Трагикомедия про священника-вампира
Очкастый священник-идеалист (Сон), приглядывающий в больнице за моральным состоянием пациентов и обескураженный хороводом смертей и недугов, отправляется добровольцем в католическую лабораторию, где врачи испытывают вакцину против ужасного африканского вируса. Через полгода он выходит оттуда замотанный, как мумия, в бинты, но в статусе чудотворца. Священник продолжает служение, параллельно сближаясь с семьей дебиловатого друга детства, мучающего свою жену (Ким Ок Вин). По ночам же он выходит на улицу без повязок, летает по крышам и питается в больнице кровью, предназначенной для переливания.
Этим броским, странным, иногда раздражающим и, безусловно, будоражащим фильмом Пак нечаянно вписался в нынешнюю эпидемию мэшапов вроде «Гордость и предубеждение и зомби»: история священника-вампира (что само по себе тоже, в общем, мэшап) наложена на нуаровый сюжет «Терезы Ракен» Золя. Наложена не без кровавых швов: трагикомический адюльтер, духовные поиски батюшки, попавшего в западню между верой в Бога и в науку, борьба хорошего человека с собственной природой плюс еще несколько микросюжетов в более чем двухчасовой «Жажде» сплетаются, как змеи вокруг Лаокоона, грозя задушить живую основу фильма. Тем более если учитывать склонность корейца, которого традиционно бросает из хоррора в слэпстик, а из религии в порно, к жанровой эклектике. Однако Пак — режиссер настолько яркого (в первую очередь, кажется, комического) дарования, что ему все это нипочем. Чем больше он строит из себя метафизика, тем очевиднее его талант циркача. Оперируя ровно теми же клише, что какие-нибудь «Сумерки», но на противоположном полюсе массовой культуры, и выводя те же самые каракули про «любовь-кровь», но уверенным взрослым почерком, Пак выходит на первое место тупо по баллам — что за технику, что за артистизм. Громче, чем у него, не чавкают нигде — в вампирско-эротическом кино это, наверное, вполне может считаться за четверной прыжок.