Гарри Поттер и эпическая сила
Вот и все. На одиннадцатом году существования, на восьмом миллиарде долларов киноэпопея о приключениях поначалу пухлого, а ныне щетинистого очкарика-мага добралась до своего завершения. Было ли в этой истории нечто запредельно талантливое? Навряд ли. Про какой из фильмов поттерианы сказать, что в нем достигались высоты кинематографии? Ну, может быть, с натяжкой – про куароновского «Узника Азкабана». В общем же и целом сериал – обычное высокобюджетное кино по обычному крепко сбитому чтиву. Получившему, однако, необычную информационную поддержку.
В последнем фильме франшизы то и дело проскакивают фразы, которыми Джоан Роулинг дает ободряющую оценку своему творческому дару: «Слова – самый неиссякаемый источник магии», «Качество определяет успех, а не количество последователей», «Гениально!», «Гениально!!!», «Гениально!..» И все же, и все же – успеху ее сопутствовало невероятное везение. Да, книжка, выпущенная летом 97-го года небольшим английским издательством, действительно была хороша – для местечкового уровня. Но для того, чтобы сделаться мировым феноменом, даже исключительных литературных достоинств было бы недостаточно.
Думается, не одна тысяча сказок, написанных от толкиеновских времен до того момента, была достойна заполучить приставку «супер». Однако на соответствующем рынке царили суперконсервативные настроения: золотая жила была надежно забита фаворитами предыдущих эпох. И вдруг… на ровном месте… выяснилось, что мир как никогда желает чего-то свеженького. В кои-то веки рынок детской литературы вступил в стадию овуляции – и самым шустрым в подходящий момент оказался пухлый очкарик на метле.
Конечно, этому способствовали и некоторые изменения конъюнктуры: новые возможности кинематографа, пиар-индустрии. Все эти годы поттериана держалась на плаву – были локальные огрехи, но от провалов и провисаний она была надежно застрахована. Качество писанины никак не могло упасть ниже определенного уровня: в столь высокодоходном производстве контроль качества – дело едва ли не более важное, чем, собственно, само производство. Даже если бы госпожа Роулинг сошла с ума и принялась лепить из Гарри Поттера извращенца, психопата и наркомана, мир все равно дождался бы счастливого конца, в котором недавние детки снова являются на вокзал Кингс-Кросс – в качестве провожающих (кстати, хоть образы зрелых героев очевидно недоработаны, в некоторых местах еще более неестественной выглядит их наивная юность – одно явно не мальчишеское пузцо рыжего чего стоит).
Ощущение, что над сюжетными изгибами плодотворно трудились целые бригады афрописателей, возникло давно, еще на первых сериях. Были задействованы, кажется, все возможные приемы беллетристики. Не в первый раз аудитория пускается по заведомо ложному следу – заурядное дело для детектива. Бедный дракоша, конечно, удостаивается жалости, а вот выжженная им и добитая Сами-Знаете-Кем раса гоблинов-банкиришек показана с максимальным презрением. Ближе к развязке начинают кипеть почти что гефсиманские страсти – Поттер, того и гляди, затянет: I only want to say…
В финале же этого масскультного эпоса должен был проявиться по-настоящему завершающий аккорд. Читаемым итогом манипуляций атрибутами всевластия становится то, что Хогвартс оказывается в роли Хельмовой Пади. Вот вам размах, какого еще не было в предыдущих сериях: финальная битва – воюют все! На весь экран!
В истории Гарри Поттера безвыходных ситуаций не бывает в принципе. Все пропало? Ничего не пропало! Есть ведь заклинание №31512. Или №80486. Или еще какое-нибудь. А когда уже эта «абра-швабра-кадабра» бессильна, в нужное время в нужном месте возникает чувак с мечом, решающий проблему просто и сурово. Воистину, словами можно наворотить любое волшебство!
Но даже если писано сие было книггерами, не стоит осуждать Роулинг. К примеру, Дюма-отец не чурался их услуг – а кто из нас не зачитывался «Тремя мушкетерами»? Есть ведь железное доказательство того, что решающее слово все равно принадлежало Роулинг. Как герои смотрят в лицо смертельной опасности? В меру таланта исполнителей, подбиравшихся в младшем школьном возрасте. Было бы странно от бледных британских юношей и девушек ожидать брюсвиллисовской харизмы. Но уж антагонисты-то могли бы выглядеть и побрутальнее. Не ужаснее, не коварнее, а именно брутальнее. Однако ж, главный злодей поведением больше смахивает на взбесившуюся стерву. Компанию стерве составляет взбесившаяся сучка. Кому уж там разбираться по-мужски?
Все-таки, это дамская проза. Вот, скажем, в видении Хелен Филдинг мужские разборки представлялись набором нелепых телодвижений – посему Колин Ферт и Хью Грант составили самую никчемную пару драчунов в истории кино. В «Дарах Смерти» состоялась самая проходная из грандиозных кинобитв компьютерно-графической эры. Она просто есть – как производственная необходимость, как жанровая условность. Впечатление от нее – как от женского футбола: на том же поле, по тем же правилам, а не то, не то…
Впрочем, оценивать эту войнушку с точки зрения крутого боевика тоже не есть справедливо. Нам в нашем нежном возрасте крутым экшном казался «страшный бой на опушке леса», хотя силы Зла были представлены там всего-то двумя полицейскими бульдогами – и ничего, читалось с воодушевлением.
В конце концов, в поттеровской саге есть куда более занимательные составляющие интриги. Каким способом воздастся злыдням? Кто из героев умрет? Кто с кем составит пару? Она, поттеровская сага, в конечном виде реализовалась как версия «Дома-2» с колдовством и магией. И что, скажете, публика такое не жалует?
И есть определенная логика в том, что режиссерское место на последних сериях застолбил за собой не самый мастеровитый специалист. Просто творческие данные Йейтса и Роулинг очень идут друг другу. Гармония и идиллия.