Неонуар о шерифе-психопате
Лу Форд (Аффлек) служит помощником шерифа в маленьком техасском городке, пистолет он не носит, поскольку городок тихий, зато носит идеально белые рубашки и в свободное время играет на пианино в просторном доме, унаследованном от интеллигентного отца. У Лу две подруги: одна официальная (Хадсон) — хорошая девушка, другая тайная (Альба) — проститутка. Последней увлекся еще и сын могущественного местного девелопера (Битти), поэтому тот просит Лу помочь отправить ее куда подальше. Но внутри Лу сидит убийца, у него собственный план.
Одноименный роман локального классика палп-фикшна Джима Томпсона уже однажды экранизировали в 70-е, а с тех пор мечтали поставить масса неожиданных людей, пока это не сделал самый неожиданный — английский интеллигент Уинтерботтом. Чего в таких случаях ждать от интеллигенции, давно известно — собственно, об этом и фильм. На шестой минуте Аффлек спускает с Джессики Альбы, год или два, до восхода Меган Фокс, проходившей в статусе самой желанной голливудской барышни, штаны и долго шлепает ее ремнем, причем ко взаимному удовольствию. Спустя еще двадцать минут превращает ее лицо в месиво. А фильм длинный. В перерывах между кровавыми банями развивается — впрочем, скорее запутывается — стандартный бульварный сюжет с американского юга: добрый шериф-алкоголик, скользкий богач, слишком умный профсоюзный деятель, бродяга-шантажист, тайны из прошлого, нечаянные свидетели. Осложненный ненадежностью рассказчика — очевидно съехавшего, но непонятно, до какой степени. Некоторый интеллектуальный вызов, который содержится не столько даже в персонаже, сколько в эффектно вжившемся в него Аффлеке, нивелируется железобетонностью формулировок: в одной из сцен, скажем, он тянется к книжной полке, где Фрейд соседствует с Библией, выбирает Священное Писание, а из него выпадают порнографические открытки (в насыщенном событиями детстве Лу фигурировала горничная, которая просила ее отшлепать). И чем больше тонкий Уинтерботтом получает удовольствие от грубого материала, тем менее симпатично это выглядит; проблема, конечно, не в том, что человеку захотелось немного побыть братьями Коэн, а в том, что из него при этом повыпадало.