Акты вандализма
В просветительских рамках, ну и для пущего патриотизма посмотрел «Сказку про темноту» Хомерики, которая в прошлом году была показана на Каннах (ну а где же ещё Хомерики показывать в конце концов?) в программе «Особый взгляд», что в принципе говорит о второсортности картины (но вспомним, какие слоны на прошлых Каннах были, поэтому на самом деле приятно). Фильм, в первую очередь, примечателен тем, что на одной съемочной площадке там три гения «новой русской волны» (т. е. во всем мире Nouvelle vague, а нас особая, своя) собрались: упомянутый Хомерики, оператор Хамидходжаев и сценарист Родионов — набор такой, что на Канны ну точно попасть надо было, а вот с русским прокатом можно и поспокойнее. По сути, со второй задачей справились хорошо, да и с первой формально тоже, только в Каннах про «Сказку», мне кажется, забыли в тот же вечер, потому что «видели, знаем».
Вообще фильм Хомерики стоит посмотреть просто для того, чтобы понять, что такое русский артхаус. Тут вот тоже опять слово русский очень уместно прозвучало, потому что у нас даже зарубежный термин не остался в стороне от этнического рашпиля. Так вот, русский артхаус — это примерно Джармуш, только без смысла, либо с его использованием, но исключительно не по назначению. Ну, то есть это когда два умственно отсталых персонажа беседуют о смысле бытия, прерываясь на трах и бухло, и чтобы при этом не смешно ни разу. Героиня «Сказки» Геля, которую здесь играет практически уже муза Хомерики балерина Алиса Хазанова, это не что иное, как аллегория всего умного российского кино (а может и всей интеллектуальной России). Унылое нижнее белье, замерзающее бледное тело, которое в фильме хотят все, но которое чисто внешне вызывает скорее асексуальные ассоциации с бабушкой, нежели со свежей молодой девушкой. Ну и конечно речь героини, которой немного (иначе это не артхаус уже), а если она и появляется, то должна быть такой загадкой, чтобы мы все смотрящие кино опустили себя ниже всех возможных отметок (иначе это тоже не артхаус). Ну и конечно в речи должен быть мат, но такой, немножко с ленью (иначе это сами понимаете что).
Вообще, говоря про фильм, Хомерики признавался (или нагло врал), что делал его прежде всего, чтобы понять женщину. В принципе идея-то благородная, но вот с героиней он несколько ошибся. Искать женщину и разгадывать ее загадки имеет смысл лишь в том случае, если ответы чему-то учат или кому-то интересны. Тут же режиссер попадает в ловушку, потому что героиня его молчит не потому, что внутри океан всего и слов нет, а потому что постулировать что-то откровенно новое она не в состоянии. Да и по части необходимости этих самых ответов от женщины честнее всех (оттого, оно и понятно, что гаже) говорит полковник Димыч: «А ты мне на… не нужна». Вот у меня есть такая знакомая, которая ответить может так, что потом голову ломаешь над смыслами, хотя на самом деле смысла там нет, и у Хомерики видимо тоже такая знакомая появилась, а он и не понял, что она шутит, и снял фильм.
Ну а про посыл и говорить не буду сегодня: постмодерн постмодерном, и никуда от него не денешься, потому что вокруг нас он родимый, и наверное даже глупо было бы сейчас встать всем миром на колени и попросить кого-то снять что-то гуманное. Как писали все те же негуманные фашисты: «Jedem das Seine».