"ИСТОКИ И СМЫСЛ ГЕРМАНСКОГО НАЦИЗМА"
Затянутое и заунывное кино, оформленное как детектив, но без детективной развязки. Неторопливое черно-белое повествование с множеством статичных планов и обильными закадровыми пассажами – представляется тем ужаснее и надрывнее, чем скучнее и серее сам рассказ. В заштатном немецком городишке происходят неприятные вещи – кто-то натянул проволоку и доктор упал с лошади, затем подожгли амбар, малолетнего сына барона высекли, а другого ребенка – калеку – ослепили. Лоховатый местный учитель невольно начинает расследование происходящего.
Фильм очень претенциозный. Замах в стиле Ремарка (см. «Три товарища» или «Черный обелиск») – показать через жизнь немецкой довоенной глубинки откуда есть пошел немецкий нацизм и вообще откуда растут ноги у германской безбашенности, которая заставила немцев развязать две мировые войны.
В картине много персонажей – у каждого своя история и какая-то тайна, за каждым фасадом скрываются интриги и грязь отношений. Вся масса персонажей наводит на мысль о том, что немцы – закомплексованная, забитая и задавленная религией и военной дисциплиной нация. Это доведенная до абсурда модель общества моральных господ и рабов. Сильные мужчины третируют крестьян, жен и детей, а жены, дети и крестьяне по-своему бунтуют.
«Белая лента» - символ невинности, который пастор повязывает своим детям в знак того, чтобы они помнили о том, что должны быть благочестивыми и послушными. Когда ребенок доказывает, что «он чист» - ленту снимают.
Цепь нелицеприятных ЧП заставляет учителя задуматься над происходящим и в своем расследовании он приходит к парадоксальным выводам, которые всем остальным кажутся абсурдными. Он решает, что за всем стоит компания двенадцатилетних подростков, которые почему-то решили наказывать и разрушать. То есть, довоенное немецкое общество в своей тяге к дисциплине, порядку и благолепию умудрилось воспитать в детях запредельную злобу и жестокость ко всему, что движется: к таким же детям, к калекам, животным и птичкам. По-видимому, задумка автора в том – что именно эти дети, чье взросление придется на Первую мировую, и станут основной электоральной массой Гитлера, а в последствии его верными последователями. А деперссивный маленький мальчик-онанист, которого привязывают к кровати веревками, станет группенфюрером СС и будет травить людей в подвалах и газовых камерах.
Остается открытым вопрос о мотивации «детской банды». Понятно, что их затретировал отец-пастор. Но откуда у них эта разрушающая энергия подпольного бунта, откуда злоба, и главное, как они все это сами оправдывают, когда, например «наказывают» мальчика-инвалида – вопрос остается открытым.