, ее отбор для роли звезды ("Смотрите, она смахивает на Линдберга!"), ее первое выступление в качестве героя дня ("Я вообще за штурвал не садилась, это все парни сделали"), ее катание на верблюде, всякие короткие диалоги, добавлявшие персонажам какого-то мяса. Полностью вырезана первая жена Путнема, на которой мог бы держаться весь второй акт. И еще красивейший пролет "Электры" по ключевым пейзажам незавершенной кругосветки. Если за весь этот вандализм ответственна сама исполнительный продюсер Хиллари Суонк - ну, значит, сама и виновата, вот такой пролет.