Просто о главном.
Николай Хомерики принадлежит к волне российских режиссеров - прививателей новой драмы в кино. Лучших бережно опекает Роман Борисевич, с ними сотрудничает Александр Родионов, но каждый фильм c этой кухни получается авторским и очень личным. Не смотря на приписанную Хомерики заумность, его кино, наоборот, отличается прямотой, отсутствием манипуляций, простыми темами. От Родионова разве что кочует линия «особой» любви к милиционерам, но это всего лишь линия, главное здесь другое.
«Сказка про темноту» начинается с вида на обшарпанный панельный дом и дерево, на котором ножичком выцарапано – Я тебя люблю. Хомерики сразу предупредил нас, о чем будет этот фильм. Главная героиня – Ангелина (Хазанова) работает в милиции, с трудными детьми. Она одинока и, очевидно, живёт в том самом панельном доме в типовой, невзрачной квартире. Коллектив у Ангелины соответствующий - матерящиеся и не особо интеллектуальные милиционеры. В самом начале фильма есть сцена в курилке, когда из-за тупых шуток и примитивной речи кажется, что это обыкновенное сборище подростков в подъезде, но нет, это доблестные служители закона. Ангелина является частью системы и одновременно пытается ей противостоять, у нее свои способы работы с детьми, но они не работают. В обмен на мороженое маленький мальчик, который на самом деле девочка, называет ее «старой п********й». Ангелина старательно ищет себе мужчину, потому что ей нужен партнер на танцы, да и вообще партнер, но из имеющихся под рукой вариантов: совсем не лиричный начальник Димыч (Борис Кармозин), торговец фруктами кавказской национальности и крутой седовласый бизнесмен. Вот и мечется Ангелина пред предоставленным ей свободным выбором, из одной неизбежности в другую, в раздумьях кому бы сказать три не матерных слова о любви. Ощущение безнадежности набирает градус за счет аскетичности весны, бескрайнего океана, унылого города и равнодушных людей. Это скорее сказка про серость.
Хомерики всегда очень четко работал над состоянием, выдерживал эмоции героев, дозировал информацию. Это читается в его учебных работах «Тёзка», «Вдвоем» в полнометражном дебюте «977». И если раньше его можно было упрекнуть в подражании Тарковскому и Сокурову, то в «Сказке про темноту» он примерил на себя по-европейски сдержанный соц. реализм. Но, что радует - теперь каждый проезд камеры или, наоборот, ее предательское стояние на месте применены к месту и несут вполне конкретный смысл. Долгая прогулка Гели с очередным хахалем сопровождается не просто урбанистическим видом Владивостока, но и наделена легкой иронией (прогулка заканчивается возле кафе с надписью «Купидон»). Но главное - это даже не полное взаимопонимание режиссёра с оператором Алишером Хамидходжаевым, а то, как работают актёры. Потому что интерьер и натура хоть и создают нужное состояние, но достаточно один раз посмотреть в глаза Алисы Хазановой, чтобы увидеть там одиночество. Или Борис Кармозин, так достоверно ставший другим человеком: одиноким, ни кому не нужным козлом, прикрывающимся маской нахала и матершинника. Впрочем, нецензурная лексика не режет ухо - Хомерики, наверное, один из немногих режиссёров, кто чувствует, как могут говорить его персонажи. Полное растворение режиссёра в окружении, отсутствие вычурных выразительных средств, простое повествование с немного ироничной интонацией Родионова и прямой позицией Хомерики, что «Я тебя люблю» - это всего лишь три выцарапанных на дереве слова.