Мелодрама про иллюзию выбора
Сандра (Шоу) — милая, заботливая, любит «Звуки музыки» и приходится дочкой предпринимателю Когану, чья сеть скоро выгодно поглотит отцовскую химчистку. Мишель (Пэлтроу) — блондинка из окна напротив, вечная секретарша, танцующая в клубе или заплаканная, живущая на содержании у женатого любовника (Котеас). Одна сама плывет Леонарду (Феникс) в руки, зато о другой можно вздыхать по ночам. Одна купит ему теплые перчатки, с другой приятно постоять на крыше. Две хорошие девушки и один взрослый подросток, романтически пьющий таблетки от депрессии, лелеющий воспоминания о давно ускользнувшей невесте и время от время бросающийся с пирса в океан в разумном расстоянии от берега.
«Любовники» все — в деталях, в незначительных жестах, в проходных фразах. Пэлтроу, впервые попадающая в основательный еврейский дом, с искренним восхищением: «О, а вы, типа, много читаете? Типа, все время и очень умные, да?» Феникс, на торжественном ужине оживляющийся только в беседе с 12-летним и считающий двери в метро. Мини-фильм «Неловкое ожидание в дорогом ресторане». Мама, подслушивающая под дверью. Брошенная за окно сумка. Неловко перевернутая фотография. Принесенная приливом перчатка. Мобильный телефон (полноправный субъект сегодняшней мелодрамы). Когда барышня разорвет с другим, пришлет эсэмэску. Он поставит на нее особый звонок. Любовь — не вздохи на скамейке. Или все-таки вздохи? Леонард не знает ответа, и не знает его Джеймс Грей, автор маленьких драм из жизни брайтонского криминалитета. И никто не знает, но все как-то справляются. «Любовники» — про компромисс между желаемым и доступным, между детской импульсивностью и взрослой ответственностью, между блондинками и брюнетками, на который хорошие, деликатные люди соглашаются, чтобы никого не обидеть. Компромисс, для которого они придумали столько синонимов, — лишь бы не упираться в первоначальные значения.